Гоблины - Георгий

— Я знаю. Но сегодня барон вряд ли решится повторить. Он потерял многих бойцов. А так же, лестницы и щиты. Истощил запасы алхимии. А завтра у нас будет свежее пополнение.

— Хорошо. Но новички слабы. А нас мало.

Впадая в свой привычный пессимизм, шаман, тем не менее, не забывал отхлёбывать пиво.

— Ррык-кы?

— Да лор-рд! — гнолл приосанился, отложил баранью ногу, обтёр лапы от жира и достал пожамканный листок, когда только успел? — Из снар-ряжения. Испор-рчены тр-ри кольчуги одинар-рные. Шесть кожаных кир-рас. Один шер-рстяной тегиляй пор-рван. Одна лёгкая кожаная бр-роня…

— Без подробностей. В общем.

— Хор-рошо. Из тр-рофеев р-раздали: гноллам кир-расы и нар-ручи. Полным доспехом пользоваться не обучены. Гоблинам — кольчуги и кожаные кир-расы. Кожаные же шлемы. Не обучены, но сгодится. Орка пер-реодели в латы. Лесные прибар-рахлились с дивер-рсантов лёгкими кожанками. — сменив листок, продолжил, — Уцелевшим выданы ор-рочьи кинжалы. Всем. Ор-рк взял один ар-рбалет. Дубины, секир-ры, ятаганы и ар-рбалеты — на склад. Великоваты.

Ещё один листок мелькнул в когтистых лапах.

— Р-ресур-рсы. Золота со всех — 1480 монет. Лор-рд… — морда гнолла некоторое время отображала внутреннюю борьбу, — Не мало ценного пр-рилипло к лапам мелких мар-радёр-ров. Надо изъять!

— Надо, наверное. Но не сегодня. Пусть празднуют. — чуть охмелевший, я сквозь пальцы смотрел как на вороватость гоблинов так и на скаредность занудствующего гнолла.

— Хор-рошо. Др-ругих р-ресур-рсов: 5 единиц р-руды. Это сломанное ор-ружие и доспехи. Ещё нашлось 7 склянок зелья, неизвестного. И пять колец. Зачар-рованных. Лор-рд…

— Знаю, знаю. Кольца и зелья тоже прилипли.

— Пр-рилипли. — грустно подтвердил советник.

— Зелья по одному каждому офицеру. Два мне. Кольца осмотрим. Решим кому.

Пошла делёжка. Кольца были малоценными, +1 к основным параметрам. Аналоги моих серебряных. Себе брать не стал. Раздал, как и зелья.

Делёжка плавно перетекла в обсуждение дальнейших действий. Марсель требовал укреплять оборону. Рохля, неожиданно, предлагал сделать вылазку. Кто-то предложил дождаться доклада разведчиков ушедших по следам диверсантов. Обсуждали тактику прошедшего боя. Ошибки. Недоработки. Удачные моменты.

Шая уснул, смешно свернувшись калачиком и зарывшись в свои лохмотья.

Снова споры и предложения. Разведчики наконец нашли лазейку в горах. Ничего интересного, орки просто спустились по отвесным скалам на верёвках. Но на будущее надо учесть. Не так уж горы и непроходимы. Обсудили это. Долго спорили. Войска решили не отводить, оставив дежурить у заставы. Обмусолили.

Ррык-кы плюнул на всё и отправился разгонять гоблинов, что под шумок растаскивали трофеи.

С завистью смотрел ему в след.

Снова обсуждали. Потом ели и пили. Марсель что-то играл на своей балалайке.

Бесконечно уставший от бессмысленной болтовни и чревоугодия. Ощущая себя упитанным животом на ножках. Наконец-то улучил момент и сбежал с совета.

Прошёл знакомым путём: по тракту через город в замок. Взобрался на крышу своей башни и плюхнулся на разогретые солнцем камни.

Тишина. Блаженство.

III

Спокойное, безмятежное синее небо. Ему не было дела до битв и разговоров. Тёплое, ласковое солнце. Оно радушно светило всем, и выжившим, и погибшим. Мягкий ветер, приятно проходился прохладой по грубой серой коже. Попутно развевая и мои, и орочьи знамёна. Природе этого мира было глубоко наплевать, кто победил, кто погиб.

Разморённый, уставший после тяжёлого утра и бестолкового дня, я смотрел вдаль на поросшие соснами склоны гор. На зелёные альпийские луга. И холодные серые скалы над ними.

Тянуло на размышления.

Прошла неделя со старта. Только самое начало пути. Первые враги и первые скромные достижения. А я уже вымотан до предела. Убегаю в укромное место для восстановления сил и душевного спокойствия. Предаюсь дешёвой философии. Разве игра не должна дарить хорошие эмоции и отдых? Разве раньше я столь серьёзно воспринимал её?

Пытаясь вспомнить прошлые партии, я невольно сравнивал их с текущей. И хмурился. Я всегда играл в удовольствие. Наплевав на гайды и «правильную» раскачку. Ставил свои собственные цели. Свои критерии. Придумывал свой сценарий успеха. И играл. Почти всегда проигрывал. Ибо такой подход не сулит победы, только удовольствие от процесса.

И в этот раз всё должно быть так же. Смешная, фриковская цель — процветающий культурный город гоблинов, с минимальной примесью иных рас. Физически слабый аватар, заточенный на экономику и усиление горожан. Отсутствие сильных юнитов. Не хуже и не лучше иных моих стартов. Так что же меня так зацепило? Почему всерьёз спорю с НИПами на совете? Чем так пугает поражение от орд барона? А эта дурацкая идея с тренировкой? Я играю не первый год и всегда плевать хотел на кач и оттачивание боевых навыков. А вчера, лишь почувствовав угрозу поражения в панике бросился «постигать искусство боя».

Старею что-ли?

Да не, мне же всего… всего…

А не помню! Забавно. Не помню сколько мне лет.

Смутившись, стал вспоминать знаковые события жизни, что бы с их помощью вычислить возраст. И не смог. Не вспомнил ничего. Вообще. Ни детства, ни учёбу, ни работу. Ни даже женат ли я и где живу. Ничего.

В противовес этому огромному ничего, я прекрасно помнил все свои одиннадцать игровых партий. Как и за кого играл, как отстраивался и почему бросил. Где был разбит, где признал концепцию провальной. Помнил имена приближённых юнитов. Особо выделявшихся врагов.

А о своей реальной жизни ничего…

Так, смутные ощущения, что должны быть там детство, учёба и работа. Должна быть квартира и старенькая бэушная вирткапсула. Должны быть друзья и родные. Должны. Но я их не помню.

Вызванное, в очевидном предположении, игровое меню, ожидаемо не имело кнопки «выход». Логично. Срыв… Физическая гибель игрока с полной оцифровкой мозга. Теперь я лишь цифровой разум в игре, без живого тела. Значит вот так оно выглядит. Странно. По прочитанным когда-то описаниям, сорвавшиеся сохраняют все свои воспоминания и личность. Но кнопки «выход» нет, значит срыв. Очевидно на меня как-то нестандартно подействовало. Недооцифровался. Вопрос то не изученный толком.

Продолжая лежать, спиной ощущая теплый грубый камень, прислушался к себе. Всё хорошо. Я только что считай умер в реале. И ничего, всё хорошо. Точнее всё равно. Словно и не было никакого реального мира, и я ничего не лишился. Видимо защитная реакция организма. Психики, машинально поправил сам себя. Нет у меня теперь никакого организма.

Прокрутив в голове мысль про срыв, не нашёл внутри отторжения или паники. Нелогично. Но, прекрасно. Тут враг у ворот, паника была бы совершенно излишней.

Ещё немного покопался в собственных ощущениях. Повалялся на солнышке. И наконец, вытянув руку перед собой, с любопытством оглядел свои гоблинские пальцы. Тонкие, с длинными фалангами