Долина драконов. Книга вторая. Магическая Экспедиция - Елена Звездная

Вопрос был задан не без оснований — мы все были с разных факультетов, я теоретик, Тихомир и Славен боевики, Никодим — травник.

— Я поняла, — ответила за себя.

— И я, — отозвался Славен.

— Я за то, чтобы двигать отсюда, — высказал свою позицию Тихомир.

— Не понял, — честно признался Никодим.

И мы посмотрели на Вачовски. Тот сидел, задумчиво переводя взгляд с меня, на Тихомира и обратно, и в целом промолчал.

— Это означает, что из смерти людей качали энергию, — тихо пояснил Никодиму Верес.

Травник покивал и уточнил:

— Ошибки никакой, значит, не было.

И посмотрел почему-то на меня. Я молча вернулась к заполнению первой графы под картой нашей половины Горлумского леса. Я не хотела думать о том, что здесь произошло… о том, кто и как здесь умирал… о тех, кто в этот момент стоял неподалеку и слышал крики загнанных в ловушку людей.

— Это самая паршивая, но не единственная плохая новость, — продолжил Верес.

Я взглянула на него.

— Ближайшая деревня на расстоянии семи часов хода от этой, — пояснил студент. — И судя по тому, что она откликнулась на зов моего поисковика — искать живых там нет смысла.

Закрыв глаза, я сжала веки, стиснула что было силы, стараясь не поддаваться панике и успокоиться. Просто успокоиться. И думать о насущном, к примеру о том, что ночевать нам придется в лесу, без еды и тепла.

Взяв себя в руки, попросила:

— Передай мне восприятие печатей.

Тихомир вскинулся было, но под взглядом Никодима не решился что-либо сказать. С кончиков пальцев Вереса сорвались четыре яркие искры, и три потусклее. Значит магов — семь. Учитывая яркость эманаций их магии, мы имели дело с магистрами.

— Дело дрянь! — все же высказался Тихомир.

Я зафиксировала все, что удалось выяснить о деревне, пометила место на карте, прикрепила к отчету в графе оттиски печатей, и решительно поднялась.

— Продолжаем идти на север еще четыре часа, — скомандовала группе.

Возражений ни у кого не нашлось.

Но к моему искреннему удивлению, Владыка молча поднялся и пошел вперед, ни говоря ни слова. Мы так же молча за ним.

Четыре часа мы не прошли. Но не могу сказать, что я в глубине души не порадовалась, когда все так же идущий впереди дракон остановился, и скомандовал:

— Привал.

Просто идти уже сил не было. Не знаю, как парни, а я еще в себя после управления многоместной телегой не пришла и уже откровенно падала. В прямом смысле слова. Раза два упала, и подниматься было трудно. Даже теплый плащ Камали, который я безумно любила, уже казался неподъемной ношей, дошло до того, что я мысленно поблагодарила Зэрнура за спаленный рюкзак — еще и его тащить я бы не выдержала. Мне вообще после магического истощения полагался недельный отдых, но чего нет, того нет. И когда Владыка объявил привал, я просто сползла по ближайшему дереву, которое только что использовала для того, чтобы подняться, потому как второе падение произошло тоже только вот, и подумала о том, что не хочу, просто не хочу вставать, организовывать привал, костер и прочее. Ничего не хочу. Просто закрыть глаза и спать. Просто спать, можно вот так вот на снегу и…

— Спи-спи, — меня осторожно подняли на руки, — я сам со всем разберусь.

Хотелось было вскинуться и спросить с чем именно, но после я подумала — не спалит же он лес, в самом деле, и не сломает и провалилась в сон, едва меня положили на лежбище из еловых веток.

Проснулась от того, что кто-то осторожно тряс за плечо, приговаривая:

— Вкусняшка, просыпайся тебе поесть нужно… — первое не впечатлило, — и покормить грасса, пока тебя не сожрали, — а вот второе очень даже.

Мгновенно распахнув ресницы, увидела мясо, горкой лежащее передо мной нарубленное кусками сырое мясо, не сырое в данный момент коптилось на отдельном костре, а также все сидели с бутылками вина, на главном костре шипел чайник, на столике рядом имелся чайный сервиз, тарелки с примерзшими соусами, зелень, рыба копченная… все как магистр Этрас любит…

— Ввв…Вачовски, — упавшим голосом позвала я.

— Да, мармеладочка? — мгновенно отозвался он.

И тут кто-то лизнул мою руку.

— Голод, — мгновенно догадалась я.

И уже рефлекторно взяв кусок мяса, протянула псу. Мясо с моей руки осторожно забрали, после чего в тишине леса раздалось довольное чавканье.

— Как ты нас нашел? — удивленно спросила я, передавая ему второй кусок.

Грасс ответил, нацарапав когтем на утоптанном снегу:

«Территория моей стаи».

Прочитав, я испуганно огляделась — просто ощущение возникло, что на нас отовсюду смотрят.

— Не, это не грассы, — отозвался Владыка, — это профессор Этрас запустил поисковики, пытается определить, кто потырил его ужин.

На этом парни резко начали давиться вином, а у меня от удивления рот открылся, чем и воспользовался дракон, впихнув мне в рот ложку рыбной похлебки. А на мой потрясенный взгляд, ответил с усмешкой:

— Ешь-ешь, сил набирайся, я засек как ты два раза в снег падала, так что завтра понесу тебя на руках… или что-нибудь придумаю.

Захотелось заорать «Не надо!». Но было поздно.

— Или сейчас, — впихивая мне еще одну ложку похлебки, задумчиво произнес Владыка.

И тут вдруг Никодим приподнялся, потянул носом, а затем резко поднявшись, легко и быстро, что при его комплекции казалось невероятным, подошел к нам, нетактично сунул нос чуть ли не в супницу, втянул запах и выпрямившись сказал:

— Миладка, я бы не ел?

— Отравлено? — с неожиданной надеждой спросил Тихомир.

— Да не, — отмахнулся Никодим, — но магистр Этрас человек старый, с некоторыми проблемами пищеварения в наличии, и потому в суп ему мягонь-траву кладут, ну которая от запоров.

Непроглоченную похлебку я тут же сплюнула в снег. Вскочила, обтерла снегом сначала руки, потом набрав немного с дерева, язык протерла, и вообще…

— Слушай, Тихон, я вот тут подумал, рыбки бы тебе надобно, — вдруг произнес Владыка.

Студент напрягся и заикаясь выговорил:

— Ннненадо!

— Надо-надо, — легко встав и угрожающе помешивая похлебку, заявил дракон. — Ты знаешь, был у нас в до… деревне лекарь один, потрясающе лечил! От всех болячек исключительно одним способом, — и он помешал похлебку уже выразительно. — Ты знаешь, так мозги прочищает…

— Вачовски, прекратите! — отплевавшись, потребовала я.

Но в едином прыжке перескочив метра четыре, не меньше, реющий развернувшимися от рывка ушами Владыка настиг рванувшего было в сторону Тихомира, схватил его, зажал рукой горло и уже было собирался влить в безуспешно трепыхающегося студента всю профессорскую похлебку, как я закричала что было сил: