Мастер Порталов 3 - Сергей Витальевич Карелин

Да и мгновенным такое перемещение было сложно назвать. Сперва прыгни на Землю, потом обратно. Быстро, конечно, но опытный, а тем более, знающий о моей способности противник, может и успеть среагировать. Это Морнея я просто врасплох застал.

А блинк — это блинк! Могу прыгнуть в любое место, которое вижу, хоть врагу за спину, и так четыре раза повторить. Короче, круть невероятная! Теперь я вообще по настоящему неуловимый Джо. И вовсе не потому, что нафиг никому не нужный.

Еще новости обнаружились в Каталоге локаций. Оказалось, что у этого навыка теперь есть архив. Все места, которые я посетил, и в которых хоть раз делал привязку портала, теперь хранились в базе координат, и их оттуда можно было извлечь. Не моментально, но перенести из архива в сетку используемых шести координат входа и выхода.

Но много вопросов еще осталось. "Перезагрузка" явно прошла не штатно. Но на этот счет мне было у кого спросить.

— Консул! — позвал я.

Перед глазами возникло квадратная рамка, в которой находилось изображение того мужика в военной форме, проводившего брифинг для эквитов. Ощущение такое, будто я в очках виртуальной реальности, а иконка с изображением собеседника расположена с левой стороны области зрения.

— Свят Хванто? — произнес он в ответ.

Я поморщился. Придется привыкать к

— А голограммы, как раньше, не будет?

— Обучающий контур временно отключен. У меня же часть функций повреждена и работает нештатно. Данный вид связи на текущем уровне возможности является оптимальным. Ты для этого меня вызывал?

— А? Нет, конечно! Что произошло? Почему… так странно все?

— Вопрос не ясен.

— Мои характеристики. Они имеют два значения.

— Вопрос ясен. Была рассмотрена возможность полной перезагрузки объекта Свята для достижения показателей эквита Пао Хванто. Моделирование ситуации показала высокий риск гибели объекта. Вероятность составляла более девяноста процентов. В условиях ведения военных действий с плохо изученным противником, данное решение было признано ошибочным. Перезагрузка была разделена на четыре части. Каждая операция несет незначительный риск гибели объекта — не более двадцати четырех процентов.

— То есть мне еще три раза так убиваться? — ужаснулся я.

— Верно. Рекомендуемое время проведения следующей процедуры — через сорок восемь часов. Подтверждаете?

— Погодь, погодь! Я ж не знаю, что будет через сорок восемь часов. Может, я буду рубиться с кем-то, а ты меня вырубишь!

— Возможен самостоятельный выбор времени перезагрузки. Не раньше сорока восьми часов, не позже шестидесяти двух.

Ну, так тоже неплохо. Главное, чтобы Орден не приперся именно в этот промежуток. Разорвав связь с Консулом, я стал ждать Ивону. До ее прихода, мы по времени договаривались, осталось еще несколько минут.

— Ты как? — коротко поприветствовала она меня. Взгляд у девушки был внимательный и озабоченный.

— Все в порядке! — хмыкнул я, — Чувствую себя прекрасно. Видишь, даже веревки уцелели.

— Так может мне их не снимать тогда?

Палец Ивоны заскользил по моей шее, груди, животу…

— Нет, знаешь. — хохотнул я. — Я подумал, что лучше более традиционным образом все сделать. Как-то уже устал от них.

Под провокационные шутки, девушка развязала меня и тут же оказалась в моих объятиях. Коротко ойкнула, будто не ожидала, что все именно так и закончится, и прижалась к моей груди.

"Главное помнить, что у меня сила в десятку уже. — мелькнула мысль. — Не навредить бы подруге в порыве страсти".

Когда мы были уже почти полностью раздеты, раздался какой-то странный звук. То ли хлопок, то ли щелчок — не разобрать. Был он едва слышным, я бы, может, и внимание при других обстоятельствах не обратил. Но здесь-то, на базе, никого не было — это точно. Более, на технический этаж, где мы с Ивоной сейчас находились, ни у кого больше допуска не было. А мы оба тут.

И система безопасности базы молчит… Странно это все.

По моему напрягшемуся телу, Ивона мгновенно поняла, что произошло нечто серьезное. А опыта ей было не занимать — все ж таки дочь эквита, выросшая в Мертвых землях. Не успел я даже сформулировать мысль, как она уже отстранилась, натянула спущенную одежду, и замерла с коротким клинком в руке.

И все это не говоря ни слова. Только вопросительный взгляд, мол, что там? Я в ответ только плечами пожал — тоже в процессе возвращения штанов на их обычное место. Прошептал одними губами: "Стой здесь, я пойду проверю", вытащил из инвентаря бельгийский ПП-90, подаренный Малым, как оружие ближнего боя, и осторожно вышел в коридор.

А он, напомню, радиальный. То есть, по кругу всего этажа идет, изгибаясь. Поэтому гостя я заметил не сразу. Только когда фигура задумчиво вышагивающего по полу человека показалась из-за кривизны стен.

Был он странным. Человек — несомненно. Затянутый в какой-то причудливый то ли костюм, то ли броню темно-красного цвета. Периодически по ней пробегали красные всполохи — фиг знает зачем броню в елочную игрушку превращать? Но самый сок одежды незнакомца был в крыльях. Небольшого размера, явно механического происхождения, они крепились к лопатками гостя.

Он услышал или почувствовал мое появление. Мгновенно повернулся, но не испуганно, как человек, которого застали там, где он не должен находится, а с такой вальяжной уверенностью, словно он был тут хозяином, а я гостем.

Лицо у него тоже было человеческим. Темная, красноватого оттенка кожа, тонкие черты, он вообще походил на какого-нибудь индейца, который напялил на себя половину костюма железного человека. Очень высокомерного индейца. Смотрел он на меня, как вошь.

— Ты, кто, нахрен, такой? — поинтересовался я на мишшеском, наставив на незнакомца пистолет-пулемет.

Одновременно с этим я безостановочно слал запросы Консулу, чтобы получить от него хоть какую-то информацию. Но искусственный интеллект молчал, что тоже очень настораживало.

На оружие индеец никак не отреагировал. Даже голову набок склонил, типа, надо же какой интересный экземпляр! А оно у вас еще разговаривает, да? Поразительно!

Я уже подумал, что первый контакт не задался, и надо бы дать короткую очередь в грудь незваному гостю — просто в качестве приветствия. Но тут он, наконец, открыл рот и заговорил.

Язык был незнакомым. Не земной, ни мишесский — какая-то квакающе-лающая мешанина. И по лицу, по прежнему хранящее презрительное выражение, нельзя было понять контекст. С такой рожой можно и поздороваться и нахрен послать.

Видя, что я ничего не понимаю, он неторопливо поднял руку и тронул что-то у себя на груди. Через секунду я услышал слова на здешнем языке.

— Ты