Тимиредис. Летящая против ветра - Надежда Кузьмина

— Как Огурец? — не поняла я.

— Мерин. Для девиц безопасный и бесполезный.

Ну чего, спрашивается, зубы скалит?

— Ас, я должна извиниться.

— За что?

— Когда ты говорил, что за тобой следят, и обвинял, что меня подослали, я решила, что ты — псих. А оказалось, ты был прав. И я бы на нее никогда не подумала. Она была такой милой и красивой… Ты можешь мне сказать, кто на тебя охотится?

— Ну, ты уже по уши в этом деле. Все просто — прибить мою голову к стене над камином в гостиной мечтают мой отчим и его вторая жена. Если я умираю, мой отчим, лорд Барака тер Бартоломе, чистокровный человек, становится герцогом Сайгирн. При этом я не могу просить убежища в Ларране, потому что обязательным условием наследования титула и вступления во владение является то, что я должен расти в герцогстве и до совершеннолетия не покидать его границ.

— И ты решил поступить сюда? Потому что твой отчим не имеет тут никакой власти? Как раз на четыре года, до восемнадцати?

— Именно. Даже притащил своего коня. И наивно возомнил, что раз уж сумел добраться, то в безопасности… Расслабился. Эх-х!

Ас замолчал. А я неожиданно задумалась, чего стоило ему сохранять спокойствие, достоинство и невозмутимое лицо, выслушивая лживые обвинения в изнасиловании и зная, что в конце пути его, скорее всего, убьют.

— А что тебе сказал герцог Дейл? — прервал затянувшееся молчание Ас.

— Похвалил. Дал заглянуть в себя. Он необыкновенный — как космос! Научил, как правильно смотреть на людей в контрольной сети. И дал наказ больше медитировать. Сказал, что я недорабатываю.

— Ничего себе! Ты ему понравилась. Скажи, ты все еще не хочешь, чтобы я помогал тебе с занятиями?

— А ты хочешь?

— Хочу.

— Для меня важно добиться всего самой, понимаешь? Доказать себе, что я — могу.

— Ты права и не права.

— Это как?

— Ну, вот объяснения лорда Дэрека на уроках математики ты же не считаешь помехой твоей самостоятельности?

— Нет. А что?

— А с чего ты взяла, что мои будут тебе мешать? Потому что я не ношу мантию до пола и не называюсь педагогом? Если я хоть немного помогу тебе с основами, ты сможешь за то же время выучить больше. И стать сильнее. Ведь именно это — твоя цель? Или твоя гордость не позволяет взять от меня даже такую малость? Я тебе настолько неприятен? — бесстрастное прежде лицо исказилось страданием.

Протянула руку и дотронулась пальцами до его щеки. Гладкая, как девичья. И холодная.

— Я не обещаю, что смогу. Но давай попробуем? И, Ас, я очень за тебя испугалась, когда увидела, что тебя уводят. А когда ты отдал мне Прибоя, поняла, что всё совсем плохо.

Он накрыл мою руку ладонью.

— Можно? Не убирай, пожалуйста!

Теперь я знала, о чем он говорил. В кончиках моих пальцев, которые сжимала его ладонь, бился пульс. И я не могла понять — чей он?

Вернувшийся лорд Йарби подвинул кресло и сел напротив нас.

— Аскани, — я отметила, что сейчас директор обратился к Асу просто по имени, как ко мне. — Мне жаль, что такое происходит. Ты держался молодцом. Но, повторяю вам обоим, — с территории школы без моего разрешения и назначенного мной сопровождения — ни ногой!

Я попробовала поднять руку.

— Тим, что? — серые глаза директора уставились на меня.

— Лорд Йарби, мне нужно на рынок. У меня нет зимней обуви и недостает теплых вещей. И тетради кончаются.

— Ясно. Недельку потерпишь? В следующее воскресенье организую. Сегодня уже поздно — вот-вот темнеть начнет. Сейчас отправляйтесь на ужин, а то останетесь голодными.

Пока шли к столовой, молчали. Потом Аскани искоса взглянул на меня, улыбнулся:

— Знаешь, я тебе соврал.

— Как? — захлопала глазами я.

— Я не выкинул ни твою шапку, ни чулки. Просто отдавать не хотел. И не проси, не верну! — и с вызовом посмотрел на меня.

Я отвернулась в сторону, чтобы спрятать улыбку.