Проект "Инкуб". Вспомнить всё - Яна Новосад

Тем временем противоестественное возбуждение, охватившее меня в мастерской, внезапно сошло на нет. Начинался лютый озноб. Зубы выстукивали чечетку, еще чуть-чуть и грозя превратиться в крошку.

Время шло, в комнате становилось еще темнее. Скоро я совсем перестал различать предметы, все слилось в единую беспросветную мглу. По-прежнему ничего не происходило, кроме того, что к ознобу подключилась сильная головная боль. Спустя еще немного времени, скорее ощутил, как непроизвольно дернулась затекшая в одном положении рука. Пошевелил пальцами, размял шею. Я опять мог самостоятельно двигаться!

Открыл было рот, чтобы сказать хоть что-то. Вырвался хрип, и я закашлялся.

— Великолепно, — заключил после безуспешной попытки освободить руку из железных оков.

— Развлекаешься? — дверь бесшумно отворилась, и по уже знакомому стуку каблуков, я лишь мог догадываться, что в комнату вошла Зои.

Щелкнул выключатель, и мягкий теплый свет залил пространство комнаты, освещая c ног до гловы стоящую передо мной женскую фигуру.

Красную шелковую тунику художница сменила на черное откровенное боди, на ногах красовались лаковые туфли на тонкой, как игла шпильке. Зои выглядела очень…экстравагантно и эффектно.

— Я смотрю, ты уже пришел в себя и это отлично. Нам предстоит разговор.

— Освободи меня и разойдемся. Я постараюсь больше не вспоминать о тебе и о той лютой дичи, что ты творила со мной и Лаурой.

— Оу. Ты злишься, я понимаю.

С грацией королевы она прошествовала к кровати и присела на край. Несмотря на свое зависимое положение перед этой женщиной, не мог не отметить ее безупречную фигуру для своего зрелого возраста, особенно в этом облачении, выгодно подчеркивающем все ее достоинства.

Но это не отменяло того, что к этой женщине я испытывал чувство презрения, брезгливости и омерзения. Эда дамочка была безумна и что от нее можно было ждать, никому неизвестно.

— Кейден, — сухая узкая ладонь коснулась моего бедра и застыла, — только от тебя зависит, что нам делать с тобой дальше.

— Что с Лаурой? — я не выдержал и задал главный вопрос, а так же, мне не составило труда скинуть руку похотливой сучки.

— С ней все в порядке, впрочем, как и всегда после пси-лучей, — Зои откинула рыжую копну волос за спину. — Прости, но вряд ли она вспомнит теперь, что знала некоего Кейдана. Как и не вспомнит того, что происходило с ней здесь три часа назад.

Значит всего-то прошло три часа. А казалось, намного больше.

— Ты ее недооцениваешь, у Лауры есть дар. Не боишься, что твои безумные манипуляции с ее сознанием как-нибудь всплывут?

— Боюсь ли я? — Зои выгнулась кошкой, отчего тонкая гипюровая ткань на груди натянулась, четко обрисовав контуры тела. — Я давно уже ничего не боюсь, мой мальчик. Даже больше, твоя никчемная жизнь сейчас в моих руках.

Она умела бить по больному. Сколько раз я думал о том, что мое существование — ошибка природы. Я не хотел быть таким, какой я есть. Моя особенность — вовсе не особенность, а дефект, брак в мироздании, таких как я быть не должно. И все же…

Наверняка Зои заметила соответствующую эмоцию на моем лице, чем сразу же воспользовалась:

— Ты же знаешь для чего вас создали и каково твое предназначение?

— Я не буду отвечать на тои вопросы. И ты, и я все прекрасно знаем. Отпусти меня и займись Максом, он по тебе скучает.

— Макс действительно скучает по мне, но видишь ли, есть проблема, — Зои закинула длинную стройную ногу на кровать, выпрямив ее, отчего острый каблук устремился в направлении моего паха. — Я устала от него, мне нужно разнообразие. Ты соглашаешься на полное и беспрекословное подчинение мне, а я решу вопрос с Амандой.

— Кто такая Аманда? — это имя я слышал впервые.

— Твоя хозяйка, мальчик мой. Инкубы — ее детище, проект, спонсируемый ей с самого начала. Разве ты не знал?

Я очень хорошо помнил, что говорила Лидия про идею проекта. Поднятие демографии, борьба с кризисом рождаемости в стране — таков был изначальный план государства. Что и озвучил вслух для Зои.

Смех. Безудержный и заливистый буквально сотрясал тело женщины, сидящей прямо передо мной.

— Ты серьезно? — Зои никак не могла успокоиться, хохот так и рвался наружу. — Повышение рождаемости, ну на до же. Это Лидия тебе сказала?

Дурное предчувствие охватило меня. Я не мог его объяснить. На момент видео обращения Лидии все казалось логичным, у меня даже сомнения не вызвала вся та информация, которая была сказана ей, Грэг тому свидетель. Да только и Грэга давно след простыл.

— Ты шлюха, Кейден. Шлюха под номером сто шестьдесят четыре, — Зои наконец-то взяла себя в руки и говорила спокойно, глядя мне в глаза и следя за моей реакцией. — Экспериментальная партия инкубов была создана специально для сети домов наслаждений Аманды Вон. В миру эту женщину называют все анакондой. А ты — ее собственность.

Да нет, это чушь! Не может этого быть. Мне же Лидия все объяснила на видео.

— Это бред, Зои. Ты мне нагло врешь, как и всегда. Это опять твои больные фантазии.

— Да неужели? — усмехнулась рыжая тварь. — Я лично следила за проектом, это ли не доказательство?

— Тебе нельзя верить, тои слова — сплошные ложь и обман. Сегодня я убедился в этом не раз.

— Ах ты про это, — Зои покрутила запястьем, на котором блеснул золотистый обод браслета, в центре украшенный ограненным кристаллом…еще один. — Это всего лишь небольшая шалость. Мне нравится влиять на сознание людей, менять их мысли, направляя в нужное мне русло. В такие моменты я ощущаю себя Творцом. Иногда это бывает не только забавно, как в случае с мастерской, но и полезно. Например, взять ту же Лауру, ты же курсе, что она дочь канцлера Третда? Она — его правая рука, и положа руку на сердце, многие решения по управлению Альтерионом давно лежат на ней.

Я догадался к чему клонила эта ненормальная. Получается, что все это время Зои влияла на принимаемые Лаурой решения в отношении политики управления городом. И не только.

Это жесть.

— Ты, чокнутая сука, — процедил сквозь зубы.

Щеку мгновенно опалило жаром, со всей силы ладонь Зои приложилась к моему лицу.

— Следи за словами, сто шестьдесят четвертый, — и продолжила как ни в чем не бывало: — Ну, а то каким образом я получаю дозу вдохновения для своих картин, так это прекрасно! Искусство должно процветать в этом мире. До Лауры у меня была Мари, перед ней —