Пятая космическая - Вячеслав Шалыгин

С точки зрения Роберта Шумански, старшего помощника капитана трофейного спейс-госпиталя «Бурденко», лучшим выходом из ситуации являлась капитуляция. И то, что теперь это было невозможно, пугало старпома до холодного пота. Окружившие офицера взмыленные рейнджеры были настроены драться до конца, словно база Шестого флота стояла как скала, а не трещала по всем швам и заклепкам; образно выражаясь, конечно, но чрезмерным преувеличением этот образ не был. Нагрузка на силовые щиты космической базы превысила все допустимые пределы. Собственные реакторы главной платформы работали в критическом режиме и готовы были взорваться в любую минуту. Чтобы выдержать натиск землян, требовалось как можно больше энергии. Именно в качестве дополнительных энергетических станций, а вовсе не для усиления огневой мощи, к базовой платформе были пристыкованы линкор «Трумэн» и четыре вспомогательных корабля, в том числе госпитальный трофей «Бурденко». То, что это полумеры, стало окончательно ясно, когда вырубился щит восьмой зоны и земляне высадили на базе десант. Завязавшаяся рукопашная схватка послужила сигналом к отступлению, и базу в спешном порядке покинул «Трумэн» с командующим Шестым флотом адмиралом Гамильтоном и его штабом на борту. После этого судьба платформы была решена. Рейнджеры дрались до последнего, самоотверженно прикрывая бегущих с базы марсиан и колонистов, но их жертвы были напрасными. Кроме линкора, от платформы не отошел больше ни один корабль. Крейсеры ударной армии генерала Овчаренко отрезали базу от основной группы Шестого флота и запустили на орбиту вокруг платформы плотную тучу «гнуса». Автоматические мониторы москитного флота захлопнули ловушку, надежно блокировав все пути отхода. Однако марсиане так и не сдались. Остатки рейнджеров отступили в третий сектор базы и забаррикадировались в шлюзовом отсеке, к которому был пристыкован трофейный спейс-госпиталь – единственный корабль, имевший шансы беспрепятственно выйти из окружения. Ведь кроме того, что госпиталь сам по себе был довольно дорогостоящим и крайне необходимым любой из воюющих сторон кораблем, на нем имелись врачи-земляне. Использовать негласное табу на уничтожение госпиталей было, по мнению марсиан, вполне логично, и, пожалуй, земляне действительно ничего не могли с этим поделать. Кроме одного: взять госпиталь штурмом до того, как он отстыкуется. Допустить это – означало погибнуть. Особенно для таких одиозных личностей, как майор Джемисон.

– В чем проблема?! – прорычал командир рейнджеров, хватая старшего помощника за ворот. – Почему не уходим?!

Чудом улизнувший с горящей в термоядерном пожаре Лидии, ужасный и непредсказуемый Мясник ворвался на корабль, как кровавый шторм. Он сам и его рейнджеры были покрыты кровью – своей и чужой – с головы до ног. После поножовщины – иначе не назвать – в восьмом секторе и множества стычек с космодесантом в лабиринтах коридоров и темных отсеках гибнущей базы, от комендантского батальона рейнджеров, которым последние сутки и командовал майор, осталось не больше взвода, но это были самые опытные и безжалостные головорезы, подстать командиру. Соревноваться с этими «крысиными королями» в крутизне было попросту страшно, поэтому Шумански не решился напоминать майору, что на корабле хозяева – флотские офицеры, а не рейнджеры и отшвартуется «Бурденко», когда решит капитан.

– Сейчас... надо задраиться и причальные мачты развести.

– Ну, так задраивайся и разводи! – Майор прижал к горлу офицера длинный абордажный нож. – Или хочешь, чтобы я тебя развел?!

По ту сторону шлюзовой переборки прогремел глухой взрыв, а с потолка посыпались искры. Джемисон опустил нож и громко выругался. Земляне пошли в обход наглухо задраенной переборки, решили пробить новый вход в третий сектор – с верхней палубы прямо сквозь перекрытия. Если они резали новые проходы штатными лазерами средней мощности, в запасе у Джемисона и экипажа спейс-госпиталя оставалось минут пять, не больше.

– Не будет герметичности, придется отходить на ручном! – прикрывшись ладонью от искр, крикнул старпом.

– И что? – Джемисон скрипнул зубами и попятился к шлюзу «Бурденко».

– Дольше! Минут на десять возни!

– Тогда шевелись, пока тут все герметично! – Майор щелкнул по коммуникатору, отдал короткий приказ, и все его подчиненные перешли на борт трофея. – Задраивай, говнюк! Или ты сдаться решил, предатель?!

– Нет! Я сейчас. – Шумански набрал на панели справа от шлюза нужную буквенно-цифровую комбинацию.

– Солдаты есть? – Джемисон оглянулся. – Или одни коновалы?

– Были. – Старпом с горечью усмехнулся. – Корабельная полиция во главе с инспектором Кертисом – сплошь чистокровные марсиане. Сбежали на «Трумэн», как только запахло жареным.

– Ублюдки. – Майор скрипнул зубами. – Позор нации. Хотя чего еще ждать от легавых? Землян много?

– Врачей?

– А есть другие? – Джемисон с подозрением прищурился.

– Нет других. А этих... с десяток, наверное.

– Пошли матросов, пусть сгоняют врачей сюда! Да чтоб в федеральной форме были!

– Зачем? – Шумански насторожился.

– Угадай, – майор ухмыльнулся. – Делай, что говорят!..

... – Яна! – хирург постучал в дверь неуверенно. – Яна, помогите мне, пожалуйста!

Дверь приоткрылась. Девушка удивленно взглянула на врача. После двух дней стресса и напряженной работы выглядел он, мягко говоря, дерьмово. Красные от недосыпания и поглощенного украдкой спирта глаза были полны отчаяния, руки тряслись, а нижняя губа дрожала, будто он собирался расплакаться. Нервы у хирурга определенно сдали.

– Что происходит? Как вы узнали, что я здесь?

– Я видел, как Гарри спрятал вас сюда. – Доктор прерывисто вздохнул. – Марсиане сгоняют врачей в шлюз! Я думаю... они... хотят использовать нас, как живой щит! Земляне штурмуют корабль, Яна! Впустите меня! Эту дверь матросы не взломают, мы отсидимся, пока там не уляжется. Пожалуйста, Яна!

– Входите, – девушка открыла дверь.

– Стоять!

Хирурга вдруг будто ударили под колени. Он осел на пол прямо в проеме, мешая Яне захлопнуть дверь.

– Здесь еще двое! – крикнул выросший на пороге матрос-колонист. – Девка какая-то!

Он с сомнением осмотрел Яну. На ней был медицинский комбинезон без знаков различия. Чтобы разрешить сомнения матрос обратился к кому-то «за кадром».

– Ваша?

В комнатку заглянула женщина в униформе медслужбы армии Альянса. Судя по суровому выражению лица и нездоровой псевдоаристократической бледности, эта медсестра была чистокровной марсианкой. Яна почувствовала, что близится развязка.