Долина драконов. Книга первая. Магическая Практика - Елена Звездная

— Чем малыши отличаются от драконов старше трех лет? — прошептала я, с надеждой посмотрев на Владыку.

Напряженно глядя на меня, Владыка хрипло ответил:

— Человеческой формой.

И резко поднялся.

Окончательно потрясенная, я осталась сидеть, растерянно глядя на Черного дракона, а повелитель Долины начал мерить комнату шагами, напряженно размышляя о чем-то и бормоча на древнем языке. И я неотрывно следила за ним, а Ирэнарн-Ррат-Эгиатар продолжал старательно что-то просчитывать…

Остановился. Метнулся к встроенному в стену книжному шкафу, схватил черный громадный фолиант, без труда удерживая его, раскрыл на явно знакомой странице. Вчитался. Остановился, невидящим взглядом глядя перед собой, после вновь начал читать, стремительно перелистывая страницы.

А затем хрипло произнес:

— Что-то не сходится.

— Что именно? — живо отозвалась я.

Владыка посмотрел на меня так, словно раздумывал — говорить или не стоит. Это было немного обидно, но, учитывая слова Асур-Ррата, я для Черного дракона была чем-то вроде мартышки, и полагаю, в его глазах весь этот разговор выглядел так, как если бы я, к примеру, разговаривала с кошкой. Ну если бы у меня была кошка…

И все же дракон решил продолжить и сказал:

— Если Серая хворь действительно может быть удалена с тела дракона, прошедшего трансформацию, то… Я это уже делал. Я лишал его чешуи. Лишал защитного слоя. Снимал драконьи щиты. И в первый раз после ритуала решил было, что уничтожил болезнь… но она вернулась. Воспользовавшись тем, что иммунитет брата был практически уничтожен как ею самой, так и моим вмешательством, Серая хворь практически полностью поглотила его.

Я посидела, кусая губы, и вдруг внесла неожиданное даже для самой себя предположение:

— Плесень где-то затаилась, а когда вы после ритуала ушли, атаковала из-за угла? — Дурацкое предположение, знаю.

И Владыка тоже явно так подумал, но мне сообщил:

— Исключено. Это помещение изолировано, сюда могут входить только два потомка древних, с которыми вы уже сталкивались, и, собственно, вы вошли по причине того, что на вас мой брачный браслет. Все. Остальным доступ закрыт. Что касается самого помещения — я лично трижды в день обрабатываю его огнем. После подобной обработки не остается даже пылинки, не говоря уже о какой бы то ни было, пусть даже дьявольски разумной, плесени.

Я покивала, полностью соглашаясь с ним, но тут взгляд мой зацепился за кресла, на которых до моего появления сидели охранники. И видимо, взгляд стал очень выразительным, потому как в следующий момент оба предмета мебели охватило пламя. Сильное, ревущее, неистовое. И схлынуло, вернувшись в ладонь Владыки и оставив оба кресла совершенно невредимыми.

— Каменные, — сухо пояснил Черный дракон.

Кивнув, я вспомнила о кресле для драконицы, и молча указала на него взглядом, удивленно подумав: «Неужели оно тоже каменное?» Нет, я к нему, конечно, не притрагивалась, но на первый взгляд оно казалось вполне обычным мягким, обитым тканью креслом…

— Нет, Милада, — устало произнес Владыка, — кресло Ривэлл вносится сюда, только когда она прилетает в замок. Я догадываюсь, что вы ощутили, как от него фонит магией, вы же маг, но это обычное заклинание мягкости, Ривэлл всегда заботится о своем комфорте.

Последнюю часть фразы дракон озвучил с каким-то осуждением… Или мне так показалось. В любом случае я просто не могла не сказать:

— Вы ошибаетесь, Владыка, никакого магического фона я от этого кресла не ощутила.

Черный дракон, как раз развернувшийся, чтобы вернуть книгу на место в шкаф, замер.

Затем очень медленно повернулся ко мне и хрипло спросил:

— Что, простите?

Не отвечая на его вопрос, я переложила одушевленную книгу с колен на тахту, улыбнулась заинтересованному ситуацией золотому дракончику, свесив ноги, обулась и, поднявшись, подошла к креслу невесты старшего из Владык.

В первый раз я не дошла до него двух шагов где-то, сейчас, держась примерно на таком же расстоянии, соблюдая контур очерченного круга, обошла кресло и остановилась прямо перед ним. И, закрыв глаза, осторожно сделала шаг, приближаясь к креслу.

Ничего.

Я не ощутила совершенно ничего. Вообще. Если здесь и была магия, то это была определенно магия моей родной конфессии! Причем магия родная мне настолько, что рядом с этим креслом мне даже как-то легче дышать стало.

— Госпожа Радович! — раздалось совсем рядом со мной.

Открыв глаза, я обернулась к Владыке, неожиданно оказавшемуся прямо за мной, практически впритык, не раздумывая, взяла его за левую руку, потянула ладонь на себя и, попытавшись разместить ее на нижней части своего живота, тихо сказала:

— В УМе вы уничтожили мое заклинание Имаджентеро, неимоверным образом сначала прикоснувшись к сосредоточию энергии, а затем разрушив энергетический кристалл, созданный из моей энергии, а значит, вы вполне способны почувствовать мою магию. Расслабьте руку и прижмите ладонь ко мне.

Вместо того чтобы с уважением отнестись к моему фактически предложению коснуться самого интимного что только может быть у мага — его силы, Владыка продолжал разъяренно взирать и держать руку так, чтобы никоим образом ко мне не притрагиваться. То есть его ладонь была в миллиметре от моего живота, я даже тепло ее ощущала, но дракон меня не касался.

Тяжело вздохнув, устало пробормотала:

— Да-да, я знаю, что вам противна и вообще я отвратительная человечка, а вы целый благородный дракон и даже Владыка, но отставьте свою брезгливость на мгновение, вы же воин. Потом сходите, руки помоете, а сейчас мне действительно лучше будет вам показать, объяснять долго.

На мои слова Черный дракон отреагировал странно, сначала напрягся так, словно вовсе окаменел, затем судорожно выдохнул сквозь зубы, и его рука плавно, очень осторожно легла на мое тело.

— Сильнее прижмите, — вновь попросила я, разворачиваясь к креслу.

Дракон прижал, одним рывком, меня к себе так, что не продохнуть стало.

— Владыка, — просипела я, — ладонь прижать, только ладонь, меня всю не надо.

Хрипло выдохнув, он ослабил хватку, но все так же прижимал к себе, проигнорировав мое замечание. Ну да ладно, будем работать с тем, что есть.

И, снова закрыв глаза, я разместила свою руку поверх его широкой большой ладони и начала объяснять:

— У разных магических конфессий различное телоощущение магии… ну вы, наверное, это и без меня знаете.

Черный дракон ничего не ответил, я лишь слышала его тяжелое дыхание и почему-то нарастающее биение сердца.

— Но все человеческие маги неизменно ощущают магию драконов здесь, — осторожно сместила ладонь Владыки чуть ниже, к самому низу живота. — Ваша магия отзывается чувством панического первобытного ужаса, можно еще сказать — страха за собственную жизнь, а этот страх базируется в нижней части живота. Теперь скажите, вы что-то чувствуете?