Вождей не выбирают - Надежда Федотова

– Да им же по фигу!.. – истерично выкрикнул Мыш, вцепившись мне в плечо когтями. – Они же давно мертвые!..

Мертвые не мертвые, но от клинка почему-то старались увернуться… Риган крутился волчком, но он был один, а их – пятеро! И ведь норовят со спины подкрасться, гады!..

– Стася! – Из провала в стене вылез встревоженный полковник, на ходу размахивая тяжелой секирой. – Что тут…

Женщина-призрак резко повернула голову, и из ее глазниц ударили два синих луча. Таврус успел отскочить в сторону, но камень у его ног разлетелся в пыль. На арену один за другим выскакивали кочевники… Ну, слава богу, уж против сотни-то пятерым занюханным привидениям ни за что не выстоять!..

А вот с последним утверждением я сильно погорячилась… Да, их было меньше, но они были бесплотные!.. Они носились по воздуху черными воронами, уворачиваясь от боевых топоров и успевая тем не менее калечить варваров. Кочевники призраков не боялись, но и убить давно умерших колдунов не представлялось возможным…

– Головы! – запоздало крикнул рыцарь. – Рубите головы, без них они теряют силу!..

Засвистели секиры. Почуявшие опасность призраки совсем разошлись… Вокруг крики, стоны, проклятия… а я сижу здесь и трясусь, как заяц?! На моих глазах моих же парней уродуют, а я?!

Мое командирство выползло из-под каменной скамьи и, подняв с земли выпавший у кого-то из рук топор, вознесло его над головой.

– Эй, ты! – заорала я, потрясая оружием. – Илза!.. Наволочка нестиранная!

– Как ты сказала?! – задохнулась ведьма, разворачиваясь ко мне. – Как ты посмела меня назвать?!

– Повторить? – Я сделала шаг вперед. – Кончай глазками стрелять, мумия сушеная!.. Хотела разборок по понятиям – получай!..

– Я сотру тебя в порошок! – замогильно взвыла оскорбленная мадам и шарахнула по мне своими лазерами. Как я только жива осталась – ума не приложу!.. Илза кружила вокруг меня, сверкая короткими очередями, а я, в свою очередь, скакала резиновым мячиком, стараясь, как учил Риган, снести злобной фурии голову. Ага, щас!.. Она-то летать может!..

На арене Колизея творился натуральный беспредел. Пока что – не в нашу пользу. Я пару раз почти достала Испепеляющую Взглядом, и она от ярости совсем потеряла контроль…

– Поближе подпусти, – шепнул Мышель, – а как сунется…

– Зажарит ведь! – разумно заметила я, пятясь назад… Чертов камень!! Зацепившись ботинком за неровный кирпич, я грохнулась на землю. Колдунья радостно захохотала и, вытянувшись ласточкой, ринулась на меня.

– Низко летит… – ни к селу ни к городу брякнул Мыш.

Я взмахнула секирой:

– К дождю! – Наточенное лезвие рубануло костлявую шею, и голова с неровно мигающими, как сломанный светофор, глазами, отлетела в сторону. Амфитеатр вздрогнул от пронзительно-бессильного крика, и … ведьма исчезла.

– Братва! – Я с победным воплем вскочила на ноги: – Одна есть!..

– Мочи нечистых! – воодушевленно проорал Спиртус, с удвоенной энергией бросаясь на жилистого колдуна с торчащими ниже подбородка двумя острыми клыками.

Кочевники с боевым кличем последовали его примеру. Рыцаря в общей толчее мне было не видно, только сверкающий серебристый клинок меча резал воздух. Взмах, еще взмах – снова дикий крик, и еще одним призраком стало меньше…

Войдя в раж, я, размахивая топором, вклинилась в самую гущу кочевников, целясь в темечко горбатому дедуле, который, несмотря на возраст и наверняка радикулит (или призраки им не страдают?), швырялся ножами. То ли кинжалы у него были навроде бумерангов, то ли он их из воздуха делал – непонятно, но кидал метко, сволочь! Пока я к нему пробивалась, он успел всадить пару лезвий в ногу Таврусу и рассечь щеку одному из воинов. Ну погоди, жаба парагвайская, сейчас я до тебя доберусь… Я подкралась к колдуну со спины и уже размахнулась хорошенько, как проворный призрак обернулся и, ощерившись в гнусной ухмылке, взмахнул широким рукавом. Тоненько дзинькнул нож…

– Стася! – взревел побледневший Таврус. Риган, разгоряченный боем, обернулся. Я уронила секиру и с удивлением посмотрела вниз. Из груди торчала черная рукоятка кинжала… из моей собственной груди! Меня что же… меня убили, что ли?..

– Стаська! – тоненько запищал Мыш. – Сестренка!.. Ты держись, ты это… Да мы этому козлу сейчас!..

– Все норммально… – пробормотала я. Больно не было, просто там, куда вошло лезвие, разливалась горячая волна.

Меня качнуло в сторону.

– Ой, мама… – жалобно сказала моя светлость, чувствуя, что падает. Последнее, что я успела увидеть, был меч зеленоглазого рыцаря, который, стрелой мелькнув над головами кочевников, снес башку хохочущему колдуну…

– …Пойди хоть поспи! – увещевал чей-то неуловимо знакомый голос. Слышно было как сквозь вату.

– Нет.

– От того, что ты будешь здесь сидеть, она быстрее не поправится.

– Нет. – Я узнала голос Ригана. Попробовала пошевелиться – шиш! Ничего не получилось. Зато заныло плечо.

– Сыра хочешь?…

–А, это Мыш!

– Нет, спасибо.

– А я говорю – хочешь! – наседал мой питомец. – Ты на себя посмотри – скелетина ходячая, который день не жрамши!..

– Ну и что?

– Ну и то! На фиг ты ей нужен – такой страхолюдиной?! Ешь, говорю!.. Просто как дите малое, право слово… Вот и умница… винишка?..

– Отвяжись.

– Ну запить-то надо?!

– Мышель, – прохрипела я, – прекращай спаивать личный состав…

– Стасенька! – единым духом завопили оба. Я с трудом разлепила веки. Тэк-с… Лежу, это само собой. В хижине, судя по соломенному потолку. В углу – глиняный очаг, пахнет травами и чем-то лекарственным. Окошко – шкурой занавешено…

– Ну, как ты? – участливо спросил Мышель, заглядывая мне в лицо.

– Есть хочу…

– Жить будет! – решил хвостатый. – Так, ты лежи, я щас за врачом сбегаю…

– Врач?

– Ну, лекарь местный… – Он убежал.

Я перевела взгляд на рыцаря:

– Кошмар!..

– Что, больно? – Он с тревогой подался вперед.

– Да не очень… я про тебя говорю – на кого ты похож?!

– Ну, извини, какой уж есть. – Осунувшийся Риган улыбнулся. – Я уже думал, что ты никогда в себя не придешь…

– И не надейтесь… – Я снова попыталась шевельнуться. – Черт, да что такое?.. Э?! Вы… зачем вы меня связали?!

– Чтобы ты случайно не повредила самой себе. Рана плохо закрылась.

– Шрам останется?! – ужаснулась я.

– Скорее всего.

– Ужас! Единственное достоинство – третий размер, так ведь и то изуродовали!.. А ну, развяжи меня, щас я им…