Аномалии - Сэди Тёрнер

― Да, именно так ты будешь оттачивать свое мастерство.

― Воруя у незнакомцев… это так жестоко.

― Тогда не делай.

― Не делать? ― Каликс был в замешательстве.

― Нет. Зачем практиковаться на незнакомцах, когда у тебя есть друзья.

― Что? ― Каликс не хотел понимать, что он только что услышал.

― Не прикидывайся дурачком, сын. Твоя тренировка сегодня еще не закончена.

Сердце Каликса сжалось, когда он понял, что собирается сказать его отец.

― Нет, ни в коем случае. Я не могу, отец.

― Ты можешь.

― Но ты сказал, что я могу выбрать, и я выбрал Эммета. Я закончил.

― Прерогатива мирового лидера ― менять свое мнение.

Каликс и Собек смотрели друг на друга в упор несколько минут. На заднем плане они могли слышать крики Рао, Байрона и Аугуста. Эммет все еще был тих.

― Отец.

― Это не обсуждается. Этот фильм будет идти примерно еще час. Достаточно, чтобы ощутить попробовать еще три энергии.

Каликсу стало дурно.

— Я просто могу спуститься вниз к…

― Ты можешь просто остаться здесь. ― Собек глянул на часы. ― Пятьдесят девять минут.

Каликс начал кусать внутреннюю часть щеки, чтобы сдержать слезы. Это был единственный способ, чтобы успокоиться. Он повернулся и посмотрел на друзей, увлеченных фильмом. Каликс думал, что не сможет ненавидеть отца сильнее, чем он ненавидел его до этого.

― Ах да, сын. ― Собек положил руку на плечо парня, заметив еле уловимое вздрагивание. ― Будь осторожен. В этот раз я не намерен спасать жизни твоих маленьких друзей.

Подсаживаясь к Рао, чтобы вдохнуть энергию самого лучшего в мире друга, Каликс молил о том, чтобы смог контролировать свою жажду. Каликс был уверен только в одной вещи.

Однажды без колебаний он убьет своего отца.

ГЛАВА 22

Я измождена

Тадж по-прежнему держит меня в режиме строгих тренировок, поэтому я становлюсь сильнее и узнаю больше, но все время чувствую себя уставшей. Мое тело болит от нескончаемых упражнений, боев и бега. Каждый вечер я вырубаюсь, как только моя голова касается подушки. Я мечтаю о своем мягком гамаке весь день и с нетерпением жду вечера, когда смогу проспать целых семь часов до начала новых тренировок.

Одной ночью, после особенно тяжелого дня, когда я смогла поспать всего пару часов, я почувствовала покачивание гамака и рывок, который меня разбудил. Это Кай и Дженезис. Что они делают в палатке девочек? У меня чувство похожее на дежа-вю, я вспоминаю, как Кай разбудил меня посреди ночи в Лагере Монарха. Ощущение, что это было сто лет назад. Моргаю несколько раз, чтобы привыкнуть к темноте. Почему они здесь? Они даже не ладят между собой или ладят?

― Что вы здесь… ― лишь успеваю сказать я, Дженезис сразу закрывает мне рот рукой. Кай подносит палец к губам, показывая мне жестом быть тише. Они кивают в сторону выхода, ожидая, что я пойду с ними.

Я одета в свои пижамные шорты и футболку, обуваю ботинки и тихо крадусь из палатки девочек. Никто не заметил, как я выхожу. Все крепко спят… как должна и я.

Кай и Дженезис молча ждут меня на улице у палатки. Когда я выхожу, они включают налобные фонари и передают один мне, ― это плотная кожаная повязка с маленькой лампочкой на ней. Надеваю его на голову и включаю, он освещает мне дорогу. Я следую за ними почти полмили в ту часть Подземного Города, где я еще никогда не была. За садом Лаклана огромные валуны грязи, оставшиеся от сухой земли, которую вырубали, когда строили Подземный Город. Красное свечение моего фонаря делает это место зловещим.

― Ого. ― Я иду мимо холмов грязи, которые как минимум двадцать футов в высоту. Это выглядит сюрреалистично. ― Что это?

― Чистая настоящая почва, ― отвечает Дженезис, размазывая землю между большим и указательным пальцами. ― Эта почва с довоенных времен. Она не содержит в себе ничего генетически модифицированного или настоя фтора Собека.

― Стой, я думала, раствор добавляют только в воду.

― Так и есть. Но подумай, Кива. Откуда берется дождь?

― И? Какое это имеет отношение? Я не понимаю. ― И тут я чувствую себя глупой. Почему Дженезис проверяет меня? Почему Кай молчит?

Дженезис продолжает:

― Вода из рек, озер и морей испаряется. Она поднимается в небо и принимает форму облаков. В конце концов, облака переполняются водой, и ее часть выпадает в виде дождя на… ― Он обрывает предложение, ожидая, что я его закончу.

― Землю, ― отвечаю я.

― Именно. Дождь, берущий свое начало в океане, выпадает на землю и впитывается в почву. И хотя большая часть дождевой воды чистая, другая часть загрязнена из-за того, что Собек обрабатывал воду. Поэтому мы накапливаем землю здесь до лучших времен.

― До каких лучших времен?

― Когда сможем подняться наверх и заново начать строить наше общество, ― гордо объясняет Дженезис.

Я продолжаю идти между разговорчивым Дженезисом и молчаливым Каем. Это какой-то странный обмен ролями. Я и понятия не имела, что Дженезис был так хорошо посвящен в дела. Он явно увлечен своей работой в земле и предан революции не меньше, чем Кай.

― Так куда мы идем? ― обращаюсь к Каю.

― Еще одно испытание. Любезно предоставленное Тадж. ― Он проводит меня между последними навалами грязи к ровному месту. И хотя темно, вижу огромную канаву, заполненную водой.

― Какое испытание? ― У меня появляется тянущее чувство страха. И меня смущает странное поведение друзей.

― Тадж хочет, чтобы ты отточила навыки плавания. ― Как ни в чем не бывало объявляет Кай.

― Это колодец. ― Дженезис кивает в сторону канавы. ― Стены сделаны из камня, и взобраться по ним нереально.

― Зачем ты мне это сказал? ― Я начинаю волноваться.

― Чтобы подготовить тебя. ― В его голосе проскакивает извинение.

― Итак, она хочет, чтобы я поплавала в канаве?

― В колодце, ― поправляет Кай.

― Да что угодно. Она совсем с ума сошла? Сейчас середина ночи. ― У меня заплетается язык.

― Иногда лучшее время для тренировки, когда ты меньше всего ждешь. Это заставляет тебя переходить в режим выживания, ― поясняет Кай.

―