Русский Союз - Вадим Денисов

— Везет тем, Сережа, кто везет. Задумайтесь давайте, добытчики. Крупно чешете, расслабились.

Наезд несправедливый, незаслуженный, я и сам знаю, но именно сейчас он и нужен — это стимулирует.

Внутреннее пространство у Нотр-Дама большое, просторное, четыре здания по углам, в центре невысокий скромный собор, по бокам у жилых широченных стен — галереи, подсобки, склады — это уже самодеятельность, такое сразу отличаешь, хотя выполнено добротно. На одной из башен стоит деревянная вышка с крупнокалиберным пулеметом и прожекторами: это уже новация, архитектурный компенсатор низких стен и башен.

На двух башнях по диагонали оборудованы огневые точки, но часовых не вижу, где-то спрятались, чтобы не мозолить глаза высоким гостям, наблюдают скрытно.

Стефания куда-то сбежала — наверное, направилась прояснять ситуацию с обедом, докладывать, что гости оголодали. Кстати, есть такое дело: аппетит отменный, прогулка на свежем воздухе сработала. Продолжая активно использовать радиосвязь, к нам подошел нахмуренный Бероев — весь деловой, весь в заботах.

Начал мне бегло докладывать о текущей ситуации: где кто находится, итоги обследования, способы контроля. Демченко изредка уточнял.

Я слушал их не больше минуты:

— Майор, ну что ты мне рекламу показываешь… Я и так все вижу, все понимаю. Я даже знаю, откуда лягушатники сейчас за нами наблюдают, метров с пятидесяти, причем в оптику.

Оба тут же закрутили головами.

— Вы мне лучше расскажите, как там с «Рассветом» дела, что нового по ситуации.

— Семьдесят километров спокойного прохода нам гарантировано, — доложил Руслан.

— Не много ли насчитываешь? — усомнился я.

— Никак нет, — настоял на своем майор, — может, даже чуть больше.

— Мы и сейчас на этом участке свободно ездим, без проблем, — вмешался Демон. — Два племени… все, они уже мирные, вожди вменяемые, пользу от сотрудничества с Союзом уже почувствовали.

Ну, им видней, им и воевать.

— А со стороны индусов как?

— Индусы много бойцов выставить не могут, да и с техникой у них не автобаза… Пойдут двумя клиньями, по флангам. — Руслан Бероев двумя руками изобразил гигантского рака — чисто Жуков. — А шанхайская группа спецназа рванет прямо по дороге, эти более боевиты, да и техобеспечение имеется.

— Окончательно: сколько километров они закроют?

— Пятьдесят точно.

— А остальное, значит…

Майор нахмурился:

— Так точно. Ну, тут и есть вся война! Дикие племена, черт их знает, чего они хотят и что там в головах. Нам работать, мы и сделаем.

— Есть некие дополнительные рычаги воздействия, — сбоку сообщил Демченко.

— Ну-ка, ну-ка, поделитесь! — Я заинтересовался.

— Профессор наш предложил, он же известный человеколюб, — ехидно хмыкнул армеец. — Там две речушки по долине бегут, с хребта Прибрежного, текут на север, на Пакистанке небольшие мосты, оба насыпные…

— И что?

— Припугнули мы их конкретно, — заторопился Бероев, — сказали, что ждем понимания и покладистости, в противном же случае саперные группы взорвут оба русла в нужных местах, речки запрудим, пусть себе разливаются по саванне. А как там без воды жить? Никак.

Во как придумали. Наука у нас не дремлет, что-то свое думает, думает… а получается всегда оружие.

И в болота ведь не уйдут, такое просто невозможно: в болотах осенью и зимой не выдержишь с семьями.

— Не очень-то гуманные способы воздействия, не находите? — усмехнулся я.

— Ждем ответа на днях, — отрезал Демченко, не обратив внимания на мою иронию. — Если проймет, то еще километров тридцать спокойствия приплюсуем.

— А дальнейшие километры только зачищать — иначе никак, — заключил Бероев. — Плановые огневые контакты, операции по зачистке, артподготовка орудием и минометами по разведанным позициям…

Я вздохнул. Какие будут потери? Можно ли вообще без них? В данном случае не получится.

Появилась неутомимая Стефания, быстро подбежала к делегации, еще издали призывно взмахивая ручками: все готово, столы ломятся от яств, хрусталь блестит, парок струится, супницы предварительно нагреты. Салфетки крахмалены, хлеб резан по-ресторанному тоненько, аперитивчики стоят, закусочки.

Первичка, так сказать. Да, да, надо поторапливаться, а не то заявимся все в слюнях.

— Пошли, ребята.

Бероев опять забормотал в рацию, меняя режим.

— А я ведь подсмотрел в меню, — признался Демченко. — Так, немного.

— И что? — подхватил я с любопытством.

— Несколько супов, курочка какая-то хитрая, фаршированная, перепела маринованые на вертеле, фуа-гра, сырные тарелки, паштеты, конечно, ну и трюфеля местные…

— Как — местные! — Я даже остановился.

— А че… Местные, франки сами ищут тут, копают себе в лесу, — подтвердил Руслан. — Собачками нюхательными работают, обучили. Говорят, лучше трюфеля свиньями искать. Врут, нет?

Я не ответил. Зато спросил:

— Руслан, скажи, а у нас собачки свои есть?

— Так то-очно…

— А свиньи?

— Алексей Александрович!

— А какого хрена никто трюфеля не ищет, а?

Ответить сталкер с воякой не смогли. Да и я не смог сам себе мысленно прояснить этот удивительный феномен. Вроде и своих иностранцев уж хватает в России, немцы рядом.

— Не подумал никто! — смело предположил Серега.

Тяжело вздохнув, я снял надоевший пиджак, сдернул с шеи галстук, протянул все Ивану: пусть куда-нибудь спрячет.

— Пошли, ребята, — повторил я. — За обедом подумаем.

И мы начали спускаться по каменным ступеням в прохладном сковзнячке коридора. Попробуем эти самые трюфеля на вкус — кто знает, может, они-то мозги и прочищают. Чтобы думалось вовремя.

Казалось бы, не быт вокруг, а сплошной шоколад.

Не миссия, а одно удовольствие, главы анклавов от жиру в союзы сливаются.

А ведь живем на подсосе, между прочим!

Помните, я обещал рассказать еще про один фактор, некие новые обстоятельства, побуждающие к действиям? Так вот, слушайте: Смотрящие нам подрезали Канал.

Тридцать шесть дней будем жить в режиме «сто килограммов в день».

Лишь завидя на экране дисплея столь значительную надпись, я не оплошал, сбегал за фотокамерой и заснял картинку во всех ракурсах, чтобы у людей не возникло мыслей об очередной уловке хитрого Сотникова. Все взаправду, дождались, елки.

Созвал совещание, экстренно связались с главами других государств.

Всем выписали, одновременно и одинаково, — вот вам стоха в день, и живите как хотите. Тренируйтесь. И что? И ничего. Приняли наши к сведению, похихикали над будущей дракой за заявки, да и разошлись работать. А вот египтяне с франками крепко подвисли — настоящая паника. Индусы отнеслись спокойней, неизбалованные шанхайцы тем более. Именно этот момент я и решил использовать — вышел на Сильву с предложением, от которого невозможно отказаться.