Нигде - Денис Елеонский

Макс тряхнул головой, надеясь избавиться от наваждения, но стало еще хуже: показалось, будто внутри головы расцвел удивительный огненный георгин, заорали какие-то дикие голоса из чужих воспоминаний, а потом наступила темнота и тишина.

Макс взмахнул руками, решив, что ослеп и оглох. Все растерянно подняли пистолеты и навели их на Лебедева. Только Тыца остался спокойно сидеть в кресле. Ситуация его, похоже, даже забавляла. Он с интересом переводил взгляд с Макса на своих соратников и обратно. Через мгновение Макс вздрогнул всем телом, словно по нему прошла сильная судорога, и растерянно оглянулся по сторонам. Наведенные стволы, похоже, мало его смутили. Во всяком случае по сравнению с тем, что он сейчас вспомнил.

— Кто ты?! — почти крикнула Лера.

Макс еще раз обвел всех глазами, еще пару раз тряхнул головой, словно в уши ему попала вода, и заговорил:

— Воронов… Максим Воронов. И, по-моему, я крепко влип…

Макс схватился за виски: ему показалось, что говорил это не он, а кто-то просто раздвигал его губы и произносил какие-то слова. Еще через мгновение в его памяти всплыл школьный дневник: по его обложке скользили буквы: «Максим Воронов, 5 „А“ класс, школа №…» Затем замелькали какие-то лица, улицы, кабинеты и комнаты…

Макс схватился за голову: Лебедев, кто бы он ни был, отступал все дальше, а воспоминания Воронова лезли в его память как пассажиры в переполненный трамвай. Белесый человек, пристально глядя в глаза Воронова, объяснял: «Это будет компьютерный мир, несколько уровней… Нам необходимо… Ваши деньги позволят…» Фразы обрывались, нить разговора то исчезала, то появлялась заново, все походило на сглючивший диск с фильмом. Только помехи, среди которых и проскакивали обрывки воспоминаний, были не полосами на экране, а жутким скрежетом в голове, разрывающими мозг, и, казалось, что они вот-вот просто убьют Макса. Он то ли застонал, то ли зарычал от боли, а потом глянул на окружающих его подпольщиков. Пара секунд ушла на то, чтобы просто понять, кто это и где он находится.

— Это вокруг все ненастоящее, да? — Макс поднял голову и провел ладонями себе по лицу.

Лера опустила пистолет и кивнула:

— В точку.

Вслед за этим опустились и другие стволы. Тыца расхохотался:

— С возвращением в реальный мир, господин… Воронов!

Макс обернулся:

— А, Тыца… Привет!

— Рад, что нам не надо снова знакомиться. Думаю, что стоит всем сесть и послушать, что нам расскажет новорожденный.

— Преждерожденный, выражаясь старинным языком, — ухмыльнулся Дима.

— Да, так более верно, — согласился Тыца, — пойдемте к камину. Это как-то будет наиболее правильно. Рождественская история в начале лета.

— Успехов, — кивнул Дима, — потом расскажете. К сожалению, я должен следить за нашей безопасностью.

Джадд уселся в кресло у соседнего монитора:

— Дверь не закрывайте, мы краем уха послушаем!

Остальные вышли в холл и опустились в кресла.

— Ты должен рассказать нам все, что знаешь. Все… что только узнал, — твердо сказала Лера.

Макс присел на край стола и поморщился:

— Это… словно я вспомнил что-то… какие-то куски знаний… обрывки… В голове просто каша какая-то…

Тыца, усевшийся чуть в стороне, и которого все это возбудило до такой степени, что он даже болтал ногами, будто бежал куда-то, вставил:

— Выходит, эта запись была чем-то вроде кода активации. Посмотрел и — бах! — получил доступ к информации.

Лера пересела ближе к Максу.

— И для нас эта информация очень важна, — она положила свою ладонь Максу на предплечье.

— И, очевидно, не только для нас. Если учесть, какой из-за нее сыр-бор, — сказал Майк.

— От этой информации сейчас зависит очень многое. — Соня от волнения сдвинулась на край кресла.

Макс встал и прошелся среди обитателей Берлоги:

— Я, похоже, пока не готов говорить. Оно всплывает… кусками… Все новые эпизоды… Словно размораживается… — говорил он странно и немного заторможенно.

— Ты в порядке? — спросила Лера.

— В порядке. У меня была жена. Не Мила… Другая. Не здесь. Настоящая. Но я не могу вспомнить ее лицо… и даже имя… И еще — кажется, у меня была дочь… Черт! Это словно копаться в сновидениях…

— Точно. Постарайся вытащить наружу как можно больше, — Лера тоже встала и взяла его за руку.

— Вокруг нас программы. Врачи, дворники, правительство… все это симуляторы. Подожди, Тыца… — Макс посмотрел на друга. — Ты говорил про Милу…

— Говорил, — кивнул Тыца.

— Да, очень похоже, что она тоже служебная программа. Есть простые: дворники, продавцы, официанты… Всякий обслуживающий персонал. А есть такие как она… Их задача — следить за состоянием обитателей виртуального мира, за правильным их функционированием. Ну и за правильной работой системы в целом. Концы тянутся в НСБ. Там идет мониторинг и устранение текущих неполадок… Вроде вас… Или отклонений, способных привести к проблемам.

— Вроде тебя, да? — Тыца прекратил болтать ногами, и, казалось, сгруппировался, словно перед прыжком. — За последние дни система перезагружалась несколько раз. И причем каждый раз внештатно. Два последних ты помнишь. Мы такое первый раз наблюдаем.

— И откатывается система каждый раз на утро шестого июня. То есть туда, откуда пошел сбой, — кивнул Майк.

— Тогда произошло убийство Ватутина. Дело в нем? — Макс поморщился. Вспоминать об этом ему было тяжело.

— Дело именно в тебе, — покачала головой Лера. — В твоем вмешательстве в эту историю. Ватутин был одним из нас. Но им удалось, как они это называют, — «нормализовать» его.

— Его пытали… — снова поморщился Макс.

— Мы знаем. После этой истории ты вызвал повышенный интерес у НСБ. И у нас, разумеется, тоже. Но об этом еще поговорим. Просто ответь на главный вопрос. Зачем? Зачем все это?

Все выжидающе посмотрели на Макса. Но тот медлил. Было видно, что внутри него идет какая-то борьба. Макс попытался как-то упорядочить ту лавину информации, что свалилась на него всего за несколько секунд. Белесый человек, громадные залы с компьютерами, космодром и ракета, готовая к старту… Он понял, что уже готов что-то рассказать, но тут ему стало страшно: настоящие ли это воспоминания, или это снова как тот чужой сон, что он увидел потом на блестящем кусочке пластика? Или, может, это был его сон?

— Я… я не знаю, — выдавил из себя Макс.

По комнате разнесся вздох разочарования.

— Отлично… — хмыкнула Лиза.

— Но я в самом деле не знаю, — Макс пожал плечами. — Что-то всплывает в памяти, но ничего такого, чтобы… Простите.

Майк резко поднялся: