Агентство «Чудо-трава» - Ольга Коротаева

Генрих тихо рассмеялся и поднял руку, невежливо тыкая в меня пальцем.

— Кстати, Ханк, познакомься, — иронично произнёс он. — Моя невеста Мара! Она ведьма.

Полный инститор посмотрел на меня так резко, что я отпрянула. Глаза Ханка расширились, а рот приоткрылся.

— Ведьма?!

Я ощутила, как лицо моё заливается краской, и бросила на Генриха недоумённый взгляд: он что, с ума сошёл?!

— С лицензией, — издевательски ухмыльнулся тот. — Мы только-только обручились. Не веришь? Смотри, на ней фата, на столе роза и конфетти. Вот, официанта спроси!

Ханк растерянно оглянулся на парня в фартуке, но испуганный официант исчез за дверьми кафешки. Генрих перевёл на меня тяжёлый взгляд и неожиданно подмигнул:

— Я даже червя насадить не успел, как у меня уже отбирают удочку…

— Что? — переспросил Ханк, и второй подбородок его нервно задрожал. — Ты о чём?

Генрих иронично приподнял брови и окинул меня многозначительным взглядом. Кажется, щёки мои уже задымились. Что он творит? К чему этот спектакль? Или он намекает на мои слова о червяке и большой рыбе?

— Ну ты понимаешь, — ехидно продолжил он. — Так что, по старой дружбе, позволь попрощаться с невестой! Обнять и всё такое…

Он поднялся так резко, что стул с грохотом отлетел в сторону. Я вскочила и, стараясь, чтобы между нами находился стол, нервно затараторила:

— Ну уж нет! Обнимайся с Аноли или ещё с кем-то, но ко мне не приближайся!

— Мара, — нежно проворковал Генрих, и у меня поджилки затряслись от такого тона: — Детка, прости! Я не знал, что придётся покинуть тебя так скоро! Но ты же меня, — он умудрился схватить моё запястье, подтянул меня к себе и прошипел: — Дождёшься?

— Размечтался, — фыркнула я, изо всех сил пытаясь вырваться из его объятий. — И не подумаю!

— Заткнись и слушай! — сквозь зубы проговорил он.

Я вздрогнула, ощутив его руку на своём затылке. Инститор прижал моё лицо к своему так, что со стороны Ханка казалось, будто мы целовались, и быстро прошептал:

— Помни о нашей договорённости. Лихо принесёт тебе деньги… Не верь никому! И постарайся как можно быстрее…

— Достаточно! — Ханк нетерпеливо рванул Генриха за руку. — Иди за мной!

Зубы Генриха скрипнули, и он оскалился в хищной улыбке:

— Ещё секундочку… Если не хочешь, чтобы я убил тебя на месте! — Ханк отшатнулся, лицо его побелело, а Генрих снова приник к моему уху: — Как можно быстрее заполни сосуды! И ты поймёшь…

— Хватит, я сказал! — вновь рявкнул Ханк. — Если ты пытаешься подговорить свою ведьму, я и на неё лицензию запрошу! Пусть даже не выпишут, зато галочку поставят…

Генрих уронил руки и закатил глаза.

— Да чтоб тебя, — зло проговорил он и, резко развернувшись, ударил Ханка в челюсть.

Инститор отлетел в сторону и, сбив пару стульев, затих у дальнего зонтика. Невдалеке взвизгнула какая-то женщина, и тут же к кафе метнулись фигуры инститоров. Я растерянно смотрела, как быстрые и точные удары Генриха расшвыривают нападающих. Один, два, три… Немолодой мужчина упал к моим ногам, перевернулся, и я увидела на его лице кровавое месиво вместо носа. Живот мой скрутило, я резко согнулась, и завтрак мой вышел наружу. Пострадавший хватал ртом воздух, судорожно оттирая рвоту с лица. Я неловко отшатнулась и, прижав ладонь ко рту, прошептала:

— Извините…

Подняла глаза и остолбенела, время словно замедлилось. Перед собой я увидела высокую фигуру в красном одеянии, седые волосы мужчины развевались на ветерке. Незнакомец медленно прошествовал мимо и скорее всего меня попросту не заметил, поскольку в том миг меня рвало. Я же сейчас не могла оторвать от него глаз. Сердце забилось, а голова закружилась. Словно сон, который преследовал меня много лет, внезапно стал явью. Я невольно шагнула за хранителем. Было очень важно посмотреть ему в лицо. Было жизненно необходимо узнать его…

Удар, я взвыла и схватилась за бедро, которым на полной скорости наткнулась на стол. Хранитель замер и медленно обернулся, но лица его я разглядеть не успела, поскольку меня сильно рванули за руку. Я рухнула на колени под стол и застонала от боли. Перед глазами я увидела лицо Джерта: глаза его были расширены, а к губам он прижимал указательный палец. Я услышала чей-то вскрик и дёрнулась, но сероглазый инститор вновь остановил меня. Через несколько секунд рядом прошуршали шаги, и раздался стон и ругань. Через минуту Джерт осторожно выглянул и тихо произнёс:

— Теперь можешь подняться. Только осторожнее, тут кого-то вырвало…

— Меня, — содрогнулась я. И тихо спросила: — Генриха схватили?

Джерт неопределённо хмыкнул и помог мне подняться. Инститоры исчезли, словно их и не было. И лишь кровавые следы на асфальте доказывали, что нападение мне не примерещилось. В горле встал комок, а глаза защипало. Джерт осторожно потянул меня, и я послушно шагнула за приятелем Генриха. Он усадил меня за другой столик и даже бережно перенёс остатки заказа и розу. Присев рядом, положил на мою руку свою горячую ладонь.

— Ты как?

— Что это было? — стуча зубами, едва выговорила я.

— Генриха попытались арестовать за убийство, — спокойно проговорил Джерт. — Говорят, он вырезал всё логово волколаков.

Колени мои задрожали, я растерянно посмотрела на сероглазого инститора и спросила:

— Так попытались или арестовали?

Тот пожал плечами.

— Трудно сказать. Я не видел, но по собственному опыту могу сказать, что Генриха не так просто арестовать…

— По опыту? — насторожилась я.

— Сам пытался, — кивнул тот. — Генрих никогда не отличался законопослушанием. Но и кровожадности за ним не водилось…

— Да ладно?! — нервно рассмеялась я, вспоминая покачивающуюся голову старой ведьмы.

— Только Сигард мог его задержать, — задумчиво проговорил Джерт, — но ты его отвлекла… Странно. Он тебя знает?

Я беспокойно заёрзала на стуле: страх и жажда увидеть лицо высокого незнакомца из многолетнего сна вновь охватили меня. Но, если подумать, то не так уж хранитель был и похож на человека из видения. И он явно был ниже. Я вздрогнула: Сигард? Канила говорил, что ему нужно воспоминание, которое я украла у Сигарда. Тот, кто спал в жёлтом доме без окон и дверей… Так это и был Сигард?

— Он не спал.

Услышав голос Джерта, я вздрогнула. Я что, это вслух произнесла? Осторожно подняла глаза на инститора: тот тоже буравил меня настороженным взглядом.

— Сигард был в коме с двадцать пятого апреля, — сурово произнёс он. — Но после вашего с Генрихом визита в Крамор, он неожиданно очнулся. Что же за воспоминание ты украла у отца Аноли?

Сердце моё ёкнуло.

— Двадцать пятое апреля этого года, с девяти до полдесятого утра, — немеющими губами прошептала я.