Танцующая с грозой - Дина Сдобберг

Девочка была очень одинока, богиня одарила ребенка очень страшным даром. Маленькая Ия чувствовала душу. Ее бесполезно было пытаться обмануть, она видела суть. Всю тьму и болотную муть, что есть в душе у каждого. Весь свет и истинные чувства, что скрывались под панцирем показного спокойствия. Поэтому девочку очень не любили и сверстники, и взрослые.

Мама девочки была очень болезненна, а беременность и роды очень тяжёлыми, в результате Ия осталась сиротой. И хотя и отцы, и мать девочки были нагами, а, одаренный подобным образом, ребёнок оказался никому не нужным. Росла она, конечно, в центральном доме, и бабушка ее щедро одаривала, но никто не дарил девочке самого главного — любви и заботы. Искренней и от сердца.

Уж как получилось, что пересеклись Ия и Рис, никто не знал, но в жизни каждого из малышей появился родной и искренне переживающий человечек. Когда Рис начал болеть, Ия места себе не находила, частенько оставаясь ночевать рядом с братом. Сама брала у лекарей масла для чешуи, сама мазала, сама распускала дорогущие простыни на бинты.

Новость, что мальчишку вылечили, для нее действительно была радостной. В отличие от многих старших клана. Потому что, как подозревала Каяна, если бы Рис умер, не надо было бы думать, а не начнет ли он мстить. А с его силой… С одной стороны статус клана, с другой безопасность того же клана. И что перевесит, непонятно.

А Ия считала, что за любое добро надо благодарить. Вот и отблагодарила, чем смогла. В корзине лежали белые сливы, очень редкое лакомство, им баловали только девочек-нагинь, даже взрослые нагини уже его не получали.

А в свертках лежал бесцветный паучий шелк. На каждый из этих рулонов можно было построить очень хороший дом, а она притащила их целых три. Каяна сказала, что, скорее всего, девочка распотрошила собственное приданое. Паучий шелк не мялся, покрашенный в любой цвет никогда не выцветал, а особый перелив этой ткани, без слов говорил окружающим о достатке носящего подобную вещь.

Но главное, этот материал был настолько прочен, что мог выдержать скользящий удар когтей или клинка. Даже сейчас эта ткань струилась по рукам, ластилась к коже, казалось, что над руками клубится плотное облако. Как не жаль было расставаться с этим чудом, но мы решили, что пользоваться искренней привязанностью ребенка и возможным не пониманием ценности ее подарков это подло. А значит, нужно было вернуть. Вчетвером, оставив нага следить за хозяйством, мы отправились с ответным визитом.

Недалеко от центрального дома, на небольшой полянке, закрытой от посторонних глаз густым цветущим кустарником, слышался весёлый детский гомон и смех. Рис и Ия были облеплены несколькими детишками помладше.

На краю поляны полулежала и сама Арисса, что встрепенулась, заметив нас, и напряжённо замерла. Мы подошли, слегка поклонились, приветствуя, нагиня предложила присесть. Услышав в чем состоит наша проблема, она рассмеялась.

— Зря беспокоились! Ия очень умная девочка, и раз ее душа попросила о таком даре для вас, значит, все правильно. В любом случае, я не оспорю ее решения, и не приму от ее имени дар обратно. К тому же, она совершенно права. Наш клан и так должен виру, а за спасение Наариса благодарности не выказали. Подумай до завтра, а завтра на церемонии представления матерям скажешь, чего бы ты хотела получить. И не стесняйся, наш клан очень богат. Я могу выполнить почти любую твою фантазию или блажь. Только не проси заставить сыновей отказаться от связи. — Нагиня смотрела с тревогой, явно переживая о чем-то. — Я знаю, что ты разговаривала с Маиссой, и знаю о ее просьбе. Знаешь, я всегда была не согласна с ней, но в последнее время, все чаще думаю, что заблуждалась я, а не она. И вон, лучшее подтверждение ее слов.

Нагиня указала ладонью в сторону детей. Ия что — то шептала мальчику на ухо, а тот улыбался и кивал. Повернул голову в нашу сторону, радостно замахал, увидев и узнав нас.

А потом вышел на середину поляны, все дети замерли вокруг него. Мальчик поднял руки, раскрытыми ладонями вверх, и с его рук вспорхнули два огромных огненных феникса, сделали круг над поляной и по спирали устремились в уже темнеющее небо.

Огненные птицы оттолкнулись друг от друга и рассыпались сотней искр в небе. Каждая искорка делилась ещё и ещё. И вот уже все небо взрывается волшебным фейерверком. Подбежавшая Ия схватила меня за руку и утащила за собой в толпу бешено скачущих детей со словами: " привыкай, твой медведь подарит тебе много медвежат".

Что это? Шутка или истина, увиденная благодаря дару девочки? Пророчество? Обо мне и Дардене? Волна тепла прошла по запястью. На мгновение мне показалось, что за спиной встал Вербер. Я отчётливо ощутила тяжесть его ладоней на плечах и тихий шепот " Скоро. Скучаю".

Впечатленная ощущением, я отошла в сторону и облокотилась спиной на дерево, наблюдая за тем, как все новые и новые птицы превращались в искры, а искры опадая, становились цветами, напоминающими лотос. Один такой подплыл по воздуху ко мне и опустился в ладони, не обжигая и не раня. Я наблюдала, как медленно истончаются лепестки цветка, как отражаюсь я сама в переливах становящегося почти прозрачным кусочком волшебства.

— Я тоже, когда-то так мог.

Я подскочила, испугавшись голоса, раздавшегося из темноты. Резко обернулась и непроизвольно выдохнула, узнав одного из близнецов.

— Сид! Ты меня чуть заикой не оставил!

— Не думал, что ты так увлечется детскими фокусами.

— А ты тоже маг? — уточнила, потому что не слышала о его способностях.

— Уже нет. Я выгоревший. — И столько горечи в этих словах.

— Как выгоревший? Почему?

— Я был чуть старше Риса, когда заболел. Я несколько дней метался в бреду, а придя в себя не смог уже ничего. — Усмешка существа, желающего показать что ему все не важно.

— И прям совсем ничего? — А вот мне это зачем?

— Почему совсем? Когда сильно зол или волнуюсь внутри, словно столп искр, все жду когда дым из ушей повалит.

— "Хм… а знаешь, кажется, ты можешь вернуть змеенышу магию — вмешательство Алиены оказалось неожиданным — очень напоминает изобретение одной из моих прабабок, для детей, в ком рано проснулся дар. Она придумала как его блокировать. Спроси, наг не помнит, не пил ли он чего мятного перед тем как "заболел"? Странно это. Яд для нагов, которые к ядам невосприимчивы, из лабораторий нашего замка, если и этот под блокиратором способностей, разработанным моей родней, то станет ещё непонятней, откуда и в чьих руках знания моего рода?"

Я видно сильно задумалась, потому что отвлекло меня, прикосновение нага.

— Сид, а ты ничего мятного не ел, перед тем как твоя магия пропала?

— Что — то точно ел, что не помню, но этот вкус стоял во рту несколько недель. Именно поэтому, я терпеть не могу этот запах — наг от воспоминаний даже передёрнул плечами, а потом резко развернулся, ошарашено уставившись на меня. — Откуда… Откуда ты знаешь?

— Я просто слышала, что было такое зелье, для детей магов. Кажется, Ланграны придумали. — Я старательно запоминала все, что мне говорила Алиена, и, попутно, ещё и с нагом поддерживала беседу. — Вроде же есть зелье для отмены, но это с Элиной надо договариваться, чтобы помогла. А я постараюсь состав вспомнить, если подействует, через столько-то лет.