Мент, меч и муж - Валерия Малахова

– Вот туточки его и вскрывали, значит, – суетится Клустик. – А потом обмыли и того… как полагается… заклятьем, значит. Консервирующим.

– И в таверну… – бормочет Альтима, но мне уже не до смеха. Фарнуст топчется рядом со столом, глядит на мечущегося туда-сюда Шпикачку, на заросшей физиономии – выражение крайнего недоумения.

Стол для вскрытия обычный, стандартный. В свое время я потратила немало сил и нервов, объясняя, с какой такой радости его крышка должна быть сделана из водонепроницаемого материала, легко поддающегося очистке и дезинфекции. Фарнуста-то и убеждать особо не пришлось, а вот с казначеем больницы долго возились. В любом случае, несколько мраморных плит Роннен доставил в анатомичку за свой счет, бурча что-то о вычетах из моей зарплаты. Помнится, финансовых санкций так и не последовало – благоверный хорошо умеет отличать дела служебные от личных прихотей.

– Вскрыли здесь, а положили опосля сюда… – бормочет Клустициус. – И крышечкой накрыли, и заклятьице набросили.

Обычный гроб. Они тут рядами стоят на полках. Кого-то из покойников после вскрытия выдают родственникам, большинство тихо хоронят после жреческих ритуалов. Зарезанные в случайных драках бродяжки, алкоголики, завещавшие больнице тела в обмен на бочку крепленого вина… На гробах – обрывки пергамента с условными обозначениями. Ничего такого, что выделяло бы последнее пристанище Кеуна Мураша среди прочих деревянных ящиков.

– Других трогали? Может, крышки вскрывали?

Фарнуст Ленбор с могучим вздохом мотает головой. Интересно, однако…

Оглядываюсь. Жалобно поскрипывает висящий на одной петле наличник. Тут даже думать не надо, как злоумышленник – один или несколько – сюда проникли. Подхожу поближе. А вот вредно не думать, Яночка! Взломать-то хитрую систему наличников взломали – но изнутри.

Спрашивается – зачем?

Анатомичку часто представляют себе, как глубокий-глубокий подвал, в котором зловещие личности режут несчастных покойников. Почему мертвецы в этом случае несчастны – вопрос скорее религиозного, нежели практического характера, но подвалы должны быть глубоки, а личности зловещи. Ну, физиономия у Фарнуста вполне себе разбойничья, а вот проводить вскрытие впотьмах ему совсем не нравится. Мало чего увидать можно. Посему морг, как ему и положено, находился на первом этаже, а вот анатомический театр располагался на втором. Хорошее освещение, большие окна. Через них удобно проникать в помещение, я не спорю. Но тащить мертвеца через окно, когда можно через дверь?..

И, кстати, забрались-то сюда как?

– На магию окно проверили?

Клустик, похоже, слегка обиделся.

– И окно, и входную дверь, и стены даже. Но тут же на днях полное маг-освидетельствование было… фонит – не продохнуть. Отдельные эманации на подоконнике есть, но такие слабые, что и не понять ничего. Может, вообще отголосок судебной волшбы долетел.

– Всякое бывает, – задумчиво киваю я. – А сравнить эти самые эманации с остаточными явлениями в голове Витека попробуете? Помните, имелась там магия внутренняя непосредственная, вы говорили?

Шпикачка аж подпрыгивает. Борода воинственно трясется.

– Шансов, конечно, маловато, честно скажу, госпожа вольный консультант. Но ежели анализ Гистенхоффа провести… да на четырехтравчатый эликсир его посадить… а еще…

– Вот и отлично. – Клустициус весь уже в предстоящем исследовании, а я внимательно оглядываю окно. Странно… похоже, наличник просто выдавлен изнутри. Бред какой-то. Запоры тут плохонькие, обычным ломиком можно справиться без проблем. Разве что… – Когда можно ждать результатов?