Выбир-р-рай, Тамара - Ляна Вечер

У нас хреновые новости — Иваныча закрыли.

Миша в одном из СИЗО области, а подробностей ноль целых ноль десятых. Мы с Игорёхой все наши связи в городе подняли — без толку. Каким чудом Иваныч из глухого лесного дома перекочевал в СИЗО? Никогда не поверю, что менты его в тайге взяли. А главное — за что взяли? Беспредел, одним словом.

Томе решили ничего пока не говорить — нервничать начнёт, а нам с Горынычем успокоить её нечем. Сочинили легенду, что я отправляюсь проведать Иваныча, а чтобы девочка не чухнула, что дело — дрянь, Игорь будет её отвлекать. Не знаю как, но он обещал.

Я еду в другой город к старому другу. Мы с Саней в детском доме один горшок на двоих делили. Потом я стал бандитом, а он мусором. Встречаемся с ним нечасто — и слава богу, но сейчас ситуация из ряда вон — взялись за нашего Михаила крепко. Если Санёк не поможет — никто не поможет.

Паркую девятку рядом с ментовкой и иду искать Александра. За год с небольшим, что мы не виделись, друг мой дорос до главного следака. С одной стороны, это плюс — больше шансов узнать подробности про Иваныча, а с другой… В кабинет к главному следователю я попасть не мечтал. Неуютно как-то.

— Ни хрена, какие люди! — Саня выходит к проходной после звонка дежурного. — Каким ветром тебя сюда занесло? — улыбается широко и тянет мне руку.

— Здаров, — отвечаю на рукопожатие. — Дело срочное, побазарить надо.

— Вляпался?

— Нет. Не я.

Саня с пониманием кивает, и мы идём к нему в кабинет. За закрытыми дверями я рассказываю ему все, что знаю про Иваныча. А знаю я немного.

— Климов, говоришь? — Санёк стучит карандашом по столешнице и выглядит задумчивым. — В каком СИЗО его держат?

— Где-то в нашей области, больше ничего не знаю.

— Негусто, — вздыхает следак и берётся за телефон.

Саня находит задержанного Климова в местном изоляторе. Для меня тумана над этой историей становится ещё больше. Как Миша оказался в этом городе и почему его здесь повязали? А Санёк с трубкой у уха не спешит мне ничего объяснять, хмурится только.

— Ну? — у меня конкретный нервяк.

— Баранки гну, — Саня отодвигает от себя телефонный аппарат и дует щёки. — Попал твой Климов по полной, — протягивает мне бумажку, где в столбик записаны статьи уголовного кодекса. — Ему шьют.

— Ни хера себе… — у меня глаза на лбу. — Откуда разом столько нарисовалось?

— Не из воздуха точно. Подсобили.

Смирнов решил ход конём сделать? Ни хрена себе заявочка на победу! Какой крысой надо быть, чтобы сдать своего ментам? Удавлю гада…

— Сань, помоги с адвокатом для Миши. Я в долгу не останусь.

— Я помочь могу, — кивает следователь, — а вот адвокат не поможет.

— В смысле?

— Без смысла, Лёх. Закроют твоего Климова по беспределу. Бесполезно бодаться в суде, надо с нашими на месте договариваться.

— А есть вариант договориться? — полумёртвая надежда во мне оживает.

— Попробуем. Но ты губу не раскатывай сильно, — Саня снова вздыхает и снимает с вешалки куртку. — Поехали в изолятор.

* * *

Столько ментов за один день я в жизни не видел, да и СИЗО посещаю впервые. Экскурсии не обещают — завели меня в комнатушку два на два, а Саня ушёл договариваться. Получится у него или нет — неясно, и от этого я напрягаюсь даже больше, чем от места, в котором приходится проводить время.

Здесь всё пропитано запахами безысходности, безнадёги и метовского беспредела. Я скоро буду пахнуть так же.

Дверь открывается, в комнату под конвоем заводят Иваныча, а за ним и Саня заходит. Мент кивает своим, чтобы вышли — остаёмся втроём. Я молча жму руку Мише, он отводит взгляд. Выглядит обвиняемый Климов хреново, иначе быть не может — понятно. Оптимизма это не добавляет.