Герои и Злодеи. Ники 2 - Ольга Смышляева

Услышав звонкий голос Хлои Галактейро, я не удивилась. Кто ж ещё мог приехать в гости к Электрику на ночь глядя? Для этого нужны отсутствие тактичности, пренебрежение нормами этикета и — самое важное — полная уверенность в собственной безнаказанности. У судебных исполнителей всё это есть.

— В перечень разрешений входит пункт о визитах, независящих от времени суток. — Стук её каблуков заглушил мягкий ковёр холла. — Считайте моё присутствие необходимым элементом проверки.

— Проверки чего? Во сколько мы садимся ужинать?

— Не вам, господин Драйко, решать, что должно интересовать Верховный суд, а что нет. Ваш друг уже бросил меня сегодня под надуманным предлогом, лимит лояльности исчерпан. Ещё одно замечание, и мне не останется иного выбора, кроме как назначить дисциплинарное слушание. Не хотелось бы до этого доводить.

— Так не доводите.

— Боюсь, система работает по-другому.

— В данный момент, система — это вы, госпожа Галактейро.

— Я не альтруистка, господин Драйко, — Хлоя нашла его замечание забавным.

Спасибо Провидению, она одна пришла, а не с Диким на пару.

Юлиус вцепился себе в волосы. От статики на пальцах они моментально распушили одуванчиком его аккуратный хвостик.

— Великий Ом, эта женщина ещё хуже сумасшедшей фанатки Доктора Желание! — тихо, но эмоционально выругался. — Что дальше? Под окнами заночует?

— Вот иди и сделай так, чтобы она исчезла до того, как он, — я ткнула пальцем в Гуру, — попытается напомнить о своём существовании.

— Почему я? На что мне приспешник и ассистентка?

— Госпожа хочет видеть тебя, а не нас. Брось, Юлиус, она милая женщина. Просто попробуй отнестись к ней без предубеждений.

Доктор скептически фыркнул. Без предубеждений не сможет. У него есть собственное, крайне субъективное мнение на всё видимое и невидимое в этом мире. И каким-то удивительным образом оно всегда в контрах с общепринятыми взглядами.

Кожаных перчаток, чтобы скрыть "электрический" экзоскелет, под рукой не оказалось, пришлось довольствоваться латексными в два слоя. Выглядело нелепо, но Юлиусу не привыкать. Собственный внешний вид его заботит почти так же, как мнение окружающих. Накинув поверх пиджака белый халат и придав лицу скучающее выражение, он вышел из комнаты, будто на казнь. Послышалось сдержанное приветствие с плохо скрываемым неудовольствием навязчивостью гостьи.

Гуру с любопытством вытянул шею, пытаясь заглянуть в щель неплотно запертой двери, затем с намёком моргнул, вонзил свои серые глаза в меня и промычал что-то малопонятное. Похоже, просит убрать со рта скотч и обещает вести себя тихо.

— Извини, — прошептала я, пожав плечами. — Не могу, сам понимаешь.

В ответ он умоляюще сложил брови домиком и забормотал куда медленнее и разборчивее, проговаривая каждое слово:

— Нужно поговорить о Парисе. Только ты, Никола, и я, никто больше. Это очень, очень важно. У меня есть план, и если у нас всё получится, уже к рассвету о Народном Ангеле можно будет забыть.

Он знает! Всё-таки, знает об отношениях между мной и Парисом! И промолчал, как выяснилось, не по доброте душевной.

Я оглянулась на дверь. Судя по звуку, голоса переместились на кухню. Нас никто не услышит, но всё равно нет, убирать скотч со рта Гуру я не стану. Уже зареклась совершать глупости, как бы сильно не была уверена в искренности оппонента.

— Мы поговорим, — кивнула, — обязательно поговорим, только позже.

Гуру остался недоволен ответом, хотя принял его без попыток переубедить. У него достаточно причин ненавидеть Электрика и Спектра, желать им проблем и хотеть обмануть. Странно, по отношению к себе я такого негатива не чувствовала, только живую заинтересованность.

Минуты три мы просидели в тишине, затем щёлкнул замок входной двери. Гостья покинула наш дом, но не одна, а вместе с Юлиусом. Выглянув в окно, я увидела, как они оба садятся в её ретромобиль и выезжают за ворота. Доктор так и не снял ни белого халата, ни латексных перчаток.

Вернувшись в комнату-лабораторию, Лендер рассказал презанятную историю. Оказывается, эти двое поехали не куда-нибудь, а в ресторан! Не оставалось иного выхода. Госпожа Галактейро твёрдо вознамерилась остаться на ужин и, когда отговорить её не получилось, Юлиус храбро принёс себя в жертву. Не сразу сумев поднять с пола упавшую челюсть, я мысленно пожелала им неплохо провести время и не доставить лишних хлопот официантам.

Освободив Моруса из плена стула и скотча, Лендер вновь надел на его голову мешок, поднял за шкирку и потащил к машине. Своим появлением Хлоя внесла в план наших действий коррективы, но главное неизменно — место пребывания нужно сменить. В новостях "Четвёртого" канала о спецоперации героев в Южном районе ни слова, но зевакам с телефонами удалось заснять джипы Ассамблеи возле горящего общежития мигрантов. Герои были там и наверняка задаются вопросами, что пошло не так и кто виноват?

***

Стемнело быстро. Серпантин дороги, ведущей в Стоград, тонул в сумерках. Фонари, призванные осветить трассу на опасных участках, все как один не горели. Вероятно, одна из разбушевавшихся банд повредила подстанцию. За день, прошедший с осады Индустриального района силами республиканской гвардии, ситуация не только не разрешилась, она ухудшилась. Сил правопорядка не хватало чисто количественно, герои шлялись чёрте где, из всех нор повылезали злодеи разномастных уровней и амбиций, каждый из которых хотел урвать свой кусок, пока всё не закончилось. Беспорядки очагами вспыхивали в соседних с Индустриальным и Портовым районах. Власти приняли решение приостановить всякое морское движение, отчего город терпел уже не только материальные убытки, но и репутационные. Гигантские танкеры с грузами были вынуждены стоять на подходе либо возвращаться обратно.

Кончиками пальцев я задумчиво водила по приборной панели. Радио не работало с тех самых пор, как Юлиус выдал электромагнитный импульс в логове Снежного Барса. Тишину в салоне нарушало лишь шуршание шин по асфальту, скрежет тормозов на особо крутых поворотах и монотонный рокот океана. Отсюда не видно, как его волны с силой разбиваются о скалы внизу. Размеренно и неумолимо.

Только я собралась прерывать тягучее молчание пустяковым вопросом, как Ленд ошарашил меня прямолинейным предложением:

— Ты давно не была в Мелграде, крошка. Завтра ближе к обеду вылетает подходящий рейс...

— Забудь, — отрезала не дослушав.

Даже если Стоград окончательно сгорит в огне ярости Париса, жить под одной крышей с мамой я не вернусь. Она мне продохнуть не даст, едва решит, что я рассталась с обеспеченным мужчиной. Не важно по каким причинам я приехала, случилось "страшное" — её дочка не выйдет замуж!

— Док задолжал тебе отпуск, если не воспользуешься им сейчас, следующий будет ещё не скоро.

— Профсоюз не даст меня в обиду.