Свобода для Господа Бога - Илья Те

Ник был в полном доспехе консидория, но без щита и так же, как Гордиан, прикрыт длинным плащом. Вот только доспех на нем был местный, а не космический, из железных пластин, сохраняющих от удара меча, но пробиваемых мушкетной пулей навылет. Бранд же стоял по-простому в одной холщовой рубашке и в сапогах.

– Может, все же проводить вас? – с упреком в голосе cпросил великан.

Гор мотнул головой.

– Мы же обсуждали это, брат, – мы идем вдвоем. Я врываюсь в дом, Никий ждет с лошадьми. Не дрейфь, старик, у меня скафандр и автоматы, так что я разнесу там все в клочья. Даже Никий – и тот лишь для прикрытия, а не для атаки. От участия в деле еще одного меча результат налета не станет лучше. Жди нас!

Бранд нехотя кивнул, посторонился, и его товарищи скрылись в сумерках.

* * *

Уже светало, и до дома с Лисией оставалась всего пара километров, когда долетевший с моря грохот заставил Гора осадить коня и обернуться. Позади за уступом скалистой площадки открывался вид на гавань, где вздымались в воздух потрясающе красивые, но оттого не менее смертоносные огненные и водяные столбы.

У повстанцев не имелось флота, а потому, хотя Гордиан и не видел с такого расстояния вымпелов, развевающихся на мачтах линкоров, очевидное было очевидным – порт находился под обстрелом королевских эскадр.

Боринос сделал свой ход – и город погибал под ударами его артиллерии. Пока восставшие сервы грызлись за Эшвен и делили плоды победы, король зализывал раны за океаном и успел подготовиться к реваншу.

«Но как это возможно?» – подумал Гор. Ведь Трэйт ожидал королевский десант не раньше второй декады Табиса и, как очевидно теперь, ошибся ровно на три недели.

Впрочем нет, именно Трэйт не ошибся. С момента выезда из Бургоса прошло уже восемнадцать дней, за это время подготовительные мероприятия в столице должны были завершиться. Новые полки, собранные в Боссоне и в Аране, дошли до Артоша, запасы вывезены с юга, с севера подтянута оставшаяся там артиллерия. Произошло бы нападение сейчас или позже на три недели – не важно, Армия Свободы была готова к новой войне. Не готовы оказались они с Брандом.

Ошибся не Трэйт, а Гор!

Фехтовальщик выругался. Затем достал из сумки трофейный бинокль и всмотрелся в развернувшийся перед его взором военно-морской «парад» с салютом и фейерверком.

Прикрываясь огненными отрыжками с бортов, медленно-медленно, как маленькие муравьи в кукольном мультфильме, от туш парусных гигантов, казавшихся игрушечными на фоне бескрайней полосы моря, отделились десантные боты. Гор видел такие в Бургосе и Рионе, в Литавре и в самом порту Харторикса, а потому знал, что боты достаточно велики и вмещают по двадцать—тридцать человек морских пехотинцев.

Напрягая зрение, он попытался сосчитать количество лодок, заполняющих гавань, но вскоре сбился – количество явно превышало его возможности к счету и время, которое он мог позволить себе потратить на это. К городу устремилось, усердно шевеля веслами, не меньше тысячи плавсредств – а значит, по крайней мере, десятки тысяч стрелков. Вполне достаточно для небольшого Харторикса, чтобы сжечь его до головешек и перерезать всех жителей как собак.

Гордиан знал, что гарнизоны небольших провинциальных городов состоят от силы из пары батальонов регулярных войск. Остальное войско – потенциальное ополчение, которое можно собрать в случае планомерной мобилизации, но при подобном внезапном нападении это не солдаты, а просто толпа безоружных обывателей. В Харториксе солдат должно быть чуть больше, чем в других городах, все-таки самый крупный порт Карабана, однако против такой силищи – все равно ничто. Что же делать?

Он передал бинокль Никию, сидящему рядом в седле своего гнедого.

– Что скажешь? – спросил Гор у неразлучного друга и помощника, когда тот оторвался от окуляров. – Судя по всему, это Боринос?

– А есть варианты? – ответил юноша вопросом на вопрос, усмехнувшись. – Конечно, это он, больше некому.

Оба помолчали, обдумывая ситуацию. Наконец Гор сказал, не отрывая взгляда от корабельного дефиле, вошедшего в гавань, и не глядя на товарища:

– Ты вот что, друг ситный, бери свою лошадку и дуй на север в ближайший военный лагерь. Маршал Трэйт должен знать, что у нас здесь десант. И знать скоро.

– Да ты что, брат-командир, а как же Лиси? – возмутился Ник. – Да и Бранд, он там, в городе, надо выручать его! И потом…

– Я справлюсь! – резко перебил его Гор. И несколько мягче добавил: – Поезжай! У меня ведь чудо-доспех (с этими словами демиург стукнул себя бронированным кулаком в закрытую скафандром грудь) и чудо-оружие (он щелкнул затвором). С такой техникой мы с Брандом перещелкаем королевских ублюдков, как семечки. Ты, главное, маршала предупреди. Пусть приходит, авось и добить поможет. Все ясно?

– Так точно, сударь. Вот только ты сам-то, что станешь делать?

– Пока не знаю, – пожал плечами Гор. – Но будь уверен, я справлюсь.

Никий поджал губы, «как же, справится он, чемпион хренов» – было написано на его лице, развернул коня и вспомнил про зажатую в руке оптику.

– Бинокль? – спросил он, протягивая руку.

– Нет, себе оставь. Вдруг еще чего углядишь. А мне – вроде как и ни к чему при вновь открывшихся обстоятельствах.

Никий покачал головой, догадываясь примерно, о чем думает командир. Дальнейший разговор, насколько он знал Фехтовальщика, смысла не имеет. Упертый его босс, упертый. Потому юный офицер кивнул, еще раз посмотрел на пылающую гавань Харторикса и без дальнейших разговоров умчался вперед по дороге.

Гор проводил его взглядом, размышляя о чем-то своем. Решение еще не было принято, но оно уже почти лежало на поверхности, и если не для сознания, то уж для подсознания и «сумрачной души» наверняка вполне созрело.

Возможно, в этот момент кто-то из поганых бестий-работорговцев насилует его Лисию, убивая в ней остатки человеческого достоинства. Возможно, в этот момент в Харториксе погибает под осколками ядер Бранд и еще двадцать отличных парней, убиваясь по-настоящему, а не только в смысле унижения чести. В смысле разрушений тела, несовместимых с жизнью на этом свете. И нет у них нейрошунтов, чтобы скопировать личность и возродить на оборудовании для Хеб-седа!

Но доспех подогнан и автоматы заряжены.

Твой выбор, господин консидорий?

Гор посмотрел на дом, где его ждала та, к которой он рвался все эти долгие месяцы. Затем – на пылающие здания в гавани незнакомого еще вчера города, где пороховой дым и брызги картечи накрывали его верных товарищей.

Выбор был недолгим.

Он развернулся и стремительным галопом помчался обратно к гавани. Пусть Лисия подождет – еще немного, совсем немного.