(Не)беги от меня, ведьма! - Властелина Богатова

Когда тьма в голове рассеялась, я увидела перед собой мужской силуэт, а потом и лицо инквизитора. Я шарахнулась прочь, но лишь покачнулась, едва не рухнув на пол. Лоцрей перехватил, сжал пальцами шею и рывком приблизил к себе, заставляя смотреть в холодные стальные глаза.

— Ну вот мы и встретились. Теперь нам никто не помешает, — его голос был ещё где-то вдалеке.

Взгляд инквизитора медленно сполз на мои губы. Глаза мужчины вспыхнули плотоядным огнём, и догадка о том, что он собирается сделать, заставила сердце судорожно биться в самом горле, а внутренности сжаться. Он поднял руку и грубо с презрением вытер мои губы, а следом — я даже не ожидала — впился в рот, перекрывая и без того скудно поступающий в лёгкие воздух. Я охнула и беспомощно забилась, понимая, что мне не совладать с ним. Моё тело не спешило слушаться, всё ещё находясь под воздействием парализующей, словно яд, магии. Я пыталась кричать, но горло только издавало зажатое мычание. Губы Нокса были омерзительны, и весь он был для меня отвратителен. Он не выпускал, продолжая неумолимо терзать мои губы, подчиняя себе, больно тянул волосы и давил на горло. Вспышка ярости, поднявшаяся из глубины, затопила меня с головой. Мне ничего не оставалось, чтобы это остановить, кроме как с силой сжать зубы, вонзая в плоть. Я почувствовала на языке соль мгновенно выступившей крови. Это на миг освободило меня от болезненного плена. Нокс Лоцрей с грудным рыком отшатнулся, а следом хлёсткая пощёчина опалила мне щёку. От силы удара голова откинулась чуть в сторону. Запоздало правую сторону лица обожгло звенящей болью, заставляя меня закрыть лицо ладонями. Мгновение, и внутри всплеснула смесь эмоций: недоумение, растерянность и страх. На короткий миг я лишилась всех чувств, потому что в глазах потемнело, а слух оглушил протяжный звон.

Не успела я очнуться, как жёсткие пальцы сковали мой подбородок и рванули, заставляя смотреть на инквизитора. Я моргнула, пытаясь увидеть сквозь пелену проступивших слёз хищное лицо охотника. Страх и холод пробрали до костей, когда я осознала, что нахожусь в руках того, кто жаждет моей смерти. Кому на меня наплевать. Только за что? Что я сделала плохого, чтобы со мной так поступали?

Мои губы предательски дрогнули. Хватило нескольких мгновений, чтобы понять, что Сохор сейчас далеко и меня некому защитить.

— Что вам от меня нужно?! Вы не имеете права меня задерживать! — возмутилась я, но голос не слушался.

Черты лица инквизитора стали резче, бледное лицо, будто высеченное из гранита, выказывало неумолимость, в глазницах залегли глубокие тени, в которых ледяной непроницаемостью сверкали глаза.

— Как раз таки имею. Ты преступница, убийца! — прорычал он с пробирающей до костей ненавистью.

— Что вы такое говорите? Я никого не убивала, я не преступница, — едва слышно произнесла, чувствуя, как подгибаются колени.

— …Пригрелась под драконом и думаешь, что тебя я не достану? Ошибаешься, — он пропустил мои слова мимо ушей. — Это ведь ты напала на людей в окрестностях Руан-Тара, а потом сбежала.

Он приблизил лицо так, что я теперь чувствовала кожей его острое, как лезвие, презрение.

— Ты… похожа на ту, которую описали люди… — царапнул меня взглядом. — Умело ты прикрывалась, даже и подумать не мог, что окажешься ведьмой, — оскалился. — А ведь ты мне понравилась. Ведьма.

— Я ни на кого не нападала, вы ошибаетесь, — сквозь стиснутые зубы выпалила я. Ещё немного, и моё самообладание треснет.

— Ну конечно, не ты, — плотоядно усмехнулся он, обнажая зубы. — И думаешь, что я тебя буду слушать? Все вы так говорите, грязные исчадия бездны, бездушные падшие твари.

Я дёрнулась, чтобы вырваться, но Лоцрей жёстко перехватил меня за шею, другой рукой сжав мой затылок.

— Сейчас я всё узнаю. Это будет легко. Будет больно, но ты потерпишь. Я вытащу всё из твоей головы. Всю-ю-ю пр-а-а-а-вду, — протянул он с каким-то предвкушением, будто игрался. Но для него это и была игра, и ему плевать на то, что я испытываю. Он не проявит ко мне и крохи жалости.

— Нет! — выкрикнула я и задохнулась. Силы резко начали меня покидать, а виски сдавило так, что затылок залило болью.

Больше ни о чём не могла думать, как ждать, когда пытка прекратится, едва начавшись. Нокс неумолимо вторгался в голову. В глазах потемнело, а тело начало ломить, как при сильной лихорадке. Только усилием воли я удержалась от того, чтобы не закричать. Мне некуда было деться, хватка инквизитора была стальной. Мы находились одни в этой мрачной комнате, которую я не успела осмотреть. На какой-то миг я, кажется, потеряла сознание. А потом меня закрутило в водовороте, завертелись калейдоскопом минувшие события. Я увидела дом и безмятежное утро, увидела себя, как наслаждалась прохладой утра и ласковыми лучами солнца, а затем всё потускнело, я вновь испытала ту боль, когда Флоретта мучилась от тяжёлых родов и могла вот-вот умереть. Услышала злой, с примесью отчаяния голос отца, когда он говорил с Омелис, следом… моё согласие принять дар. Воспоминания осколками вонзились в меня, тревожа ещё не затянувшиеся раны.

На какой-то миг всё затихло, и я увидела, как за окном проплывает туманный Шиорский лес, как тоска давит тяжестью на грудь, когда я всё больше отдаляюсь от дома… Дикий страх, когда на отряд напали эсканы и изумление с примесью восхищения, когда я впервые увидела Сохора Коерта… Потом наши ссоры, неумолимый взгляд асгара… Всё это продолжалось неизвестно сколько времени, я чувствовала, что тону в пропасти, в то время как Нокс вытягивал из меня всю информацию. Стон проскользнул сквозь стиснутые зубы, я дернулась и замерла в его руках. Он не стал меня отпускать, лишь нажал мне на плечи и опустил на пол.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Когда я очнулась, поняла, что лежу на чём-то твёрдом и холодном. Сердце бешено колотилось где-то в горле. Я чувствовала холод, который обжигал кожу.

— Надо же, как интересно, — раздался голос инквизитора будто из глубины пещеры и ударил в меня глубоким эхом. — Подумать только…

Я повернула голову и тут же зажмурилась, сомкнув губы, ожидая, когда меня перестанет мутить. По затылку стучала будто стальным молотом боль.

— Всё оказывается намного интереснее, чем я думал. Инэй Морейт, дочь судьи Аинхона.

Я сжала пальцы, царапая камень, на котором лежала.

Осознание сковало тело льдом. Лоцрей всё узнал до мельчайших подробностей!