Разведи меня, если сможешь - Ника Ёрш

Адам Боннер

Никто так не чувствует жизнь, как некроманты.

Я точно знаю ей цену, понимаю, когда она утекает сквозь пальцы, часто наблюдаю потери…

И каждый раз поражаюсь людской расточительности.

Они тратят свои ресурсы направо и налево, задумываясь над скоротечностью дней лишь когда Смерть раскрывает свои объятия. Она готова принять каждого, не делая различий: нищего и богача, младенца и старика, депрессивного урода, склонного к самоубийству и того, кто цепляется за жизнь до последнего вздоха, добряка и последнюю тварь.

Смерть всеядна и равнодушна, но даже у нее есть слабости. Этими слабостями являемся мы, некроманты. Она выделяет угодных еще до рождения и всегда присматривает за нами с особым интересом. Ей любопытно, как ведут себя отмеченные даром тьмы, она благоволит нашим просьбам, а мы пользуемся этим каждый со своими намерениями.

Один пытается отсрочить чью-то кончину, другой просит прийти быстрее и уберечь от мук, третий взывает к ее поддержке при оккультных работах… Мы часто просим и, практически всегда, она удовлетворяет наши желания. И я — не исключение, а скорее правило.

Мой дар… Я давно принял его, и не представлял себя другим. Мне нравилась сила, нравилась иллюзия властвования над тьмой, со временем я даже в одиночестве нашел свою прелесть. А Смерть я воспринимал как ту, что однажды принесет избавление, вот и все. Ко мне обращались с самыми разными просьбами, умоляя выручить в безнадежных, казалось бы, ситуациях. Нужды я не знал никогда, но и расточительством не занимался. Мне нравилась такая жизнь, ощущение собственной значимости и периодические свиданиями со Смертью.

Пока я не понял, насколько беспомощен в этом мире без ее милости.

Когда Поук использовал мою сестру и выбросил ее, словно мусор, сменив на следующую жертву, я был вне себя. Казалось, доказать насильственное ментальное вмешательство не представляло труда, нужно было только собрать чуть больше информации о негодяе. И я отправился на север, в некий городок с незамысловатым названием Хорсес, чтобы изучить Роджера Поука, сломать его и наказать.

Только ничего не вышло.

Поук был на хорошем счету в университете, его прикрывали люди из Техно Индастриз, а матушка славилась как прекрасный специалист среди самых именитых людей севера. Кроме того, Роджер встречался с перспективной девушкой-артефактором из хорошей семьи, которая в нем души не чаяла. Куда не посмотри — со всех сторон положительный тип. Прямых доказательств его вины у меня не нашлось, а косвенные улики никого не волновали.

Конечно, я мог просто шепнуть Смерти имя… Но все происходящее стало для меня вызовом и заставило задуматься над важнейшим вопросом: “Что я без дара?” Пыль. Отними она завтра тьму, и я превращусь в безликую тень среди тысяч таких же вокруг.

Я снова стал учиться. Первое образование получал еще в Гнезде, оно было обязательным для всех некромантов — истфак. Второе давалось в разы легче, так как получал я его удаленно, знакомясь с лекциями и другими материалами вне стен учебного заведения. Только экзамены сдавал бок-о-бок с будущими коллегами, от чего они не были в восторге. Зато большинство совпадающих дисциплин мне просто перезачли автоматом с первого образования.

Итог — получение корочки и служба вне штата в полиции Хорсеса. Я работал консультантом по оккультным преступлениям, иногда поднимал недавно ушедших для допроса и продолжал наблюдать за Поуком, стараясь постоянно держать руку на пульсе. Дело осложнялось тем, что он вел себя вполне обыденно, жена от него была в полном восторге, коллеги пели дифирамбы, а явных трагедий вокруг не наблюдалось. Я даже начал думать о том, что где-то ошибся и немного ослабил хватку.

Тогда же у Марианны проснулся дар некроманта. Малышка была подавлена, а родители безутешны.

Практически с чистой совестью я покинул Хорсес, оставив там небольшую квартиру на всякий случай и дав поручение нескольким ребятам за солидную плату доносить на Поука.

Почти два года, за которые я успел поработать преподавателем в Гнезде, было тихо. И я уже хотел остаться на юге, простившись с идеей мести, когда пришло письмо от одного из наблюдателей, в котором он утверждал, что с самим Поуком ничего странного не происходит, кроме постоянных измен якобы любимой жене, а вот в его бывшем окружении два человека скоропостижно скончались от кровоизлияния в мозг. Одна из них — любовница, с которой Роджер расстался больше месяца назад, а второй — маг-технолог, внезапно спившийся и потерявший интерес к своим изобретениям.

Я был в Хорсесе спустя неделю и даже нашел свидетелей, готовых выступать в суде и подтвердить причастность Поука к смерти мага. Их видели вместе и часто, но потом парень начал пить, а Роджер принес в фирму очередной гениальный проект, после чего получил новую должность. Казалось бы — все, не отвертится, но вышло иначе.

Дело развалилось еще во время следствия, а Поук наконец имел возможность встретиться со мной лицом к лицу. Он искренне недоумевал, с чего я решил клеветать на честного человека и благородно не стал подавать ответный иск за возмещение морального ущерба, только просил уехать и не делать больше глупостей.