Личный тренер - Веся Елегон

– Употребление розового сахара не запрещено законом…

– Да мне абсолютно плевать на эти законы и на того, кто их принимает! Ты понял меня? Не смей больше подходить ко мне… – уже жалея о том, что не смогла сдержаться, прошипела я. Нет, не то чтобы я жалела, что высказала это «кошаку», но вокруг стали останавливаться иноземцы и с волнением поглядывать в нашу сторону. Поэтому я повернулась и хотела уйти, но, видимо, кентанцу все еще было недостаточно.

– Я не похищал твоих детей, – схватив меня за руку и развернув к себе, прошипел в свою очередь он, а я на полном ходу, не останавливаясь, залепила ему звонкую пощечину. Я честно пыталась сдержаться, сам напросился.

– Еще раз тебе повторяю, мне плевать, законно это или нет и что ты там себе навоображал, оправдывая себя, но то, что у тебя в сумке, – это плоды чьей-то смерти. Кто-то умер ради твоего удовольствия…

Желваки на лице кентанца ходили ходуном, а пальцы, сжимающие мое предплечье, болезненно сжались, заставляя меня прийти в себя и окончательно понять, что допрыгалась. Взгляд «кошака» не сулил ничего хорошего, и поэтому, когда он второй рукой схватил меня за ткань жалобно затрещавшей толстовки и подтянул к себе, я мысленно успела попросить всех возможных существующих космических богов о милосердии. И, как ни странно, оно последовало в лице гебронца, который как раз открыл дверь своего кабинета и намеревался выйти. Но Пиксли Кроун замер, узрев живописнейшую картину моей предстоящей гибели. Наши глаза встретились, и третий глаз иноземца уже привычно задергался, а кожа начала стремительно желтеть.

– Крис Праутт, не знаю, что здесь произошло, но прошу вас успокоиться. – Голос гебронца прозвучал на удивление ровно и уверенно. И это несмотря на расплывающиеся по его коже пурпурные пятна.

Но, увы, кентанец не спешил воспользоваться советом. Вместо этого он буравил меня своими желтыми глазищами.

– Крис Праутт, полагаю, наследный принц должен знать основы принятых между сотрудничающими расами положений о правилах и обязанностях, исполнение которых должно обеспечить долгие и стабильные отношения.

Я мало что поняла, но белесая бровь «кошака» раздраженно дернулась, и он ослабил хватку. Но перед тем, как отпустить, придвинулся ближе и произнес тихо и зло, так что услышала только я одна:

– Мне пришлось, иначе я бы не смог восстановить свое тело.

А потом я наконец облегченно почувствовала пол под своими ногами и, расправляя кофту, смотрела вслед удаляющемуся злому кентанцу.

– Тренер Свон, с вами все в порядке? – семеня многочисленными ножками, подлетел ко мне Пиксли.

– Да в общем нормально, – растерянно поправляя волосы, отозвалась я.

– Прошу, пройдемте в кабинет, – оглядываясь на иноземцев, предложил гебронец и распахнул дверь, ожидая, пока я соберу свои мысли в кучу и наконец адекватно отреагирую на предложенное.

Я подхватила упавшую на пол сумку и зашла в знакомый кабинет охранника.

Дверь за спиной закрылась, и Пиксли засуетился, предлагая мне стул и тут же стакан воды. Я и села, и выпила.

Гебронец опустился на свое законное место за стол и, тяжело вздохнув, попеременно заморгал всеми тремя глазами. Вразнобой.

– Он какая-то важная персона? Просто у него и дворецкий есть… мне, наверное, не стоило говорить…

– Леди Свон, это дело намного деликатнее. Эх, так много нюансов, – растирая виски, гебронец на мгновение замер. А потом, решив что-то, наклонился и достал толстую папку из ящика стола. – Тут скорее он вас не должен был трогать. Но это уже будет совсем не важно, если вновь разгорится конфликт.

– О чем вы? – пытаясь вникнуть в смысл сказанного, спросила я.

Потемневший гебронец снова стал светлеть. Нехорошо. И как-то уж очень жалобно посмотрел на меня.

– Просто передайте вот это думрату, – протянув мне папку, попросил иноземец.

– Кому? – принимая папку, переспросила я.

– Господину Рогро зе Гару, – устало пояснил гебронец.

– А что с Прауттом…

– По возможности не рассказывайте. Хотя… – взгляд Пиксли окончательно стал печальным и потерянным.

Мы без слов поняли друг друга и почти синхронно вздохнули.

– Ладно, я пойду. – кивнув желтому в мелкие красные пятнышки гебронцу, я направилась к двери и почти вышла, когда услышала:

– У господина Дарклая тоже есть дворецкий. И, к сожалению, это я.

– Соболезную, – почему-то вырвалось у меня.

– Не стоит. За все в своей жизни приходится платить. Рано или поздно, – с изрядной долей меланхолии в голосе откликнулся иноземец.

К моему удивлению, дождь перестал лить, и сейчас воздух был на удивление теплым, но жутко влажным. Поэтому, когда я добралась до ступенчатого дома, мою одежду можно было выжимать.

Покосившись на дверь соседней квартиры, постучала в свою, ощущая легкий привкус разочарования и возвращающееся раздражение. Но и то и другое моментально потерялось в улыбках встречающих меня счастливых карапузов.

Они что-то верещали, причем все и сразу, и трудно было хоть что-то разобрать. Поэтому, стянув лайты и расстегивая мокрую толстовку, я бросила сумку у входа и попыталась докричаться до мамы, которая почему-то все еще не вышла меня встречать.

– Мама, у нас что-то случи…

Не договорила, так и осталась стоять с открытым ртом. В зале вся наша мебель, а это три раскладных кресла и мамин диванчик, были сдвинуты к окну, там же высился прислоненный к стене мой родной матрасик. А в стене прямо посередине зиял дверной проем в соседнюю квартиру…

Дети с визгом роем безумных капи прошмыгнули на новые территории. Через мгновение оттуда вышла слегка взволнованная Камэла. А я все стояла, моргая и пытаясь осознать вот это все…

– Привет, мам.

– Привет, Иль.

– А что это?

– Матильда, ты только не волнуйся… – начала мама.

– Иль? – в проем протиснулся Дарклай. Справившись, расправил плечи и уставился на меня своими синими глазищами. Смотрит и молчит.

…Вот же красивый, зараза…

Я выдохнула.

– Привет, – кивнула застывшему, видимо в ожидании моей реакции, иноземцу. Дарклай заметно расслабился.

– Привет, Иль. Голодная? – он шагнул в мою сторону, я нахмурилась, посмотрела на маму, потом опять на застывшего Дарклая.

Мама мгновенно засуетилась и, направляясь почему-то обратно в соседнюю квартиру, уже оттуда позвала:

– Да, пойдемте ужинать. Все уже готово. На стол накрыто. Остывает.

– Ты сломал стену? – прищурившись, медленно произнесла я, пробуя слова на вкус, потому что их смысл еще не совсем вместился в мою переполненную событиями голову.

– Я скучал по тебе. Не нравится? – сделав еще шаг в мою сторону, спросил лорди.