Пересекая границы - Оксана Панкеева

— Азиль?

— Да. Будучи королем, я не смогу на ней жениться даже после того, как она созреет. Нимфа не может быть королевой, потому что тогда у меня заведомо не будет наследника, а будет отряд гулящих дочерей. Мне-то наплевать, какая у меня будет семья, но на интересы короны я уже наплевать не смогу.

— Да не переживай ты так. Азиль совершенно безразлично, женишься ты на ней, или нет. Роль фаворитки ее вполне устроит.

— Меня не устроит. — Элмар нахмурился и снова вопросил: — Так как же, Шеллар? Когда ты собираешься жениться?

— Будешь приставать, вообще не женюсь.

— Шеллар! — взмолился принц-бастард. — Ну если тебе так уж претит мысль о нормальной семье, наделай хоть бастардов своим фавориткам! Хоть штуки три! Я из-за тебя по ночам нормально спать не могу, мне все время какие-то ужасы в голову лезут!

— А не напиваться на ночь ты не пробовал? Придумал тоже! Они и так на мне виснут, как на вешалке, а если у них будут от меня дети, они мне вообще на голову сядут. Не переживай, ничего со мной не случится, как найду себе подходящую невесту, так и женюсь. Мне еще не пятьдесят лет, чтобы так торопиться. Так что, не уводи разговор в сторону и не отлынивай от поручения короля. Занимайся со своей гостьей и не пытайся спихнуть ее Жаку. Зайди к казначею и получи под расписку тысячу золотых для нее, а то они уже не первый день ее ждут.

— Кстати, о деньгах… — помрачнел Элмар. — Шеллар, ты не представляешь, как я влип…

— Ты? Элмар, что должно было случиться, чтобы у тебя возникли финансовые трудности? Ты, по-моему, богаче меня раза в два…

— Выслушай, пожалуйста, и не перебивай. Я тебе расскажу еще одну причину, по которой мне перед ней стыдно. Ты же знаешь, Азиль в некоторых вопросах до ужаса наивна. Она до сих пор не научилась толком деньги считать и до сих пор плохо себе представляет истинную ценность вещей. А эта подруга жила здесь всего второй день и, естественно, тоже ничего этого не знала. Эти две птички спелись, и Ольга подарила Азиль заколку для волос. Помнишь красный браслет графини Монкар? Так эта заколка в два раза больше, и еще с блестками внутри. И ни одна, ни другая так ничего и не поняли. Этой понравилось, потому что красиво, а та отдала, потому что у них это ничего не стоит. Теперь я ломаю себе голову, как им объяснить, что эта вещица стоит где-то тысяч триста, да так, чтобы ни одну, ни другую не обидеть. Азиль, конечно, ее сразу вернет, но это все равно, что игрушку у ребенка отобрать. А Ольга еще упрется и не возьмет, от нее чего хочешь можно ожидать. И что мне теперь делать?

Король подумал с полминуты и посоветовал:

— Не говори ничего Азиль, все равно не поймет, только расстроится. Поговори тихонько с Ольгой и заплати ей за эту несчастную побрякушку. Разве ты не в состоянии купить своей невесте заколку за триста тысяч?

— В состоянии. Только что делать, если Ольга откажется?

— Перестать страдать и успокоиться. Но не думаю, что она откажется. Надо же ей на что-то жить. А она ничего полезного делать не умеет… Кстати, полюбопытствуй, как она потратит ту тысячу золотых, потом мне расскажешь. Мне интересно.

— Как она потратит восемьсот, я уже знаю. Сказать?

— Ну?

— Она хочет купить пистолет. Кстати, Жак ей рекомендовал посоветоваться с тобой по поводу выбора пистолета. А она стесняется. Что бы ты ей посоветовал?

— Пусть лучше купит мистралийский, они поменьше. Для девушки лондрийский будет тяжеловат. Но… Это надо все равно смотреть самому, а то ей подсунут какую-нибудь дрянь. Когда ты пригласишь в гости своего кузена из Лондры?

Элмар сокрушенно вздохнул.

— Не получится. Она тебя узнает. Я ей о тебе рассказал достаточно.

— Зачем? Я же тебя просил.

— Так получилось. Зашел разговор о моей семье, ну и о тебе заодно пришлось рассказать. Она спрашивала, что я, врать должен был?

— Элмар, — покачал головой король. — Ты слишком много пьешь.

— Шеллар, — тут же откликнулся кузен. — Ты слишком много куришь. И не женишься.

— И трахаюсь со своим шутом… — проворчал король. — Ты уже слышал эту новость? Узнать бы, какая сволочь это придумала, да язык вырвать…

— Женись скорее, а то еще лет пять проболтаешься вот так, и кто-нибудь придумает, что ты и со мной трахаешься.

— Будешь меня доставать, женюсь на Ольге.

— Ты иногда как скажешь! Не пойдет она за тебя.

— Почему?

— Потому, что ты король. А она вас, королей, не любит. Она любит Жака.

— Такие ситуации вполне поддаются коррекции. Кварта-другая отворотного зелья, и недостижимый Жак забыт навеки. А там… все просто: ужин при свечах, прогулки, балы, светские беседы и чуточку любовного эликсира… — король сам не выдержал и засмеялся.

— Тьфу на тебя! — обиделся Элмар. — Я уж думал, ты это серьезно…

— Элмар, это же полный абсурд! Неужели не ясно было, что это шутка? Ты же знаешь, что я ненавижу балы. И не менее хорошо знаешь, что я никогда не опускался до того, чтобы использовать магию в отношениях с дамами.

— Ты иногда не менее абсурдные вещи и всерьез говоришь. И даже делаешь.

— Когда это?

— Вот например, когда ты мне эту Ольгу подсунул.

— Перестань ныть. Мы, кажется все уже обсудили. Или ты еще где-то перед ней опозорился?

— Не опозорился, а просто… кажется, я ее очень огорчил.

— Чем?

— Она попросила меня поучить ее управляться с оружием и я дал ей пару уроков фехтования.

— Отбил бедной девушке все, что смог?

— Нет, я осторожно… Но она в этом отношении полнейшая бездарь. То, что у нее руки-ноги слабые, еще ладно, подкачать можно. Но у нее дыхалка никуда не годится и координация ни к черту.

— И ты ей об этом так и сказал, простая варварская твоя душа?

— Нет, я сказал вежливо и… иносказательно. Но она все равно огорчилась. А долго она должна у меня жить?

— А пока не адаптируется и не сможет жить отдельно. Намек понял, лентяй?

— Понял… — проворчал Элмар. — Как это Жак говорил?.. Король-трудоголик — это национальное бедствие.

— А почему тебе так не терпится ее спровадить? Вроде все у вас хорошо, если ты перестанешь стыдиться всякой ерунды. И Азиль с ней подружилась. У нее ведь до этого не было подруг.

— Все вроде хорошо. Но ее присутствие в доме меня как-то сковывает.

— Почему?

— Потому, что она из другого мира. Я помимо своей воли начинаю чувствовать себя ответственным за весь наш мир, который я как бы представляю. Мне демонски хочется хоть раз напиться в мужской компании, попеть песен и поговорить о чем-нибудь не возвышенном. А в ее присутствии я не могу себе этого позволить.