Давным-давно  - Марина Леванова

Вопросы

Арникус лежал в постели, закинув руки за голову. Белые волосы разметались по подушке. Из одежды на нем были лишь брюки, обнаженный мускулистый торс в темноте отливал серебром, а на коже поблескивали капли воды. Сил сегодня хватило лишь добраться до душа и доползти до кровати. Он блаженно пошевелил пальцами ног. «Что-то я сегодня притомился». Усмехнулся. Нет, не то чтобы он этого не хотел. Но не в таком же масштабе! А в принципе, сам виноват. Шельга Араи лютовала. Что он только сегодня не выполнял по ее требованию: и чистил чаны, и подметал двор, и как заправская прачка развешивал пропитанные травяными растворами холщовые полоски ткани, используемые для перевязки ран и наложения повязок. Он повернулся на бок, прижал колени к груди и бесцельно уставился в раскрытое окно. А все из-за какой-то ерунды. Ну да, отправили к нему малахольного на осмотр. А он возьми да ляпни: «Будем брать кровь». Еще и клыками щелкнул… но только один раз! Подумаешь, в этот момент ведро держал. «Шуток совсем не понимают эти больные». Зато как день окрасился! Юноша тихо засмеялся, вспоминая, как блажил паренек, убегая от него по всей лекарской. «Каюсь, преследовал, но я ведь хотел как лучше. Догнать, успокоить его. Подумаешь, впопыхах забыл про ведро да пока гнался за ним, парочку раз клыками щелкнул, но это только для театральности, пускать-то в ход я их не собирался. Ладно, виноват. Я еще призывал его, „ненаглядного“, вернуться ко мне… жутким таким голосом».

Вот кто бы предположил, что именно тогда вернется Шельга Араи, да еще и не одна. И кто ее просил приводить с собой в полном составе все руководство Академии, да еще и с комиссией, состоявшей из одних толстосумов славного города Рутона? Вот паренек и бросился спасения у них искать. И ведь надо было ему облюбовать именно ногу главы города. Ох, что началось! «Ах да, именно тогда я и вспомнил о ведре». Арникус сначала покрутил его в руках, затем спрятал за спину, а потом и вовсе отшвырнул с грохотом, от которого вздрогнули все присутствующие в лекарской. К этому моменту паренька удалось оттащить от главы города и кое-как успокоить, но, когда грохнуло ведро, тот потерял сознание, свалившись под ноги главы, но уже Рутонской Академии. Плечи Арникуса содрогались от смеха. «Да. День определенно удался!»

Он закрыл глаза. И тут дверь в комнату кто-то осторожно толкнул. Не меняя положения, он приподнял голову и с любопытством вгляделся в открытый дверной проем, где увидел хрупкую фигуру Джим. Она неуверенно остановилась возле порога и не решалась пройти. Он улыбнулся.

– Арни, – шепотом позвала Джим. – Спишь, что ли?

Арникус пошамкал ртом и смачно всхрапнул, а сам тихо поднялся с кровати и метнулся в сторону двери.

– Ничего себе! – Она вздрогнула и покачала головой. – Ну ладно, – голос ее звучал расстроенно, – расскажу тогда завтра, – потянула дверь, чтобы закрыть, но та не поддалась. Дернула сильнее. Она даже с места не сдвинулась. Джим наклонилась, чтобы нащупать и убрать то, что ей мешало, и в этот момент ее руку схватили.

– И что это мы не спим? – в голосе юноши звучала насмешка. Он попытался затянуть Джим внутрь.

От неожиданности Джим вскрикнула, потянула руку на себя и почти вывалилась в коридор. Не удержалась и непременно упала бы, но юноша успел подхватить ее в самый последний момент.

– Ты чего это?

– Испугалась, – честно призналась девушка. – Меня сегодня целый вечер кто-нибудь хватает и постоянно – когда я этого не ожидаю, – по-детски всхлипнула и уткнулась холодным носом в совершенно голую грудь юноши. Отпрянула, ее ладошки быстро обследовали его плечи, и она возмущенно спросила: – Ты что, весь голый?

– Не весь, – Арникус тихо засмеялся, – только частями. Я, между прочим, спал. Ну, или старался это сделать.

Он ногой притворил дверь и подошел к кровати, посадил Джим, а сам направился к столу, где зажег настольную лампу. Мягкий свет разлился по комнате. Он обернулся и замер. Джим сняла куртку и с интересом рассматривала ее, держа перед собой на вытянутых руках. Юноша метнулся к кровати. Оказался у нее за спиной и резко задрал сорочку, внимательно осматривая кожу на спине.

– Ой! – Джим почувствовала это лишь тогда, когда он дотронулся до ее кожи. – Арни, ты что делаешь? – Она попыталась вернуть сорочку на место и вздрогнула. Его рука осторожно ощупывала спину. – Не надо, – засмеялась Джим, пытаясь увернуться. – Щекотно. – Ей все же удалось выдернуть из его рук край сорочки и вернуть на место. Повернулась к нему. – Что я сейчас тебе расскажу…

– Джим. – На лице юноши не пошевелился ни один мускул, а тело было настолько напряжено, что казалось неживым и каменным. – Кто это сделал?

– Гросс, – ответила счастливая Джим, сжав ладони. – Он… она такая хорошенькая. Совсем еще котенок. А я ей имя придумала, – восторженно заглянула ему в глаза, – Ки-иса. Как ты думаешь, это ведь нормальное имя?

– Никто и никогда даже в самом страшном сне не додумался бы назвать гросса Кисой, – отстраненно проговорил Арникус, беспокойно всматриваясь в счастливое лицо Джим.

– Ну откуда тебе знать, как называют таких животных? – Джим обиженно надула губы от того, что придуманное имя не оценили по достоинству.

– Оттуда. Земли, где находится Северный закрытый ковен Атлекхорн – родина гроссов, – очень серьезно посмотрел на нее. – Джим, я хочу знать, как ты умудрилась встретиться с этим зверем и, самое главное, где.

Джим блаженно рухнула на кровать, закидывая, как и он недавно, руки за голову.

– Тогда надо рассказывать все по порядку.