Секира Перуна - Екатерина Неволина

Глеб на миг сжал губы. Ну, теперь самое сложное. Главное, чтобы голос не дрогнул, чтобы не выдал его истинных чувств.

– Потому что я не люблю тебя, – произнес он, ощущая, как покрывается льдом в его руках телефонная трубка. – Забудь меня, Оля. И… прости, если сможешь.

Он уже не выдерживал дальнейший разговор, поэтому нажал на отбой и тяжело опустился на пол. Все тело сотрясали спазмы, а из горла вырывался то ли хрип, то ли рыдания.

Пусть так. Пусть ему будет плохо. Лишь бы она жила… Жила…

– Глупый, однако. Глупый, но хороший, – на плечо Глеба легла невесомая ладонь. Старый шаман, забыв обычную язвительность, явился его утешить.

Глеб не ответил. Но старик и не ждал ответа – он уже давным-давно понял, что слова ничего не значат. Главное – только то, что стоит за ними. Только это имеет единственную ценность. Только это бесценно. Шаман уже почти забыл, что такое чувства, но сейчас вдруг ни с того ни с сего вспомнил, как умирала Айяна. Как он сам, закрыв ей глаза, долго звал духов, чтобы они забрали и его, как холодно и страшно было остаться без нее…

– Не горюй, молодой шаман. Духи знают, как нужно поступать. Не загадывай, как пройдет твоя охотничья тропа и где доведется встретить закат, – сказал он, качая головой.

Глеб не ответил.

Когда он, спустя почти что час вышел из комнаты, на лице у парня не было ни следа пережитой бури. Он выглядел совершенно обычно, только разве что бледнее, чем всегда.

Девочки уже ждали в гостиной.

Ровно в назначенное время дверь директорского кабинета открылась, и Евгений Михайлович бодрым шагом вошел в комнату.

– Все собрались? Вот и хорошо, – сказал он, словно не замечая отсутствия Северина. – Я хотел бы поблагодарить вас за проделанную работу. Впереди ждут сложные и опасные задания. Я прошу каждого из вас быть очень внимательным и ответственным, тем более теперь, когда мы знаем, что у нас есть серьезные и безжалостные враги. Поэтому сегодня нам как никогда требуется быть сплоченными, уметь быстро принимать единственно правильные решения, доверять и поддерживать друг друга, – объявил он, стоя посреди зала.

Если бы Александра любила проявлять свои чувства жестами и мимикой, она бы нахмурилась и пожала плечами. Зачем директор собрал их здесь? Только ради того, чтобы сообщить эти очевидные истины? Укорить за допущенные ошибки?

И, словно отвечая на ее незаданный вопрос, Евгений Михайлович вдруг улыбнулся и сказал:

– Вы, конечно, удивлены, зачем я собрал вас сейчас. У меня есть для этого все основания. Потому что сегодня я представлю вам нового члена вашей команды.

Александра вздрогнула. Вот это номер!

– То есть?! – не выдержав, вмешалась Динка.

Один лишь Глеб еще умудрялся сохранять невозмутимость. Правда, ровно до того момента, когда в дверях показалась ухмыляющаяся физиономия.

– Это Ян. Он теперь будет учиться и… работать вместе с вами, – как ни в чем не бывало продолжал директор.

Как и в прошлые свои появления, Ян был с головы до ног в черном, и, похоже, озадаченные лица «русичей» доставляли ему истинное удовольствие.

– Но это же… – На лице Глеба отразилась целая палитра эмоций – от недоумения до гнева. – Я должен немедленно поговорить с вами! – повернулся он к Евгению Михайловичу.

– О Яне? Да знаю я, знаю, – заверил директор. – И гарантирую, что он-то не работает на наших конкурентов. Просто ваша прошлая встреча…

– Вышла не совсем удачной, – промурлыкал Ян – довольный, словно налопавшаяся сметаны кошка. – Но я абсолютно уверен, что инцидент исчерпан, и мы очень быстро придем к полному взаимопониманию и… Как вы там говорили?.. Станем сплоченными и будем доверять и поддерживать друг друга.

Из-под густой рваной челки выглядывал лукавый глаз, а на физиономии Яна не было ни следа серьезности. Похоже, он вообще на нее не способен, а благодаря специфической манере произношения, любые слова превращались в глумление и откровенный стеб.

– Мы не собираемся терпеть его! – не выдержала на этот раз Александра. – Разве вы не видите, что представляет из себя этот субъект?! Разве вы не видите, что он откровенно издевается над нами?!

– Саша, Саша, – Евгений Михайлович укоризненно покачал головой, – а я-то думал, что ты умнее и сдержаннее. Ян – очень перспективный и полезный для нас молодой человек. И я действительно уверен, что вскоре вы найдете с ним общий язык. А что касается его присутствия в команде, то оно даже не обсуждается.

На щеках Александры вспыхнули алые пятна, но девушка закусила губу и промолчала.

Глеб тоже больше не стал возражать. Он видел, что директор уже все для себя решил и считает свое решение оптимальным. Видимо, у него есть для этого основания. Хотя взять в команду Яна сразу после того, как они потеряли Северина, не лезет ни в одни ворота. Поменять верного друга на недавнего врага. Смешно! Да и сам факт вызывает тревогу. Неужели они – только пешки на шахматной доске. Ушла одна фигура – заменили другой и ладно?!. Глеб опустил глаза и мысленно досчитал до тридцати и только после этого немного успокоился. Не стоит отчаиваться. Он сам, независимо от решения Евгения Михайловича, сделает все, чтобы вернуть друга.

* * *

Александра вернулась в свою комнату, чувствуя, как на щеках горит румянец. Так и есть, поняла она, остановившись перед зеркалом. Девушка ненавидела в себе эту особенность – краснеть. Только это выдавало ее истинные чувства. А еще Саша ненавидела таких, как Ян, – наглых, самоуверенных, тех, кто считает, что весь мир лежит у их ног.

Облокотившись о столик, на котором стоял лишь самый минимум косметики, девушка задумчиво уставилась на свое отражение. В ее голове бродили разнообразные мысли.

Этого Яна им навязали. Кто знает, почему. Вся команда не примет его – а ведь это так, снисходительна к чужаку пока только Динка, но она маленькая, еще ничего не понимает, и ее можно будет исподволь заставить поменять свое мнение. Они объявят черному холодную войну и тогда посмотрят, хорошо ли ему придется. В крайнем случае, можно будет даже пойти на жесткие меры – скажем, подставить его перед Евгением Михайловичем. Если действовать слаженно, командой, это удастся.

Александра не сомневалась в том, что Ян – их враг, возможно, несмотря на уверенность директора, как и Арина, двойной агент. Нет, доверять ему было бы огромной непростительной ошибкой.

«Так и поступим!» – решила Саша, и в этот момент увидела, что ее отражение насмешливо, даже глумливо улыбается.

Девушка застыла, наблюдая, как ее зеркальный двойник протягивает к ней руку, а затем отшатнулась и зажала ладонью рот, чтобы не закричать.

– Ну что же ты боишься? Я вернулась. Ты, наверное, скучала?.. – прошептало отражение…