В поисках камня - Дэвид Эддингс

Се'Недра получила превосходное воспитание. Она изучила всетонкости этикета, назубок знала все обращения к императору или к королю, ноприсутствие божества пугало и смущало её. Она чувствовала себя неловко, какдеревенская девчонка. Она задрожала, что случалось с ней крайне редко, ирастерялась, не зная, что делать.

Ал смотрел на искаженное благоговейным ужасом лицо Релга.

— В безрассудстве своем исказил ты, что я тебе говорил,о сын мой, сказал он сердито. — Ты извратил мои слова на потребу своимжеланиям.

Релг дрожал.

— Я сказал, что ты явишь алгосам дитя, которое станетГоримом, — продолжал Ал, — и велел готовиться к тому, чтобы стать егонаставником. Разве я велел тебе заноситься посему?

Релг задрожал еще сильнее.

— Велел я тебе подстрекать к мятежу? Или возмущатьалгосов против Горима, которого я над ними поставил?

— Прости меня, о мой бог, — молил Релг,распластавшись на полу.

— Встань, Релг, — твердо сказал ему Ал. — Ятобой недоволен, и низкопоклонство твое для меня отвратительно. Я покорю тебясвоей воле, Релг, или сломаю. Я очищу тебя от твоего всепоглощающегосамодовольства. Тогда лишь ты станешь пригоден для дела, на которое я тебяизбрал.

Релг, шатаясь, встал.

— О мой бог… — Он смолк, не в силах продолжать.

— Слушай мои слова, Релг, и повинуйся. Я повелеваю тебеидти с Белгаратом, последователем Олдура, и, елико возможно, емуспособствовать. Ты будешь повиноваться ему, как если бы я говорил его устами.Понял ли ты?

— Да, о мой бог, — смиренно отвечал Релг.

— Повинуешься ли ты?

— Я сделаю, как ты велишь, пусть даже это будет стоитьмне жизни.

— Это не будет стоить тебе жизни, Релг, ибо ты мненужен. Зато и награжу я тебя сверх того, что ты можешь вообразить. Релг в немойпокорности поклонился. Ал обернулся к Гориму.

— Ты, о сын мой, пребудешь пока здесь, — сказалон, — хотя годы твои и гнетут тебя. Недолго осталось тебе нести их бремя.Знай же, что я доволен тобой.

Горим склонился в поклоне.

— Белгарат, — приветствовал чародея Ал. — Ядолго взирал на тебя и вместе с твоим повелителем тобою горжусь. Через тебя идочерь твою Полгару пророчество близится к исполнению, коего все мы ожидаем.

Белгарат тоже поклонился.

— Долог этот путь, — ответил он, — и петляеттак, как никто из нас вначале не предполагал.

— Истинно, — согласился Ал, — всех нас этопорою изумляет. Вступил ли уже в свои права дар Олдура миру?

— Еще не совсем, — сказала Полгара. — Он ужеидет к этому, и то, что мы видели, вселяет надежду.

— Будь же здрав, Белгарион, — сказал Алиспуганному юноше. — Благословение мое даю тебе, и знай, что я и Олдурбудем с тобою, когда придет твой час.

Гарион поклонился — довольно неуклюже, заметила Се'Недра.Она решила, что скоро — очень скоро — надо будет его немного поучить. Он будетпротивиться, конечно, — он невыносимо упрям, — но она знала, что,если теребить его достаточно долго, он покорится. В конце концов это нужно дляего же пользы.

Ал, казалось, все еще глядел на Гариона, но выражение егонесколько изменилось. Се'Недра догадалась, что он говорит с другим — с тем, ктобыл как бы частью Гариона, а как бы и нет. Потом он серьезно кивнул и посмотрелпрямо на принцессу.

— С виду она совсем еще ребенок, — заметил онПолгаре.

— Она уже достаточно взрослая, — ответилаПолгара. — Она дриада, а они вообще невысокие.

Ал мягко улыбнулся принцессе, и она почувствовала, что теплоэтой улыбки её согревает.

— Она как цветок, правда ведь? — сказал он.