Караваль - Стафани Гарбер

Девушка отвернулась, прижав к груди мокрые колени, и стала смотреть, как Хулиан снова и снова разрезает воду веслом. Даже если бы отец сохранил способность быть милосердным, а граф оказался тем, за кого выдавал себя в письмах, все равно Скарлетт уже не смогла бы к ним вернуться. Она сделала выбор еще до того, как выбежала вместе с Хулианом из шляпной лавки. Когда именно произошла эта перемена, Скарлетт не знала, но теперь ее уже не привлекал брачный союз с мужчиной, о котором она до сих пор судила лишь по письмам. Она вдруг поняла, чтó подразумевала Телла, говоря: «Мы живем не только затем, чтобы оставаться целыми».

Небо озарилось сетью молний. Хулиан сделал новый взмах веслом. До встречи с этим юношей Скарлетт была бы рада выйти за любого, кто станет о ней заботиться. Теперь же ей хотелось чего-то еще. Недавно она подумала, будто влюбиться в Хулиана – все равно что влюбиться в темноту. Сейчас он был для нее ярким созвездием, чей верный свет ведет путника сквозь черную неизвестность.

– Малиновая, ты меня слышишь?

Скарлетт перевела взгляд с небесного купола на моряка, который сидел перед ней, промокший до нитки.

– А?

– Нужно выбираться! – прокричал он под аккомпанемент ливня.

Лодка ударилась о пристань.

– Где мы?

– Перед Кастильо Мальдито.

– Нет! – Скарлетт снова опутали лиловые нити отчаяния: Найджел уже сказал ей, что Телла не в этом дворце. – Мы должны искать мою сестру! Насчет пуговиц я ошиблась, но…

Хулиан прервал ее:

– Оставаться на воде нельзя. Молния убьет нас.

Подтверждая его слова, серебристо-белые стрелы вновь прошили небо.

– Но если отец найдет Теллу раньше… Надо продолжить поиски!

– Как, интересно? Ты хоть что-нибудь видишь вокруг?

Не дожидаясь ответа, Хулиан за руку втащил Скарлетт на шаткие, тускло освещенные доски причала. Повсюду кругом было темно. Светились лишь огромные песочные часы с красными бусинами. Очевидно, Айко не солгала: дождь смыл волшебство, и Кастильо Мальдито потускнел. Позолота облупилась. Во дворе смолкло пение птиц. Только ветер монотонно трепал брезент покинутых шатров.

– Пойдем поищем, где бы обсохнуть, – сказал Хулиан.

– По-моему, не стоит упускать лодку из виду, – возразила Скарлетт, усаживаясь под ближайшую арку, откуда ей было видно пристань и вход во дворец. – Как только дождь прекратится, мы продолжим поиски.

Помолчав, Хулиан ответил:

– Думаю, тебе пора выйти из игры. Я сожалею о том, что ты оказалась здесь по моей вине. Теперь будет лучше, если я увезу тебя с этого острова в безопасное место…

Скарлетт не дала ему договорить:

– Нет! Без сестры я отсюда не уеду! После того что сегодня случилось, отец зол, как никогда. Если он сейчас найдет Теллу, то выместит на ней всю ярость!

– А ты? Снова принесешь себя в жертву? Станешь женой Николя д’Арси?

Скарлетт предпочла бы не слышать этого вопроса. Если она останется на острове и попадется в руки отцу, тот ее не убьет. Хотя то, к чему он прибегнет, чтобы принудить строптивую дочь к замужеству, будет немногим лучше смерти. А если Скарлетт не выйдет за графа, то как она в этом случае защитит сестру?

– Я пока не знаю, что буду делать.

Хулиан издал звук, похожий на рычание:

– Значит, ты не собираешься расторгнуть помолвку?

– Да говорю же: не знаю! Разве у меня есть выбор?

Дождь хлынул еще сильнее. Теперь с неба словно бы струились серебряные простыни. Скарлетт ждала, что Хулиан ответит. Обнадежит ее. Предложит выбрать вместо графа себя. Но, едва успев такое подумать, она и сама поняла, до чего это нелепо. И как ей только могло взбрести в голову, будто моряк намерен похитить ее и унести в другой мир, где она станет его женой?

Новая вспышка молнии озарила лицо Хулиана. Он словно закрылся от Скарлетт, продолжая сидеть бок о бок с нею. Вот и ответ. Ей вспомнилось, как в первую ночь он стряхнул с плеча соринку. Может, Хулиану и не хотелось, чтобы она выходила замуж за графа, но и предлагать ей руку и сердце он явно не собирался.

– До чего же я глупа! – произнесла Скарлетт срывающимся голосом, очень близким к крику. – Для тебя все это ничего не значит! Ты увидел моего жениха, почувствовал ревность и повел себя опрометчиво, а теперь об этом жалеешь.

– Ты в самом деле так думаешь? – хрипло ответил Хулиан. – Полагаешь, я стал бы злить твоего отца, подвергая тебя такой опасности, лишь потому что приревновал?

Он рассмеялся, как будто такое предположение было в высшей степени нелепым.

– Ты лжец!

Губы Хулиана вытянулись в резкую прямую линию.

– Я тебя предупреждал.

– Нет, – отрезала Скарлетт, – ты лжешь сам себе. Ты хватаешь меня всякий раз, когда боишься, что я ускользну, но отталкиваешь, стоит мне только подойти слишком близко.

– Я оттолкнул тебя всего однажды. – Хулиан придвинулся поближе. Его голос зазвучал тверже. – Не спорю, я ревновал, но ревность была не единственной причиной.

– Тогда объясни, в чем дело.

Хулиан приблизился к ней почти вплотную. Края их мокрой одежды соприкоснулись. Он обнял Скарлетт за талию – медленно, словно давая ей возможность отстраниться. Но она уже приняла решение. Сердце забилось быстрее, когда он обеими руками привлек ее к своей мужественной груди, и их губы…

– Так достаточно близко? – спросил Хулиан, остановившись на волосок от поцелуя. – Ты точно этого хочешь?

Скарлетт кивнула. Этот юноша помешал ей утонуть, причем не только в море. Однако она нуждалась в нем не как в защитнике. Ей просто хотелось быть с ним.

Одна его рука нежно, но уверенно скользнула по ее спине, а другая тронула спрятанную под волосами нежную кожу шеи.

– Не хочу, чтобы ты пожалела о своем выборе. – Голос Хулиана прозвучал почти болезненно, как если бы он желал, чтобы Скарлетт отстранилась, но его прикосновения говорили об обратном. Его пальцы, имеющие вкус дерева, дождя и мокрых волос, которые он только что трогал, проследили изгиб ее нижней губы. – Малиновая, ты по-прежнему не все обо мне знаешь.

О своей сестре он ей уже рассказал. Выходит, у него были и другие тайны.

– Тогда поведай мне то, чего я не знаю. – Скарлетт медленно, один за другим, поцеловала его пальцы, поднесенные к ее рту. Взволнованный этим легким касанием губ, Хулиан крепче сжал ее талию. Сделав над собою усилие, чтобы казаться спокойной, Скарлетт взглянула на его лицо, наполовину поглощенное тьмой, и сказала: – Надеюсь, твои секреты меня не испугают.

– Хотел бы я ответить, что и бояться нечего.

В последний раз тронув губы Скарлетт подушечкой пальца, он поцеловал ее. Поцелуй оказался еще солонее и крепче ладони, что теперь скользила по спине девушки. Хулиан прижимал Скарлетт к себе, словно боясь, что та выскользнет, а она льнула к нему, с наслаждением ощущая силу его мускулов.