Золотой пергамент - Марина Клингенберг

Так или иначе, больше градеронцев и их проводника не беспокоили. Юргена тоже потрясли умения свалившихся на голову чужеземцев, и он после кровавой битвы долгое время не решался заговорить. Более всего его, конечно, поразили черные вспышки света, безжалостно уничтожающие противников с порядочного расстояния. А еще ему бросилось в глаза, что двое нападающих, несмотря на то, что вполне имели шанс вонзить клинки в шею Тараноса, почему-то без видимых на то причин отлетели в сторону, хотя сам Таранос даже не достал оружия.

Однако слежка за Тилией продолжалась долго. И теперь, когда Таранос зорко следил за долиной, а Арес отошел отдохнуть в тени дерева, Юрген решился спросить о минувшей битве.

К его удивлению, Арес спокойно ответил — Юрген, надо сказать, успел заслужить его доверие и уважение. Ведь он, хоть и жутко боялся, слово свое сдержал и ни разу не попытался сбежать: в обмен на это Арес обещал во что бы то ни стало сохранить ему жизнь.

— Таранос — преследователь, — сказал Арес, недовольно щурясь — дерево плохо защищало от солнечных лучей. — В нашей стране это низший статус. Преследователи обычно просто собирают информацию, в основном об отступниках… Это люди, изгнанные из городов. Преследователям нельзя выдавать свою личность. Нельзя носить мечи. Нельзя нападать. Нельзя отбиваться. Но при таком раскладе шансов выжить у них не слишком много, верно?

— Верно, — не мог не согласиться Юрген, готовый даже посочувствовать преследователям в целом но, разумеется, не Тараносу.

— Поэтому у некоторых преследователей есть особое кольцо, — продолжал Арес. — У него несколько свойств. Первое — при хорошей реакции оно не позволит никому напасть на своего обладателя. Это что-то вроде ударной волны, откидывает в сторону — ты сам видел. Второе — если преследователя все-таки ранит, кольцо тут же начнет исцелять. Исцеляющая сила у него огромная, другого такого предмета не существует. И третье… — Арес нахмурился. — При должном умении силу кольца можно направлять особым образом, что и делал Таранос.

— Вы имеете в виду те черные вспышки? — уточнил Юрген, поразившийся существованию столь необыкновенной и, безусловно, магической вещи.

— Да. Но преследователям категорически запрещено делать это. Как я уже говорил, им нельзя нападать. Впрочем, Тараноса, как я погляжу, это правило никогда особо не волновало.

— Вам это не нравится? — робко поинтересовался Юрген.

— Кольца преследователей, — Арес еще больше нахмурился, — равно как и сила исцеления — привилегия исключительно нашего города. Он называется Градерон, ты уже слышал. Нашим преследователям не мешало бы с честью пользоваться этой силой. Не говоря уже о том, что это нарушение приказа нашего правителя.

Юрген кивнул. Недовольство Ареса было ему более чем понятно.

— Кстати, — вдруг сказал тот. — Если хочешь, можешь перейти границу — Таранос точно не станет за тобой гнаться. Ему сейчас не до этого.

Юргену такая мысль уже приходила в голову — он понимал, что, останься он на территории Галикарнаса, рогатый непременно найдет свидетеля и убьет его хотя бы ради удовольствия. Но перебеги он на территорию Асбелии — сейчас Тараносу будет не до погони, он весь в предвкушении прихода авторов послания. В общем, Юрген успел этот вариант обдумать. И, грустно вздохнув, ответил, что никуда не побежит.

— Я не перейду на сторону врагов моего короля, — сказал он. — Даже если от этого зависит моя жизнь.

— Но ведь ты сам сказал, что ваш король спровоцировал их забавы ради, — Юрген молча кивнул, и Арес полюбопытствовал: — А если он призовет тебя в войско, ты отправишься убивать людей ни в чем не повинного богобоязненного короля?

— Что делать? — Юрген развел руками. — Правителей не выбирают. Какой есть. Если король Сигфрид прикажет, то придется.

Арес одобрительно посмотрел на него, но снова спросил:

— И даже если он потребует безрассудного убийства невинных? Безоружных?

— На такое король Сигфрид не пойдет, — был уверен Юрген. — На свою совесть он взять это может, но сбросить на чужую — нет. Но даже если и так. Если ты не готов выполнять приказы короля, то сам должен стать королем. А у меня сил на это нет. Я по природе не король, — Юрген вымученно улыбнулся.

— Мне нравятся твои слова, — несколько рассеянно произнес Арес, думая о Руэдейрхи. — Я тоже предан своему правителю.

«Хотя и поступаю сейчас вразрез с его волей», — добавил он про себя, но привычно утешил себя словами Тараноса. Все это на благо Градерона и самого Руэдейрхи. Он, безусловно, простит их и даже одобрит, когда все закончится.

— Арес!

Арес поднялся на ноги. Похоже, авторы послания все-таки появились.

— Останься здесь, — сказал он Юргену. — Мы и так достаточно тебе навредили, чтобы еще и впутывать в войну.

Юрген хотел что-то сказать, но сдержался. Неопределенно мотнув головой, он остался стоять у деревьев, неотрывно наблюдая за Аресом, спускающимся в долину. Вдали виднелся силуэт Тараноса, увенчанный витыми рогами. Он все удалялся и удалялся, идя навстречу человеку, медленно шедшему со стороны Асбелии…

Арес нагнал Тараноса вовремя, чтобы увидеть ужас, застывший на лице шедшего через Тилию человека. Лысый мужчина с перевязанной рукой и рассеченной бровью выглядел бывалым палачом, но, увидев рога градеронского преследователя, он остановился и явно лишился дара речи. Он был так изумлен, что даже не потянулся за мечом. Таранос же, довольный произведенным эффектом, садистки улыбался.

— Тебя не тронули наемники, — сказал Арес, и поистине волшебное действие рогов Тараноса тут же вполовину утратило свою силу. — Ты написал это послание? — он кинул незнакомцу записку.

Тот поймал ее, косо взглянул и тут же смял.

— Кто вы такие? — прошипел он.

— Враги ваших воинов якобы из Атриала, — широко улыбнулся Таранос.

— Этого достаточно для повода поговорить по душам?

Грилд — а это был именно он — злобно сощурился, глядя на него. Да, этого было более чем достаточно. После битвы с тремя мальчишками и позорного поражения он был готов на что угодно, лишь бы стереть их с лица земли. Даже на сделку с дьяволом, на роль коего вполне походил этот странный человек с витыми рогами.

Немногим позже Таранос, Арес, Грилд и Юрген, которого прихватили по дороге, пересекли Тилию и отошли подальше от границы. Там Грилд, не говоря ни слова, завел всех в большой и шумный трактир, куда набилось столько народу, что яблоку негде было упасть. Арес недовольно поморщился — он избегал каких бы то ни было контактов с людьми Дилана. Дорога до Тилии его порядком утомила, ведь все время, начиная с прибытия, он провел в доме Юргена и отвык от толп народа. И вот теперь пришлось посетить подобное место. Впрочем, он понимал расчет незнакомца со шрамом. Здесь на них никто не обратит внимания и не подслушает.

Тараносу, наоборот, очень понравилась здешняя обстановка. Это была его родная стихия — стихия, где появлялись зачатки заговоров с далеко идущими последствиями. Некогда в почти таком же месте собрались будущие градеронские бунтовщики, чтобы внять речи Тараноса… Но если в те времена многие с опаской прислушивались к подозрительным разговорам, то здесь, казалось, никому ни до кого не было ровным счетом никакого дела. Ради эксперимента Таранос скинул с головы капюшон — никто не обратил на его рога никакого внимания. Ему даже стало немного обидно.