Сокровище двух миров - Ольга Вольска

В разлуке мы не убоимся.

Коль слух домчится: «Разлюбил!» —

Не допускай сомненья в душу,

Ведь Бога я о нас просил,

Одной тобой дышал и жил,

Отринув небо, море, сушу.

А если весть дойдет: «Погиб!» —

Ты не впадай в тоску-кручину,

Легко судьбы спрямить изгиб

И заглушить предсмертный хрип,

Но нелегко убить мужчину.

Пока любовь во мне жива,

Живу и я назло препонам,

Любовь всегда во всем права —

Не мстит за дерзкие слова,

Не склонна к лести и к поклонам.

Храни огонь своей любви,

Но не лелей зазря гордыню,

Любовь впустую не хвали

И пуще жизни береги,

Как величайшую святыню…

От неожиданности он запнулся и налетел на монаха-иезуита, несшего небольшой коробок. Пробормотав невнятные извинения, тот двинулся дальше, а Хьюго раздраженно уставился на темное маслянистое пятно, расползающееся по рубашке… Отчего-то юноше враз стало плохо. Воздух с трудом проталкивался в легкие. Перед глазами поплыло. Как там говорил князь? Аллергия на магию?.. Де Крайто непослушными пальцами принялся стаскивать с себя рубашку.

«Кажется, успел», – подумал он, отшвыривая от себя испорченную одежду и сползая по стене на пол…

– …Анна, согните-ка ему руку, – будто сквозь вату, долетело до Хьюго.

Де Крайто с трудом разлепил глаза. Он лежал на диване в приемной кардинала Пшертневской, голова покоилась на коленях Анны ди Таэ. Профессор деловито наполнял шприц из ампулы. На столе лежал использованный автоинъектор с пустым баллончиком, а точнее, уже без адреналина.

– Что случилось? – сипло пробормотал Хьюго. Дышать было уже не так трудно.

– Анафилактический шок, – откликнулся Профессор, вкалывая во вторую руку де Крайто наполненный шприц.

Хьюго поморщился.

– А вот на что именно, это нам еще предстоит выяснить. – В приемную вышла Злата Пшертневская. – Думаю, пятна на вашей рубашке нам в этом помогут. К тому же Эрик рассказал мне, как они с Радиславой и Виктором нашли на кладбище один интересный состав… Надо бы сравнить.

Нежданные визиты необычных личностей всегда заставляют нас задуматься. Святой отец рассеянно поправил уползшие на кончик носа очки, разглядывая сидящую в кресле Къяру. Архонтесса выглядела усталой, но уже успела сменить одежду, смыть пыль и обработать ссадины, полученные в сражении с Мираэном.

– Мхм, – невнятно кашлянул Рид. – И чем же такой ничтожный изгой, как я, заслужил визит достойной leri дома Крайэн? – Нотки озадаченности в голосе священника перемешались с грустной иронией. – Вроде бы победителей не судят…

Къяра пристально смотрела на него. В усталых, окруженных сеточкой морщинок глазах Рида уже ничего не осталось от недавнего пронзительного взгляда того крылатого лорда, который вышел на смертельный поединок. Вышел ради чести и жизни своей семьи! Нет, ныне она видела лишь добродушные, чуть рассеянные человеческие глаза, с оттенком удивления взиравшие на посетительницу. На секунду Къяре показалось, будто она зря к нему пришла…

– Семья Крайэн безмерно благодарна за то, что ты встал на нашу защиту, – дрогнувшим от признательности голосом произнесла она, нервно переплетя пальцы.

– Всего лишь искупление вины, – спокойно откликнулся Рид, стараясь не показывать волнения.

– Далларэль возглавлял наш клан более полутораста лет… – Архонтесса лихорадочно перебирала тонкими пальцами по подлокотнику. – А несколько дней назад, когда он погиб… В общем, вчера ночью состоялся совет клана… Мы… мы просим тебя возглавить дом, – выдохнула Къяра.

– Э? – От неожиданности Рид едва успел подхватить слетевшие очки. – А ты не находишь, что это… э-э… несколько нелогично? Сначала попытаться убить меня, после обвинить в предательстве, а теперь предложить возглавить клан? Мне это не нужно, Къяра. Я мастер знаний и никогда не стремился к власти. Поэтому извини, спасибо, но нет.

– Да, я понимаю, в тебе нет стремления к власти, но ты лучший, Рид! Неужели ты не хочешь вернуться в семью?

– Когда-то хотел. – Архонт отвернулся к окну. – А сейчас… У нас разные дороги.

– Ты снова выбираешь людей! – с оттенком осуждения ахнула женщина.

– А вы? Вы ведь тоже помогали жителям Парижа, – с упреком вздохнул Рид.

– Это было на руку семье! – Къяра сорвалась на крик.

– Мне мой выбор тоже на руку. – В голосе архонта зазвенела сталь.

Понимая, что разговор окончен, архонтесса поднялась и неспешно прошла к двери.

– В этот раз ты стал изгоем добровольно, – с горечью констатировала она.

– Я давно им стал. – Плечи священника поникли. – Позволишь вопрос напоследок? Кирриэль искал карту, а вы ведь наверняка знаете, где она находится сейчас…

Глаза Къяры сверкнули неприкрытой яростью, но Рид продолжил, не дав ей сказать:

– Къяра, учти, Карту великих сражений разыскивает не только дом Мираэн, есть и другие охотники. Одну часть они уже нашли, до двух им не дотянуться, но это не значит, что они не попытаются. Где вы спрятали части карты?

Архонтесса затравленно взглянула на священника, в ее глазах страх переплелся с желанием избавиться от многолетнего груза.

– Карта не должна вновь появиться в мире! – вскрикнула женщина. – Она погубила нас и способна натворить много зла, попав в недостойные руки!

– Тайники нужно сменить, ибо за картой идет охота… Обещаю, ее пребывание останется в секрете, но мне нужно знать, где вы спрятали ее. – Рид умоляюще смотрел на Къяру.

– Ладно, – тяжело вздохнула она. – Но предупреждаю, не жди от меня многого, ведь каждый из нас знал только о той части, которую прятал сам, и лишь Далларэль знал обо всех. – Архонтесса подхватила валявшийся на кровати блокнот и черкнула карандашом несколько слов. А затем отдала записку Риду и вышла прочь, чуть не столкнувшись в дверях с Лиссой и Жози.

Рид глядел то на дверь, то на своих друзей, не зная, что сказать. Мысли сумбурно крутились в голове.

– Я же говорил! – довольно провозгласил андрогин. – Теперь ты должна мне десять су! – Его тонкий палец требовательно уперся Лиссе в грудь.

– Рид, вы не одолжите мне десять су? У меня нет мелочи, чтобы отдать этому вымогателю. – Лисса дернула священника за рукав.

– Что? Какие десять су? Что здесь вообще происходит? – тщетно пытался разобраться в ситуации достойный святой отец.

– Мы поспорили, – спокойно пояснила девушка, – на десять монет. Жози говорил, вы откажетесь от предложения Къяры, а я думала, что согласитесь. И вот теперь я должна этому хитрюге десять су…

Тут Рид не выдержал и расхохотался. Честное слово, он ожидал от этих двоих чего угодно, но все равно сильно недооценивал их оптимизм и ребячество!