Не играй с огнем, девочка, или Ведро воды тебе на голову! - Екатерина Вострова

— Я просто попросила рассказать ее обо всем по порядку, мы отошли подальше от площади с паломниками… Ну откуда мне знать, кер, где в столице злачные места?! — не выдержав, вспыхнула я. — Только мы завернули за угол, как на нас напал этот сумасшедший. А вы так говорите, будто я сама в себя бревном запустила!

Выражение лица Арквила смягчилось, но не намного:

— Но ты не должна была уходить далеко, не сообщив мне.

— Приставили бы охрану? — в тон ему спросила я.

— Да хоть бы и так! — прищурился он, склоняясь над моим лицом.

— Настолько не доверяете мне? — почему-то стало смешно, произошедшее теперь казалось не более чем дурным сном.

— Тебе доверяю, а вот всем остальным — нет.

— Я тоже вам доверяю, — примирительно сказала и вдруг поняла, что это правда.

Я ему доверяю. Что бы ни случилось, я готова вложить в его руки свою жизнь и буду знать, что ничего плохого не случится. Это знание было внезапным, оглушающим, как удар по голове. Я мгновенно позабыла все, о чем мы с ним говорили, и почувствовала, что буквально растворяюсь в насыщенной огненными всполохами радужке его глаз. Маг еще что-то рассказывал, спрашивал, но я больше не слушала. Я поняла для себя главное и хотела только одного — чтобы и он это понял.

Чуть приподнявшись над подушкой, я потянулась вперед и осторожно коснулась губами его сомкнутых губ. Замерла залетевшей в клетку пташкой, не зная, то ли спасаться бегством, то ли сдаться на милость победителю.

— Ты ведь помнишь, что я говорил насчет твоего поцелуя? — чужим незнакомым голосом спросил кер.

Я чуть отстранилась, но была тут же поймана в кольцо чужих рук. Мужчина прижал меня к себе, пьяно вдыхая аромат волос.

— Ох… жешь! — не удержалась я от болезненного восклицания, когда он дотронулся до какого-то синяка на середине спины. — Отпустите…

Арквил буквально зарычал, но хватку ослабил, осторожно опуская меня обратно на кровать.

— Почему-то теперь мне кажется, что ты нарочно влипла в неприятности, — пробурчал он, глядя на меня как на предателя.

Это было бы обидно, если бы маг при этом не выглядел так комично. Насупленный, с поджатыми губами.

— Зато если я все-таки пойду на бал, у меня будет отличное объяснение, почему я не танцую, — попыталась отшутиться я. — Скажите, кер. Вы так и не узнали, зачем король позвал меня?

Арквил отрицательно мотнул головой, и тогда я задала следующий волнующий вопрос.

— А ваш шрам? Его больше нет… — я протянула руку, чтобы коснуться лица мужчины, но тот, сухо кашлянув, отодвинулся, а затем и вовсе встал с кровати.

— У меня на сегодня еще запланировано несколько встреч, плюс Пресветлый после инцидента с тобой обязательно будет устраивать охоту на нечистого немого. А ты отдыхай. Мила с гувернанткой, я попрошу, чтобы тебя сегодня не беспокоили. Отец нанял еще одну служанку, пока мама со всем штатом прислуги за городом. Так что я распоряжусь, чтобы тебе принесли завтрак, обед и ужин. Если что — не стесняйся пользоваться колокольчиком.

Он кивнул на лежавший на столе маленький золотой колокольчик с длинной ручкой и, сухо попрощавшись, вышел за дверь.

Только когда он ушел, я осознала, что забыла попросить позвать Милу. Племянница наверняка очень переживает. А я, видимо, так и не научилась за то время, что она со мной, думать в первую очередь о ребенке, а не о себе.

В скором времени действительно пришла служанка — миловидная девушка не старше меня, в белом чепце, из-под которого были видны рыжие кудри, и сером длиннополом платье.

«А волосы-то точь-в-точь как у меня! — подумалось при первом взгляде на нее. — Интересно, кто ее нанимал на работу? Арквил? Может быть, и я ему нравлюсь, только потому что рыжая?»

«Ты ему нравишься только потому, что невосприимчива к магии», — ехидный голосок внутри был тут как тут.

Видимо, маг вчера здорово меня приложил, раз я уже сама с собой спорить начинаю. Вот только здравый смысл все равно никак не желал торжествовать.

Служанка оставила мне еду на подносе, какие-то отвары в баночках и порошки, передала слова доктора о том, как нужно их принимать, и поспешно покинула комнату.

Поев, я еще немного полежала, а затем попробовала встать. В конце концов, запрета на это я не слышала. Первый шаг был неприятным и отдавался ломотой во всем теле, но ходила я весьма сносно. Разве что при резких движениях болело в груди и спине, но вполне терпимо. Однако при попытке выйти за дверь на пороге появилась рыжая служанка и со словами «О, кер будет ругаться, если узнает!» попыталась загнать меня обратно в постель.

— Но мне надо проведать дочь! — эта наглая девица откровенно бесила.

А может, я так злилась на нее, потому что она отчетливо напоминала мне себя, и не только цветом волос?

— Но попадет-то мне, кера! — всплеснула руками девушка, обращаясь ко мне как к благородной.

Вздохнув, решила не спорить и в результате так и просидела весь день в комнате. В обед пришел доктор — тот самый Ричард из госпиталя. Я впервые увидела скрытые под повязкой кровоподтёки. При взгляде на них даже пропадало естественное смущение, что посторонний мужчина видел меня полуобнаженной. Мне самой было неприятно смотреть на припухшие ребра, а грудь все равно закрывали полоски ткани.

— Заживление идет хуже, чем я думал, — он надавил куда-то, вызывая у меня сдавленное шипение. — Постарайтесь поменьше напрягаться.

— Но ходить же мне можно? — с надеждой спросила, пытаясь поймать взгляд доктора.

— Можно, — вздохнул он. — Но не долго и не быстро.

Ответ меня устроил, раньше на мне все заживало как на собаке, так что и сейчас я не слишком за себя переживала.

— Доктор Ричард… А Елену вы не видели?

Впервые за сегодня мужчина поднял на меня голову и посмотрел прямо:

— У вашей сестры новый покровитель, и в моих услугах она более не нуждается, — скривился он. — Поэтому, прошу, не упоминайте больше о ней при мне.

Новый покровитель? О чем он, вообще? Неужели о Пресветлом? Но ведь тот забрал ее, когда она была без сознания! Мало ли что могло случиться. Может быть, доктор что-то не так понял?

— Она пострадала еще сильнее, чем я, может быть, она вообще до сих пор без сознания…

— Я с ней виделся, — сквозь зубы прошипел доктор, — и поверьте, вид у нее был вполне довольный жизнью.

Мне не хотелось ему верить. Елена же так искренне говорила об этом докторе и чувствах к нему, а тут вдруг «новый покровитель»? Что это вообще значит? Она ведь в любом случае не оставила бы свою дочь… Или оставила бы?

— Я думаю, возможно, вы не так поняли… — прошептала я, сама уже не веря своим словам.

Я тут из-за нее выставила себя перед кером Арквилом чуть ли не продажной женщиной, а она крутит шашни уже со вторым мужчиной?