Феечка во френдзоне - Дарья Гусина

— Нет, милочка. Дело в том, что Пожелание мы с Алексеем как раз получили, — Незабудкина немного изменилась в лице — словно ее истинный возраст пробивался через магию. — Просто… это я нарушила договор. Я предала своего любимого.

… Мы молчали, недоверчиво таращась на темную фею. Мы не ослышались? Анастасия только что призналась в том, что сама навлекла проклятие на голову своей родственницы?

— Норма-а-ально! — протянул Серж. — Чужими усилиями грешки исправляете, мадам?

— Помолчите, любезнейший, — процедила Незабудкина, вернув на лицо свою холодную маску. — Вы здесь лишний.

— Это я-то лишний?! — не на шутку возмутился вампир. — Да я тут самый… к месту! Я вообще-то следующий в очереди на Пожелание феи!

— И что же вы пожелаете, господин упырь? — брезгливо поинтересовалась Анастасия. — Неужели вновь стать человеком? Вы все так говорите. Стоит вас тронуть, начинаете ныть: о боже, дай мне снова побыть смертным людишкой. Вкус хлеба, свет солнца и прочая чепуха. А на самом деле никто не променяет вечную жизнь на короткий человеческий век.

Серж сощурился и тягуче проговорил, подпустив в голос зловещие вампирские эманации:

— А вы? Променяли бы? Человеком вы были бы сейчас дряхлой старухой, и это в лучшем случае.

Незабудкина фыркнула, слегка… побледнев. Или это свет так заиграл на слое макияжа на ее холеном лице.

«Серж, не надо, пожалуйста», — сказала я приятелю взглядом. А сама обратилась к Анастасии:

— Вы понимаете, что сейчас фактически признались в преступлении?

— Это в каком-таком преступлении, милочка? — фея подняла брови. — Подумайте, прежде чем разбрасываться обвинениями.

— Вы нарушили магический договор, составленный по вашей же инициативе с определенными обязательствами…

— С каких пор всякие… садовые вертихвостки будут указывать мне, какой договор составлять и как ему следовать? — с совершенно искренним апломбом возмутилась Незабудкина. — Я видела последнего русского царя, смену эпох и несколько войн! Мои долги перед магией — мое личное дело!

Я поняла, наконец, почему садовые и темные феи терпеть друг друга не могут.

— Расскажите, что произошло, — потребовала я. — Вы вовлекли меня в свой обман, я хочу знать, чем мне это грозит.

— Полной потерей Дара, да вы тоже это заслужили, милая моя, я ведь не просто так вас в договоре с Никитой прописала. Управление давно за вами следит, — мстительно сообщила фея, не выдержала моего тяжелого взгляда и неохотно поведала: — После брачных клятв и благословения феи мы с Алексеем были вынуждены вернуться в семьи: я — чтобы забрать дочь, Алеша — чтобы проверить, правдивы ли слухи о народном восстании. Они оказались правдивы. Алексей уже не смог вернуться. События развивались слишком стремительно. Вскоре в городе обосновалась новая власть… постоянная стрельба, жуткие новости. Мы недолго оставались хозяевами поместья. И каждый день ожидать, когда к нам придут… это было ужасно. Даже не знаю, как именно мой муж смог договориться с нужными людьми, и сколько он им заплатил, но нас вывезли. Мы благополучно добрались до границы и покинули горящую в огне Россию. Муж погиб глупо, уже во Франции, ввязавшись в пьяную драку. Мы с дочкой смогли кое-как устроиться в Париже.

Незабудкина обратила вдаль взгляд потухших глаз. Но я не собиралась позволять ей окончательно впасть в ностальгию:

— Это не объяснение, — жестко напомнила я. — Если вас разделили обстоятельства, Соглашение было бы расторгнуто автоматически.

— Но оно осталось в силе, — тихо возразила Анастасия. — Я не сразу поняла, что происходит. В нашем роду рождались только девочки, и все они были несчастливы в браке. Никто не унаследовал кровь темных фей, я была вынуждена поочередно хоронить своих потомков… если получалось их отыскать. Все женщины моего рода бросали своих мужчин после рождения первого ребенка и отправлялись искать счастье по всему миру, безрезультатно, разумеется. Мать Ники тоже бросила дочь и мужа. Ника — первая в поколении девочка с даром. Поймите, — почти умоляюще прошептала Незабудкина, подавшись вперед, — проклятие нужно снять. Я рисковала столь многим, пойдя на это… да, вы правы, Марион, преступление. Я так устала. От отчаяния, сомнений! Я до сих пор не понимаю, почему мы с Алексеем остались связаны столь…

— Потому что он до сих пор жив, — лениво процедил Серж со своей скамейки. — Ну как жив… относительно. Его обратили во время забастовки в Детройте в шестьдесят седьмом, кажется. Один… хм… парень из наших куснул сгоряча. Ну там все в тот день были немного взвинчены. А поскольку в роду Жуковских есть кровь дивных, ваш возлюбленный был еще вполне здоров и бодр. Алексей ведь возвращался за вами в поместье, тогда, в восемнадцатом. Выжил — тоже кровь эльфов помогла. Вы разминулись на два дня. И в Европе вы некоторое время почти соседями были… нда-с, голуба моя. А вы говорите, я здесь лишний.

— Откуда вы…?

— Откуда ты…?

Все мы заговорили почти хором. Серж явно наслаждался произведенным эффектом. Зря я недооценивала его актерские способности. Вампир поправил шейный платок и небрежно бросил:

— Я знаком с Алексеем Жуковским. Разумеется, сейчас он отзывается на другое имя. Не верите? Ник, на какие средства твой брат учился в Штатах?

— Какой-то фонд, — растерянно пробормотал детектив. — Ежегодный розыгрыш среди лучших студентов… кажется.

— Ага, студентов провинциального агрономического вуза. А как тебе самому удалось скопить деньги на детективное агентство?

— Первый клиент был из богатых иностранцев. Я еще в универе учился. На меня случайно вышел один мужик… понял, неслучайно, — убитым голосом договорил Ник.

Я, наконец, вспомнила, что в открытый рот может залететь муха… или стрекоза, и щелкнула зубами. Пара ночных мотыльков над плечом в ужасе шарахнулась во тьму.

Темная фея была бела, как снег.

— Алеша… вампир? — прокаркала она.

— Так получилось, — кивнул Серж. — Он очень извиняется и передает привет.

— Серж, милый, скажи, — я кашлянула, — ты все это время крутился возле меня не из-за Алика, так ведь? Не из-за монеты. Ты знал, что ее нет.

— Я крутился возле тебя по разным причинам, — довольно резким тоном ответил вампир. — Во-первых, Алик попросил за тобой приглядывать, во-вторых, ты умудрилась влезть в дела моего клиента. В-третьих, я в ужас пришел, когда узнал, во что ты влипла. Да, Алексей Жуковский — мой клиент. У нас договоренность: я мониторю поместье Незабудкиных — Жуковский берет меня на работу.

— Ты? Работать?! С какого перепугу? — я вытаращила на друга глаза. А Кошек свои наоборот, закатил.

— Машенька, это не просто работа, это русский филиал «Скарабей Корпорейшн». Жуковский — его владелец.

— Мирового бренда по выпуску одежды?! Того самого?! С жуком?!

О «Скарабей Корпорейшн» не слышал только тот, кому современная мода была совсем уж по барабану. Бренд существовал с семидесятых годов прошлого века. В конце девяностых он ушел в забвение, но недавно стал бешено популярным. Еще бы! В нем были все эти ретро-штучки, которые вновь оказались на пике моды: пончо, клёши, сумки с бахромой. Во всех линейках присутствовали натуральные и экоматериалы, этнические мотивы и высочайшее качество.