Витязь. Замок людоеда - Степан Кулик

С первыми солнечными лучами, преодолевшими защитные стены, замок проснулся окончательно и стал неторопливо возвращаться к повседневной, обыденной жизни. Словно и не было ночного нападения, отчаянной схватки командора замка с демоном, да и вообще ничего особенного не произошло.

Петухи в который раз горласто поприветствовали новый день и с чувством исполненного долга умолкли. Зато из хлевов, конюшен и кошары раздавалось разноголосое требование кормов да и прочего ухода. Скотине уж точно не было никакого дела, по какой прихоти люди не спали. Для этого у них всегда найдется причина. Свадьба, похороны, крестины или еще что… Хорошо, на этот раз хоть ничего не подожгли. Огонь — самый страшный и опасный враг, поскольку убивает не только двуногих.

И если десятка полтора рыцарей-храмовников держались небольшими группками, разбредясь по двору, и не снимали доспехов, то кнехты — в мирное время ничем, кроме меча у пояса, не отличающиеся от обычных крестьян — уже погрузились в повседневные хлопоты. Будет приказ, заревет боевой рог, объявляя тревогу, — они бросят вилы и возьмутся за копья, а пока фогт молчит, чего зря время терять? За них никто работать не станет. А в рыцарском замке, как и в любом другом большом хозяйстве, только успевай поворачиваться…

Все это я подмечал краем сознания, поскольку в основном мысли вертелись вокруг самого важного события, случившегося буквально только что. Я стал собой!

Не в смысле сменил личину великана на человеческий облик, как это уже происходило однажды с помощью заклятья, наложенного ведуньей Марой, а обрел свое изначальное, первозданное тело. Да, да… То самое тело, которым совершенно законно владел все прежние двадцать лет. Хоть и в другом пространственно-временном континууме. Черт! Обратное превращение произошло так неожиданно, что я еще даже не осознал до конца, насколько это здорово, и какие открывает перспективы. Ведь если возможно возвращение тела, то вполне вероятен и его перенос в прежнюю систему координат. То бишь домой. В родное третье тысячелетие, к цивилизации, к родителям и… очередной сессии…

Мысль об университете слегка замутила кристальную радость, но ненадолго. В конце концов, это же не первый курс. Еще один рывок, а там и диплом не за горами.

Тпру, воображение… Мгновение, ты прекрасно, но не вовремя. Где я, а где цивилизация. Да и не факт, что выводы верны…

За неимением зеркала я не мог быть уверенным, что превращение произошло на все сто процентов, но те части тела, которые были доступны осмотру, подтверждали идентичность. В частности, набитые костяшки на кулаках и россыпь родимых пятен в виде молнии на запястье правой руки. Фома еще любил подтрунивать над ней. Мол, эта татуировка — предупреждение, что боги влили в мой кулак силу громовержца. Вот только как ею пользоваться, научить забыли.

Что же произошло? Сила, забросившая меня сюда, решила, что с маскировкой можно заканчивать, или все так и было задумано изначально? Типа бонус неуязвимости для новичка. А то, что я преимуществами великана почти и не пользовался, особенно в первые недели, так это не их проблемы. Впрочем, не важно. Надо в темпе перестраиваться под новую вводную.

— Хотелось бы уточнить, пока мы наедине, Desdichado, — хлопнул меня по локтю Борн из Берлина. — Как к тебе обращаться? А то я вижу, что даже твой капитан в титулах путается. А в приличном обществе это не принято.

— Утративший наследство?.. — пробормотал тихонько Лис, при этом неловко споткнулся и сбился с шага. Не приходилось сомневаться, что наемник, прошедший почти все горячие точки средневековой Европы, хоть немного, но понимает и языки тех стран. — Так вот почему «рекс»… Священная Римская империя!

— Не будем присваивать чужие титулы, — я скромно потупил взгляд. — Обойдемся тем, что даже смерть отнять не может. Моим именем — Степан. А о благородстве происхождения пусть судят по деяниям.

— Хорошо сказано, рыцарь Степан, — кивнул бранденбуржец. — Да и имя в дополнительных разъяснениях не нуждается… — и многозначительно повторил на греческий манер: — Стефанос.[47]

— Не понял? А где фон Ритц? — перевел я разговор на другую тему. Тем более что площадь перед донжоном оказалась совершенно пустой. Если не считать нескольких хмурых крестоносцев, расположившихся на ступеньках в главную башню.