Дальний поход - Андрей Посняков

– И то верно, – согласился Иван. – Что ж, условия хорошие… а, парни?

В этот момент с лестницы донесся скрип. Все дружно повернули головы.

– Опять ваш мальчишка попытается покопаться в наших мозгах? – недовольно промолвил вербовщик.

– Да не наш это отрок, сколько раз говорить? И не звал я его… ой!

– Рад приветствовать вас, славный Ерв-деног! – появившись в опочивальне, вежливо поклонился Енко Малныче. – Говорите, на север?

Горбоносый удивленно моргнул:

– А это кто еще?

– Это – наш друг, – поспешно пояснил Иван. – Тоже… из нашей шайки. А мы завербовались уже, Енко!

– Вот и хорошо, – улыбнулся колдун. – Славно! Только надо поторопиться, чего здесь зря время терять? Уходим тотчас же, сейчас!

– Уходим сейчас, – эхом повторил вербовщик. – Чего здесь время терять… зря.

– Да, Нойко, – вдруг вспомнил Иван. – Там цепь-то… ну, на которую тебя…

– Понял, господин! Захвачу.

Через два дня пути ватажники повернули к морю. Просто взяли и ушли, когда Енко Малныче нагнал беспробудный сон на вербовщиков и сопровождавших их воинов и дев.

– А ты что не с нами? – прощаясь, осведомился Иван.

– А я – на север, в Яранверг, – колдун улыбнулся. – Я, Нойко, Сертако… для защиты далекого севера вполне хватит. Еще верный Ноляко где-то рядом, я его почувствовал, позвал… скоро нагонит.

– Да, но вербовщики…

– Они про вас и не вспомнят, – заверил Енко. – Будут считать, что только нас троих и ведут. И будут радоваться – мы ведь не простые воины!

– Хорошо, коли так… Ладно, прощай, Енко, и ты, Нойко, прощай, и ты, девица Сертако-нэ. Может, еще и свидимся.

– Обязательно! – колдун пригладил волосы. – Мы вовсе не собираемся на севере слишком долго жить. И в Хойнеярге дела скоро найдутся!

Простились с колдуном и казаки, и дальше каждый пошел своею дорогой – кто-то на север, а кто-то – на запад, к морю. Ватажники шли весело, путь выдался спокойный, без всяких невзгод, а к исходу третьих суток впереди, за узенькой кромкой волн, замаячили башни острога.

– Ну, слава те, Господи, добралися!

Перекрестившись, отец Амвросий опустился на колени, а следом за ним – и все остальные казаки, даже Маюни…

– Теперь бы как пролив переплыть?

– Переплывем! Чай, рыбку-то выберется ловить кто-то из наших. Увидим челнок – покричим.

– Да-а, теперь уж что… теперь уж близко!

– Ой, братцы! Гляньте-ка – лодка!

– Где?!

Все разом посмотрели на Семку Короедова, а тот указывал вовсе не на море, а на берег, за камни, за валуны. Там и лежала вытащенная на берег лодка, пустая, но с веслами.

– А вон еще одна! – кивнул Михейко.

– И вон…

– Ой, не нравится мне все это, упаси, Господи-и-и! – покачал головою Афоня. – Челны-то вроде как брошены все. Не случилось ли чего худого? Не напали ли колдуны на острог, не разграбили ли?

– А ну, поглядим! – решительно заявил атаман. – Давайте в челны, парни.

Исходя белой пеною, бились о каменистый берег сизые волны. Низкие серые облака висели над сторожевой башнею… и башня казалась пустой.

– А где же караульщики? Где?

– И на верфи никто не копошится…

– А мост, мост-то опущен…

– И ворота-то…

Дощатый перекидной мостик оказался опущенным, и налетевший ветер скрипел распахнутыми настежь створками крепостных ворот… А в остроге не было никого!

– Эй, эй! Есть тут кто-нибудь? Лю-у-уди!

Никто на зов не откликнулся. Ни одна живая душа. Лишь уныло скрипнули ворота.