Смерть Хаоса - Лиланд Экстон Модезитт

Сидя на краешке валуна, я смотрел на восток, где солнце едва поднялось над вершинами деревьев. Сразу за козьей тропой, в которую превратилась дорога, начинался крутой склон, за ним – подъем, и так несколько раз. Каждая гряда холмов была ниже предыдущей, а на севере, за последним гребнем, виднелось размытое коричневое пятно.

– Это Арастия, – заметил я, попытавшись одновременно пересесть поудобнее. Попытка не увенчалась успехом: острый каменный выступ впился в зад, и мне едва удалось удержаться от искушения потереть пострадавшее место.

– По карте так и должно быть, – подтвердила Елена.

– Как должно быть, так и есть.

Я сконцентрировался, но не смог уловить в окрестностях признаков присутствия кого бы то ни было, кроме нескольких коз. Если маршрут запечатлелся в моей памяти верно, тропе предстояло пересечься с дорогой, ведущей из Арастии к серному источнику, но я проезжал этим путем всего лишь единожды, да и мысли мои в ту пору блуждали, мягко говоря, невесть где. Исходя из этих соображений, особо полагаться на память не стоило, а оценивая расстояния с высоты, легко ошибиться.

– Я бы сказал, что стервятнику дотуда лететь примерно шесть кай…

– Но стервятников ты, надеюсь, не видел?

– Нет, – коротко ответил я, не желая распространяться насчет не покидавшей меня тревоги и странного ощущения, будто за мной следят. Зачем пугать людей, лучше самому держаться настороже.

– Вот и хорошо! – буркнул Валдейн.

– …хорошо будет, когда все закончится…

– …этот волшебник… наверняка сейчас творит чудеса… он такой…

Чтобы не слышать назойливо-восхищенного голоса Шервана, мне пришлось слезть с валуна и отойти в сторонку. Стряхнув со штанов песок и мелкие камушки, я потер-таки многострадальное мягкое место. Судя по ощущению, там должен был появиться синяк.

Поправив седло и погладив Гэрлока, – пони отозвался тихим ржанием, – я окинул взглядом покрывавшие склоны деревья. Здешней поросли низкорослых дубов и корявых кедров было далеко до густых лесов, росших к югу от Арастии, однако кое-какое прикрытие обеспечивали и они. Позади, на дороге, дожидалась колонна из пяти взводов.

– Надо ехать, – буркнул я и, стараясь не поморщиться, когда зад соприкоснулся с седлом, взгромоздился на пони.

– Ты чародей, тебе виднее, – откликнулась Елена, однако девушка не улыбнулась, и я понял, что ей тревожно.

Тревожно было и мне. Попробуй не тревожиться, когда пять кифриенских взводов находятся на чужой территории, а где-то не так уж далеко обретается могучий колдун! Пусть даже изгиб дороги и приближает нас к Кифросу.

С высоты расстояние и вправду оказалось обманчивым: дорога заняла больше времени, чем мы рассчитывали. Утро уже подходило к концу, когда внизу нашему взору открылась полоса утоптанной глины, сужавшаяся по мере приближения к западной границе Хидлена и к являвшемуся нашей целью серному источнику.

– Сдается мне, мы на верном пути, – пробормотал я, уловив ноздрями слабый запах серы.

По другую сторону дороги, ниже по склону, протекала речушка. Над водой поднимался легкий пар, более заметный там, куда падали тени от холмов.

– Что, до признанной границы будет кай десять? – спросил я у ехавшей, задумчиво поджав губы, Елены. В первую поездку мне и в голову не пришло поинтересоваться тем, где проходят границы: я как-то не придал этому значения.

– Если вон те холмы и есть то, за что я их принимаю, то там и проходит линия границы. Да, по прямой менее десяти кай.

– А проехать нам придется никак не меньше пятнадцати.

Елена кивнула.

Впереди долина сузилась до образованного Желтой рекой извилистого ущелья, которое через три кай расступалось, выводя к другой, круглой долине. На ее западном, ближнем к Кифросу, конце и находился серный источник. Восточный край отделял от остальной долины невысокий, поросший травой и кедровником гребень, а вдоль северной оконечности петляла Желтая река. Замысел заключался в том, чтобы, не доезжая до долины, свернуть на юг, в лес, а в саму долину пробраться оттуда под прикрытием гребня. Из чего следовало, что мы все-таки в ней окажемся. Бодрости это не прибавляло.

Равно как и вновь возникшее ощущение, что за мной наблюдают. Я самым тщательным образом просканировал чувствами окрестности, но ни человеческого присутствия, ни повышенной концентрации гармонии или хаоса не уловил. Здесь не было никого и ничего, кроме деревьев да диких зверушек.

Сканирование отняло столько сил, что, придя в себя, я пошатнулся и, чтобы не вывалиться из седла, ухватился за Гэрлокову гриву.

– Ты в порядке, Мастер Гармонии? – спросила Елена, направляя ко мне своего коня.

– Все нормально, просто вел поиск.

– Что-нибудь нашел?

– Нет. – Я покачал головой.

Елена подала знак, и колонна продолжила движение вниз, по направлению к проходившей по ровной местности, рядом с Желтой рекой, главной дороге. С юга к дороге подступал лес, состоявший, главным образом, из деревьев мягких пород, мало пригодных для столярных работ. К сожалению, дерево, годное на мебель, годится и на дрова, а люди, их заготавливающие, рубят все без разбору.

Прогнав эти мысли, явно не имевшие отношения к моей нынешней задаче, я распространил чувства, однако караульных обнаружил далеко не сразу. Что и неудивительно: они дежурили не у развилки, а почти в кай дальше по дороге.

В этом, на мой взгляд, имелся смысл. В узком месте, ближе к вершине холма, бойцам не приходилось опасаться нападения с двух сторон одновременно, что вполне могло грозить им у развилки. К тому же на несколько сот локтей в обе стороны от развилки не росло ни деревца. От дождя не укроешься, от солнца – тоже.

– Стража есть, но не на перекрестке, – сказал я.

Фрейда подняла брови.

– Мне так и показалось, – сказала Елена. – Они отступили.