Генерал для попаданки - Юлия Карагина

Встал в нетерпении и повернулся к ней спиной.

— Всё! Не хочу больше видеть и слышать тебя!

И хотя это заявление стало для Саши страшным ударом, ее воодушевило то, что он перешел на «ты».

— Митя, не прогоняй меня!

Дмитрий обернулся, и Саша увидела страдание на его лице. Все внутри нее перевернулось.

— Митя, если хочешь, я совсем уйду из твоей жизни. Я смогу. Но дай мне попрощаться с тобой не так, как сейчас… только не эти последние твои слова хочу запомнить! Позволь попрощаться по-настоящему. И ты больше не увидишь меня!

Он устало спросил:

— Что значит по-настоящему?

Саша молчала. И тогда он с возмущением произнес:

— Я что — должен быть с тобой ласков на прощанье? После всего, что все время лгала мне?!

— Митя, вспомни! Ты там, на границе, понял, что я лгала. Вспомни, ты меня обвинил во лжи! Но ведь потом простил…

— Хватит! Знаю одно, ты не та, за кого себя выдаешь!

— Что ты сказал?!

Но у него пропало желание продолжать разговор. Глядя в сторону, готовился завершить его.

— Нам надо расстаться. Даже ты это понимаешь. Что означает твои слова — проститься по-настоящему? Давай же наконец простимся!

Саша молчала, потому что не знала, как объяснить эти свои слова. Они вырвались непроизвольно. Пробормотала только:

— Можно, я приду в другой раз? Можно завтра?

Дмитрий долго смотрел на нее, а она тоже не отводила от него взгляда и, наверно, была жалкая, потому что он как будто с отвращением отвернулся.

Позвал Петра. Тот выскочил с ложкой в руке — видимо, готовил ужин генералу.

— Гостья уходит. Проводи.

А Саше сказал как будто равнодушно:

— Не знаю, когда буду свободен завтра.

Саша постаралась ответить с такой же интонацией:

— Приду вечером. Отдыхай. Ты выглядишь усталым.

Вышла, вроде бы не теряя достоинства, но на душе было тяжело, чувствовала такое смятение, что пришлось остановиться и прикрыть глаза одной рукой. Другой оперлась о дощатый забор. Петр подошел и стоял столбом, не знал, что говорить. Потом нашелся:

— Тебе плохо, госпожа? Может, водички принести?

Саша через силу улыбнулась ему.

— Петр, ты ко мне по-другому обращался. Голубушкой называл. — Вздохнула, взяла его за руку. — Скажи, генерал ведь здоров? Или ему надо лекарю показаться?

— Ну, иногда прихварывает. Почему однако сердит на тебя? Не понял чего-то… Все время после контузии был не в себе. Думал, из-за тебя.

— Иди к нему. А я еще завтра приду.

Аврора встретила в лесочке с ворчанием:

— Что-то быстро объяснилась. Сильно сердит генерал?

— Ты же видела. — Саше не хотелось ни с кем общаться. — Завтра я должна еще раз встретиться с ним. Может, в последний раз.

Аврора с Сержем переглянулись. Как ни была расстроена, Саша заметила их интерес к ее встречам с Немировским. Надо бы как-то выяснить, что у них на уме. Аврора может проговориться, если будет в настроении.

У реки Серж остановил лошадь. Сказал, что день хорош для прогулки. Побродили, разувшись. Подолы юбок сразу намокли. Серж и Аврора стали ребячиться, брызгать друг в друга, много смеялись.

Саша решила, что наступил благоприятный случай поговорить с Сержем о том, каким был его разговор с генералом. Раньше ей не хотелось его злить расспросами об этом. Но сейчас почему-то подумала, что он сможет ответить на ее вопросы. Они сидели втроем на траве, были расслаблены, говорили о пустяках. И Саша решилась.

— Серж, не расскажешь о том, что ты сказал Немировскому обо мне. Я должна знать перед тем, как с ним встретиться завтра.

На удивление он охотно отвечал:

— У меня не было другого выхода. Генерал был настойчив. А я уже изучил его. Знал, что не отпустит меня, ежели не сознаюсь. Сказал ему, что ты с ним познакомилась не случайно. Что направилась к нему с помощью тех, кому было интересно свести вас. А потом, когда помолвка случилась, выполняла желание узнать как можно больше о его делах. А по воле Господина, который и мне помощь оказывал, ты должна женить его на себе. Что скоро заявишься, дабы это выполнить. Такой якобы ты приказ получила.

У Саши вначале было желание поговорить мирно, но тут не удержалась от возмущения.

— Ты же соврал генералу!

— Почему соврал? Господин мне так говаривал.

— А какой теперь интерес у твоего Господина?

Серж тут замолчал.

— Ты с ним часто видишься? Можно и мне с ним познакомиться? — Увидела, что Серж удивленно поднял брови. — Ты считаешь, зачем мне это надо? Конечно, хочу спросить его, почему ему нужно поженить нас с генералом. Это не входит ни в планы генерала, ни в мои. Как он сможет добиться этого?

— Господин никогда не объясняет своих планов, его приказы никогда не открывают конечной цели. Бесполезно задавать ему подобные вопросы, я в этом убедился.

— Серж, скажи ему, что я завтра встречаюсь с Немировским. Может, ему будет интересно проинструктировать меня?

Саша спрашивала по наитию, еще не знала, как может ей пригодиться знакомство с Господином. Но ей нужно было знать о нем, чтобы участвовать в судьбе генерала и, если, нужно, защитить его. Что-то ее беспокоило в действиях Сержа, а значит, в действиях Господина.

Кто он, она так и не поняла из бесед с руководителем эксперимента. Только помнила, что он вносил в обязанности по проекту свой интерес. Для этого, как сказал Никита Александрович, выходил за рамки дозволенного и был бессердечным. О том, что он выходил за рамки своих задач, она испытала на себе. Именно по его указаниям проходили ее похищения. Во время второго она едва не умерла. В бессердечности Сержа отразилось и его отношение к невольным участникам эксперимента, таким как она.

— Серж, ты можешь устроить встречу с ним?

— Ну, ладно, попробую. Давайте возвращаться.

Когда Саша вернулась с Авророй в дом, где остановились, она спросила у сестры:

— Ты видела Господина? Что ты о нем думаешь?

— Жуткий тип. Из-за него стараюсь не входить близко в дела Сержа. Ты заметила, наверно.

— Ну и зря, Аврора. Серж не управляем, ты хотя бы можешь его сдерживать. Почему Господин жуткий?

— Знаешь, он другой… не похож на мужчин, коих знаю. Кажется, что-то дьявольское в нем проглядывает. Он подавляет как-то.

Да, поняла Саша, это человек из ее мира. Почему на таких людей опираются организаторы эксперимента?

Серж вернулся к вечеру и передал согласие Господина встретиться с Сашей назавтра. Утром запряг лошадь и повез ее к реке, где они вчера посидели, отдыхая. Расстелили покрывало, уселись. Серж взял кожаную фляжку и подкрепился неизвестно какой жидкостью.