Проклятие лилий - Ольга Валентеева

— Не беспокойся за Ника, — говорила Амелинда, пока служанки делали мне прическу. — Я буду с ним, а ты держись. Не дай Осмонду загнать тебя в угол.

— Не родился еще тот мужчина, который сумеет меня туда загнать, — усмехнулась я. — Спасибо за все, Эмми.

— Не стоит благодарности. Затми там всех.

Экипаж уже ждал снаружи, как и охрана, видимо, брат опасался, что я не доеду до дворца, а вместо этого сбегу в Литонию. Такая мысль даже позабавила. Представила, как возвращаюсь в королевский дворец Самарина. Нет уж, никогда! Ноги моей больше там не будет. А за окнами расстилался Истор — величественный, прекрасный и безразличный. Ему не было дела до моих тревог. Я устало прикрыла глаза. Хотелось быть не здесь, а рядом с Ником, а еще сжигало сердце беспокойство за Ила и девочек. Хорошо еще Амелинда успела написать в замок Аттеус о нашем положении и получить ответ, что у детей все благополучно. Ничего, справимся. Разве в первый раз?

Дворец сиял всеми огнями. Видимо, ради такого случая Осмонд вытащил беременную супругу из загородного особняка. Еще бы! Надо всем показать, насколько силен Изельгард, раз посреди войны может праздновать. В этом был весь мой брат, до мозга костей. Экипаж остановился, слуга помог мне выйти, и я направилась к главному входу. Мне оборачивались вслед, на меня откровенно глазели. Я расправила плечи и улыбнулась. У Осмонда никогда не получится меня сломать, даже если небо с землей поменяются местами. Да, вечер простым не будет, но последние месяцы в моей жизни и так все непросто.

— Ее высочество Бранда, принцесса Изельгарда, — огласил распорядитель праздника, и я вошла в зал. Вот как, значит? Принцесса Изельгарда, будто Литонии не было в моей жизни. Ну-ну.

Люди оборачивались мне вслед, а я под их пристальными взглядами шла к трону брата. Он глядел на меня с плохо скрываемым торжеством. Его супруга, маленькая бледная девчонка, которая будто задыхалась в этих комнатах, смотрела испуганно.

— Сестра наша Бранда, — громко сказал Осмонд, — рад наконец видеть вас дома.

— Я тоже рада, ваше величество, — ответила, присев в реверансе.

— Мы долгое время считали вас погибшей. Что ж, слухи, как известно, склонны все преувеличивать.

— Так и есть, ваше величество.

Взгляд Осмонда скользнул на брачный браслет на моей руке. Он прищурился на миг. Неужели думал, я сниму его? Нет, я не просто так называю Ника мужем и от него не откажусь.

— Тем более важно, что вы приехали в такой трудный час, когда ваш сын Илверт решил пойти на нас войной. Можно ли расценивать ваш визит как протест против его действий?

— Да, ваше величество, — спокойно ответила я. Говори что хочешь, старый мерзавец. Даже если я считаю, что Ил не прав, я — его мать и буду с ним до конца.

Люди зашептались, я ждала, когда заговорит король.

— Я рад слышать это, сестра, — ответил Осмонд. — Прошу, наслаждайтесь праздником.

Скотина! Можно подумать, я забыла, до какого состояния он довел моего мужа. Отыгрался, вот и все. Но я тоже умею отыгрываться. Главное, чтобы Ник выздоровел и с Илом все было благополучно. Мой мальчик справится и утрет нос этому индюку, по недоразумению правящему Изельгардом.

Я отошла от трона, и вокруг тут же образовалось кольцо придворных.

— Ваше высочество, мы так рады вас видеть, — щебетали они.

— Мы так рады, что вы живы.

— Где же вы были так долго?

Хотелось послать всех к демонам, но я лишь мило улыбалась и кивала, чувствуя себя куклой, болванчиком. Скорее бы закончился этот фарс! Но начались танцы, посыпались приглашения. Я отказывала раз за разом, чувствуя, как нарастает раздражение. Осмонд пошел проводить королеву: по официальной версии, ей от жары сделалось дурно, а затем меня разыскал слуга и шепнул:

— Ваше высочество, его величество ожидает вас в кабинете.

Понятно, на этом вопрос не исчерпан. Я призвала на помощь все свое самообладание и пошла за слугой. Мы миновали ряд длинных коридоров, и передо мной отворили двери кабинета. Осмонд сидел за столом, как и при нашей недавней встрече.

— Присаживайся, — махнул рукой.

Я присела на краешек кресла. Спокойно, Бранда! Сейчас от моего поведения зависит не только моя жизнь, но и судьба Ника и моих детей. И Амелинды, которую я в это втянула.

— Слушаю вас, ваше величество, — сказала спокойно.

— Я хочу, чтобы ты написала письмо Илверту и призвала его заключить перемирие с Изельгардом.

Перемирие? Значит, дела Ила не так плохи. Осмонд даже не просит его оставить Литонию или, допустим, сдаться в плен. Всего лишь перемирие. Вот только на каких условиях?

— И что я должна написать?

— Что я готов оставить ему завоеванные территории и отдаю руку старшей дочери в знак союза Изельгарда и Литонии.

Брак в знак союза Изельгарда и Литонии. И это тоже мне знакомо. Более того, я была уверена, что Ил не согласится.

— Хорошо, я напишу.

Можно подумать, у меня есть выбор. Осмонд подал мне бумагу и перо. «Возлюбленный мой сын, — написала я, — его величество Осмонд был так добр, что позволил мне написать вам. Его величество готов предложить вам перемирие. Все территории Литонии, завоеванные вами, останутся при вас. Также его величество в знак добрых намерений предлагает вам жениться на его старшей дочери. Думаю, это более чем щедрое предложение, и прошу вас детально его обдумать и согласиться. Ее величество Бранда Литонская».

Осмонд перечитал, посмотрел на подпись, недовольно фыркнул, но говорить ничего не стал. Видимо, решил, что и этого достаточно.

— Благодарю за здравомыслие, сестра, — сказал он. — Можешь вернуться на праздник.

— Я бы с большим удовольствием поехала домой, ваше величество. Не считаю возможным веселиться, когда мой супруг тяжело болен.

— Не понимаю, зачем ты вышла замуж за Лиса.

— Я его люблю. — Улыбнулась королю, а того перекосило. — И ни минуты не жалела, что согласилась.

— Дело твое. Что ж, ступай. Стража тебя проводит.

Конечно, куда же без стражи. Но стоило выйти из дворца, как стало легче дышать, словно был перекрыт кислород, а теперь для меня открыли воздух. Я села в экипаж, и меня под конвоем снова доставили в особняк Аттеусов. Едва успела дойти до входной двери, как навстречу вылетела Амелинда.

— Что-то с Ником?

Сердце тут же пропустило удар.

— Да, — улыбнулась Эмми. — Он пришел в себя, поэтому выкарабкается. Как прошла встреча с Осмондом?

Я пожала плечами.

— Много пустой болтовни и предложение перемирия для Илверта. Но, уверена, сын не согласится. Он не для того начинал эту войну, чтобы так просто отступиться. Ил упрямый.

— Есть в кого, — мягко ответила Эмми.