Сингомэйкеры - Юрий Никитин

— Уже внесен в Госдуму, — напомнил он. — Каку нас, так и в Штатах.

— Мы работаем синхронно?

— Мы работаем везде, — ответил он с улыбкой.

— А сколько будет рассмотрений?

Он отмахнулся.

— Это неважно. Пройдет, гарантирую. Вообще слегализацией свободных отношений в сексе мы сделали великое дело, лишивловкачей их главного преимущества — беспринципности! И строгихнравственных правил. Ну, к примеру, как ни превозносилась нравственность идевственность женщин, мужчины увивались за более доступными женщинами. Ореолпорочности… гм… это что-то. Мы всегда слетались на него, как пчелы на мед…

— Как мухи на говно, — поправил я.

Он поморщился, но кивнул.

— Согласен. В нравственных категориях есть такаяудивительная вещь: если говно большинство начнет называть медом, то в сознанииследующего поколения говно уже и будет медом. А мед — говном. Мы так ипоступили с нравственностью, щепетильностью, верностью, честью и прочимипонятиями. Таким образом, в обществе, где все женщины, говоряпо-старому, — бляди, уже не осталось дур, старающихся остаться дозамужества девственницами и потому остающихся на обочине жизни. Возвращаясь кнашим баранам…

Мне показалось, что его губы сложились в трубочку, будтопоправил «…к нашему барану», но я уже злобно рассматривал его, словно выбирал,куда всадить из гранатомета, и он смолчал.

— Возвращаясь к нашим баранам, — повторил он, яподумал, что он уже забыл, из-за чего начал речь, но он то ли вспомнил, то липросто готовил речевой оборот: — Хочу еще раз сказать, что это увереннопродолжает нашу линию на выравнивание шансов всех-всех. Сейчас та женщина, чтопервой выйдет на улицу обнаженной, привлечет повышенное внимание и неслабыйинтерес… тем самым первой соберет все сливки успеха. Но выйти голой — этоне степень магистра получить! Там все заслужено упорным трудом, а здесь всеголишь отсутствием нравственных тормозов. Вы совершенно правильно предлагаетеубрать последние тормоза. Одежда — всего лишь защита от холода, осадков иеще элемент украшения. Но — не больше! Никакой сакральной роли. Такимобразом, нравственные женщины не будут отодвинуты в тень менее принципиальнымиподругами.

— Спасибо за понимание, — пробормотал я.

— Словом, я рад за вас, — сказал он торжественно.

Я понял, что продолжение этой ритуальной фразы может звучатькак «…а теперь пошел вон», и сказал торопливо:

— Глеб Модестович, у меня еще одна идея!

— Что?

— Не совсем оригинальная, — заторопился я, —а как бы развитие предыдущей. Ничего нового, клянусь! Всего лишь еще один шажокв том же направлении!

Он вздохнул, посмотрел мрачно.

— Знаю я ваши «ничего нового».

— Честное слово! Шажок, даже шажочек…

— Ладно, говорите. Скажу сразу, я против.

Я перевел дыхание, спросил с надеждой:

— А нет ли у нас каких-то связей или хотя бы достаточнопрочных контактов… в медицинском мире?

— Медицинский мир широк, — ответил он с кислойулыбкой, — в какой именно области? Зубы полечить?

Я потрогал нижнюю челюсть.

— Да вы меня сегодня в зубы еще не били. Ни ногой, ни…вообще. Пока. Контакты должны быть в области заботы о здоровье и долголетии.Причем не слишком дорогостоящей заботы, чтобы всем была по карману.

Он ответил медленно, глядя мне в глаза:

— Все есть. У вас что-то конкретное?

— Да, — ответил я.

— В каком состоянии? Когда сможете положить на стол?

Я вытащил из нагрудного кармана вчетверо сложенный листбумаги, аккуратно развернул и молча положил перед ним. Он взглянул на лист, наменя, коротко усмехнулся, я уловил одобрение, а также хитрую искорку в глазах,мол, я так и думал, углубился в чтение.

Звякнул мобильник, но Глеб Модестович одним движениемзаставил его умолкнуть, даже не взглянув, кто звонит. Я затаил дыхание, шефявно заинтересовался.

Наконец он поднял голову.

— Как я понимаю, — спросил он в упор, — этотолько триггер?

— Да, — ответил я торопливо.

— Дальнейшие действия вы продумали?

— Сперва продумал их, — объяснил я, —просчитал, что это даст. И только тогда подумал о триггере. Мне кажется, всяэта затея обойдется нам совершенно бесплатно. За исключением, конечно,исследований, которые должны дать этот результат.

Он отмахнулся с великолепной небрежностью Цезаря, у которогополмира в кармане.

— За исследования не волнуйтесь. Думаю, результатыбудут уже на этой неделе.

Я ахнул.

— Так скоро?

Он скривил губы.

— Ситуация такова, что тянуть не стоит. Простоопубликуем ваше предложение как… как результат многолетних наблюдений большойгруппы ученых. Нет-нет, не опасайтесь разоблачений! Ряд видных ученых всеподтвердят. Идите и… готовьте следующие шаги. Вернее, перепроверьте, раз уж увас все готово. Это будет уникальная операция потому, что мы надеемся получитьочень много, не вкладывая в нее миллиардов евро.