Входящая во Мглу - Кэт Ричардсон

— Ладно, Кэм, — выдохнула она, ставя стакан на столик. — Расскажи, что с тобой случилось. Помоги мне понять.

Камерон снова наполнил стакан матери, избегая ее взгляда.

— Знаешь, мам, в подробностях моя история выглядит не очень привлекательно. Я сделал то, что считал необходимым, но сделал плохо. Может, просто скажем: я полагал, что знаю больше, чем на самом деле.

— Хорошо. Когда-нибудь, надеюсь, ты расскажешь все, но сейчас опустим. Выкладывай остальное.

— Я встретил кое-кого — не самого милого человека на свете, — и он воспользовался тем, что я оказался глупее, чем думал.

Колин застыла и начала кашлять от алкогольных паров. Отмахнулась от Камерона, который пытался ей помочь, и отдышалась сама.

— Продолжай, — повторила она.

У нее текли слезы, и Колин промокала их, пока сын говорил.

— Мне стало плохо.

— Я помню, ты болел после Рождества.

— Скорее в феврале, мама, но не суть. Так или иначе, мне было жутко плохо, и я не знал почему. А когда понял, не знал, что делать. Поэтому я обратился за помощью, только все прошло не так гладко. Мне надо уладить несколько проблем, прежде чем ситуация… выправится. Все дело в том, что я вампир, и это навсегда. Это нельзя изменить. Мне придется с этим жить… или не-жить, — добавил он и рассмеялся.

Его мать скорчила гримасу.

— Да ладно тебе, мам. Я пошутил.

Она в унынии что-то пробормотала.

— Мам, сможешь ты с этим жить?

На сей раз Колин повертела в руках стакан.

— Кажется, у меня нет выбора. Ты мой сын. Я не могу притвориться, что тебя больше не существует. Я не могу… не могу заставить себя… сделать что-нибудь с тобой. Ты… ты правда в порядке?

— Насколько возможно в такой ситуации. Сейчас, когда ты знаешь, — лучше. Над остальным мы с Харпер работаем. Понимаешь, теперь у меня есть план — ты ведь всегда советовала мне составлять планы. Так что все будет хорошо. Но твоя помощь не помешает, мам.

— Моя? Что я могу сделать?

Колин говорила так, словно была младше собственного сына.

— Нам придется как-то подкорректировать условия траста — я не могу посещать занятия в дневное время. И найти, где мне обосноваться. Машина у меня, конечно, славная, однако в багажнике тесновато.

Она улыбнулась дрожащими губами.

— Мы что-нибудь придумаем, я уверена. О, Камерон, почему ты не попал в какую-нибудь нормальную передрягу?

— Наверное, развит не по годам.

Мы просидели кружком в белой комнате еще час, обговаривая детали — в том числе мой счет. Когда настало время уходить, я завидовала уютной постели Кэма в багажнике «камаро». Я еле дотащилась до собственной кровати, по дороге домой голова без конца валилась на руль, как у сонной "пьющей птички".[7]

Когда я выбралась из постели, часы католической церкви отбивали по моей голове полдень. Я кинулась в офис. Вначале предстояло связаться с Леонор Фабре, сообщить, что я могу заплатить за информацию. Она ответила, что достала бумаги и принесет их в четверг, как договаривались.

Я попыталась переварить документы на «ТПМ», которые у меня уже были, и новые, что пришли по факсу, но большинство из них слишком изобиловали корпоративным сленгом, чтобы просматривать их по диагонали. Я отложила стопку и взялась за телефонные звонки, звонки, звонки. У меня был запланирован ужин с другом, и я не хотела упускать ни секунды нормальной жизни, прежде чем окунаться с головой в ночные беседы с вампирами.

В двадцать два пятнадцать вампирское сообщество, похоже, только-только просыпалось. Я нашла Эллис в баре на последнем этаже отеля в деловом районе, когда почти пробила полночь.

Администратор у двери показал мне ее: изящная женщина с темно-красными волосами и таким же туманным, подернутым дымкой взглядом, которым отличался Камерон. Она таилась за угловым столиком, наблюдая. Я пересекла танцпол и приблизилась.

— Здравствуйте, — начала я. — Вы Эллис Лидл?

Она взглянула из-под бровей домиком.

— На данный момент.

Уголок большого рта искривился в полуулыбке, Эллис медленно взмахнула рукой с моей стороны стола. Меня поочередно окатило волнами жара и холода.

— Присаживайтесь, — пригласила вампирша.

Пришлось насильно сгибать колени, усаживаясь напротив нее. Я хмурилась, борясь с ощущением, что где-то ее видела.

Ее веселый, молчаливо оценивающий взгляд заколачивал в мой позвоночник гвозди ледяного пламени. Не надо было скашивать глаза, чтобы увидеть: весь свет рядом с ней куда-то испарялся, оставляя пульсирующий темно-красный ореол вокруг бледного лица. Я сдержала дрожь и уставилась на Эллис в ответ. Желудок медленно перевернулся. Присутствие вампиров явно сопровождалось спецэффектами Мглы, хотела я того или нет.

Ее голос прохладным бархатом поглаживал мою кожу.

— Зачем вы меня искали?

Мне пришлось сглотнуть, прежде чем я сумела заговорить.

— Меня прислал Камерон Шедли. Мое имя — Харпер Блейн…

Казалось, она еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться — ее смех я слышать вовсе не хотела.

— Да, я знаю. Вы курите? — промурлыкала Эллис, беря старомодный портсигар со стола. — О нет. Конечно, не курите. Вы одна из тех восхитительных поборников здорового образа жизни.

Кончиками длинных накрашенных ногтей она вынула из портсигара бледную сигарету и зажала ее губами, всё с медлительным поддразниванием кинозвезды-соблазнительницы золотого века. Эллис могла зажечь сигарету собственным огнем. Но воспользовалась тонкой золотой зажигалкой и выпустила дым от первой затяжки через рот. Между нами поплыл вверх голубой занавес.

— Что, по мнению Камерона, я могу для вас сделать?

— Вы знаете о его трудностях с Эдвардом?

— Конечно.

— Думаю, Камерон надеется, что вы предложите что-нибудь на закуску, с чего можно было бы начать.

Эллис усмехнулась, и у меня заныл живот.

— Прелестно, — сказала она, искажая смысл моих слов. Мелькнули ее зубы. Мне они показались очень влажными и очень острыми. — Насколько хорошо вы знаете Камерона?

— А что? Разве вы не привыкли закусывать друзьями друзей? — огрызнулась я. — Камерон мой клиент, и я знаю толк в вампирах.

Я испепеляла ее взглядом и отказывалась опускать глаза, пусть даже ее взгляд бритвой проходился по моему позвоночнику. Мне хотелось стошнить или завизжать, сделать хоть что-то, способное заставить Эллис не смотреть, но я сжала зубы и застыла на месте. Она играла с сигаретой.