Теряя маски - Николай Метельский

— Ладно, уговорила. Остаюсь.

— Да? То есть я рада, что ты взялся за ум.

— Мой ум в моих оценках, староста.

— Да, — слегка поморщилась она. — Даже странно, что они у тебя такие. Учитывая твою страсть к учебе, — сказав это, она, не дожидаясь моего ответа, направилась к своей парте.

Глядя ей вслед, я думал о том, что чертовка довольно хороша, и ведь знает об этом, но все равно полезла на эту волчью должность. Блаженная, етить твою.

На следующей перемене я, предвкушая свои барыши и поднятия настроения ради, подсчитывал, сколько точно я заработаю с добытого серебра и на что эти деньги потрачу. Из нирваны меня вернуло похлопывание по плечу, оглянувшись на которое, я увидел перед собой Тоётоми Кена.

— Привет, — сказал он, улыбнувшись.

— И тебе не хворать, — ответил я. — Какие-то проблемы? — Ну а что б вы на моем месте подумали? Зачем ему еще-то ко мне подходить? Наша с ним связь только через клуб, и вне его подходить ему ко мне смысла нет.

— Скучно, — услышал я ответ. После чего впал в состояние, которое обычно называют ступором. Я совершенно не понимал, как мне реагировать на его слова. Смеяться, возмущаться, удивляться, злиться? Чего он, вообще, от меня-то хочет?

— И? Я-то тут причем?

— Ты глава клуба, придумай что-нибудь.

На мгновение я даже подумал, что это вариация на тему шутки об обучении, но лишь на мгновение. А остальное время, которое я тупо пялился на этого умника, я не знал, что и ответить.

— Отличная шутка, — ответил я наконец. — А если серьезно?

— А я серьезно, — вздохнул Кен. — Скучно. То… дело, из-за которого мы с парнями не захотели вступать в другие клубы, на время зависло, вот и маемся теперь. Так почему бы и не заняться клубной деятельностью, тема-то, похоже, интересная. Может, посоветуешь чего? Судя по всему, ты в этом разбираешься.

— С чего ты взял? — изобразил я удивление.

— Уж больно грамотно запудрил мозги той девчонке.

— Хех, видимо не только девчонке, — усмехнулся я. — Почитайте Нитто Популуса. Весьма грамотно пишет. Бывший разведчик.

— Блин, Сакурай-кун, что почитать, мы и так нашли бы. Из книг. Может лучше справочник какой-нибудь?

— Популус очень хорошо пишет. Попробуйте, не пожалеете. Если вам действительно именно эта тема интересна. А потом и до справочника дойдем. И не вздыхай так тяжко. Сначала хотя бы попробуй начни читать.

— Значит, все же разбираешься? — улыбнулся тот хитро.

— Нет, — усмехнулся я в очередной раз. — Но именно меня, если что, стали бы спрашивать о деятельности клуба. Пришлось прошерстить литературу.

— Я-я-ясно, — протянул он. — Ладно, заценим книжку. Может, ты и прав. Только читаем мы быстро. Это я так, на всякий случай.

Хренасе, предъявы.

— Даже так?

— Э, ты только не подумай чего не то. — Видимо, что-то в моем голосе все-таки было. И он это услышал. — Просто… эм-м-м… ну, может, сразу чего-нибудь еще посоветуешь?

— Тоётоми-кун, я вообще-то и не должен вам ничего советовать. Ты не забыл, чего ради мы клуб основывали?

— Да я что, я ничего, — поднял он руки к верху. — Ты не подумай, что я что-то требую. Просто… а-а-а, ладно. Популус, так Популус, — махнул он рукой. — Пойду я тогда. Удачи.

— И тебя туда же.

Проследив взглядом за удаляющимся парнем, повернулся к Райдону, дабы поделиться своим возмущением. Но тот, как и в первую перемену, что-то увлеченно черкал в толстой тетради. Уголек любопытства погас, так толком и не разгоревшись. Ибо — лень.

А на большой перемене, когда мы с Райдоном шли на обед, меня ударили током. Представьте себе — идете вы с другом по коридору, предвкушая сытный обед, и тут к вам подходит зажмурившаяся незнакомая девчонка, и-и-и, хренак, бьет вас электрошокером. Я от удивления забыл даже упасть и забиться в конвульсиях.

— Ты че творишь? — Давно я не ощущал подобного офигевания. А глянув на Рея, понял, что не один я.

После моих слов, девушка широко раскрыв глаза и глянув на меня с изумлением, тыкнула в меня своей шайтан-машиной еще два раза. На этот раз я хоть дернуться не забыл, падать-то после первого раза было бы некорректно.

— Э… э… — переклинило Райдона. — Э…

— Да хорош уже в меня тыкать этой хренью, — отмахнулся я от очередной заторможенной попытки шарахнуть меня током.

— Кья-я-я-я! — с воплем убежала от меня девушка. Такое впечатление, что я еще и виноват в чем-то остался.

— Кто-нибудь мне скажет, что это было? — задал я вопрос в пространство. Вот только ответа так и не получил.

На обеде, сидя в обычном нашем составе, я то и дело бросал взгляды на Минэ, пытаясь разобраться, что же это все-таки было. Единственное, что мне приходило в голову, что девчонка вновь попыталась устроить мне пакость. Как всегда чужими руками. Только смысла я что-то не улавливал. Да и сама Минэ, похоже, не в теме.

— Что ты все на меня косишься, извращенец?

— Не, ты слыхал, Рей? — вскинулся я. — Как ни крути, а все же я был прав на счет того, кто на самом деле извращенцы.

— И кто? — спросила Шина.

— Бабы. Самые первые извращенцы. Что у них там на уме творится, не понять ни одному человеку.

Шина переваривала. Минэ начала раздувать щеки. А Анеко загадочно улыбнулась.

— Это мы извращенки?! — не выдержала стервочка.

— То есть что, мы не люди, что ли? — возмутилась Шина.

— … - продолжала улыбаться Анеко.

— Попроси у меня еще чая, мелкий. Уж отсыплю, так отсыплю, — буркнула брюнетка.

— Без обид, Кояма-сан, — заметил Райдон, — но что у вас там на уме, действительно трудно понять.

— Зато с вами, мужиками, все предельно ясно, — слегка насмешливо, ответила Шина.

— На том и стоим, — закончил я.

— Слушай, — подал голос Тейджо, — а это правда, что тебя по пути в столовую какая-то девчонка чуть шокером не затыкала? — После чего под тремя вопросительными взглядами неуверенно закончил: — Да вот, Рей рассказал, пока в очереди стояли. — И уже совсем тихо: — Только как-то… шокер… и все такое.

После его слов взгляды сомкнулись на мне. Нет, похоже, Минэ тут не причем. Если взгляды Шины и Анеко выражали строгость и вопрос, то от Минэ веяло чистым любопытством.

— Вот я и говорю, одним богам известно, что у вас, у женщин, на уме творится, — пришлось сказать мне хоть что-то.

— Девушка знакомая? — задала вопрос Шина. — Какого года обучения? Признавайся, мелкий, что ты ей сделал. — Это она так шутит, если кто не понял. — Это не Исикава, часом? — Или не шутит?

— А сколько раз она тебя ударила? — Это уже Минэ. Но тут-то все понятно.