Боги вне подозрений - Елизавета Шумская

– Да, Карнавы-шэ. Ой, это же секрет!

– Тайна!

– О! как это восхитительно! Мы вас не будем спрашивать! Вам же, наверное, так хочется рассказать!

– А нужно молчать!

– Бедные!!! – Парочка мгновенно преисполнилась сочувствия, засиявшего в огромных глазах обоих. Протекторы даже почувствовали себя виноватыми.

– Но вы не бойтесь, мы не спросим.

– Даже словом не намекнем!

– Мы умеем хранить тайны.

– Мы даже никому не рассказали тайну лун!

– Лун? – Поворот разговора заставил даже Олестера стряхнуть оцепенение, вызванное этим бесконечным словесным потоком.

– О да! Наших лун! Двух лун!

– Идемте на них посмотрим! – Девушка разве что не запрыгала на месте от восторга.

Желание дамы – закон. К тому же при такой качке подобная эмоциональность становилась опасной. Протекторы послушно подошли к борту вслед за своими необычными попутчиками.

– Смотрите, какие красивые! – В голосе Лирины прорезались мечтательные нежные нотки. И сразу все раздражение спало. Эти двое были такие светлые. Радостные, веселые, немного бестолковые и совершенно ни на кого не похожие, но самое главное – именно светлые.

Даже недовольные пираты стали меньше хмуриться.

Тем более и правда было красиво. Море в эту ночь, а за всеми этими разговорами вечер уже перетек в нее, казалось удивительно таинственным. Волны вздымались вокруг корабля, будто не желающий спать и от того бесконечно ворочающийся с боку на бок ребенок. По сравнению с этой бескрайней водной поверхностью небо казалось удивительно умиротворенным. Только-только показалась из-за горизонта вторая луна в своей отчаянной попытке догнать подругу – большую и почти белую в черноте летнего неба. С другой же стороны к ней двигалась тяжелая, видная даже в этой темноте туча. Она была плотная, большая и серьезная, с несколькими полупрозрачными щупальцами, которые протягивала к сияющей ночной красавице.

– А ведь именно так все и начиналось. – Эндрю подошел к Лирине и обнял ее за плечи.

– Что начиналось? – Строгий логичный ум Альзорела не справлялся с искривлениями мысли новых знакомцев.

– Та история, – радостно отозвалась девушка.

– Про луны.

– Чудесная история.

– Кто бы мог подумать, а? – Эндрю даже повернулся, чтобы увидеть подтверждение в глазах протекторов.

– Действительно, – с тем же мечтательно-задумчивым видом кивнул Ранреу. – Луны… нет, это и правда невероятно!

– Конечно! – еще больше обрадовалась Лирина. – А я всегда думала, почему две!

– А оказывается! – поддержал ее паренек. – Я даже подумать не мог!

– А как вы узнали? – с тем же серьезным видом поинтересовался старший протектор.

– О, это была забавная история. Мы тогда плыли на вот таком же корабле…

– Ну не совсем таком, а…

– Пассажирском.

– Да-да, назовем это так. Но ребята там были такие же – понимающие и приятные!

Пираты, из тех, кто вынужден был не спать или по иным причинам этого не делал, переглянулись. Такая оценка явно оказалась для них в новинку.

– Там было много пассажиров. Мы тогда очень весело провели время.

Время они и правда провели продуктивно: после их путешествия на том корабле, к слову, весьма известном, роскошном и недешевом, не осталось ни одной богатой дамы или господина, которые сохранили бы свои драгоценности. Эндрю и Лирина тогда соревновались, кто больше украдет за одну ночь. Последней утащенной вещью стала лодка, на которой они дрейфовали потом еще с месяц, пока их не подобрал какой-то рыбацкий баркас. Их деревушке потом и досталось все награбленное добро. Эндрю и Лирина решили, что так они спасут ни в чем не повинную рыбу.

– На том корабле путешествовал такой приятный мужчина, – улыбаясь этим воспоминаниям, продолжила рассказ воровка. – Он такие интересные истории рассказывал. Иногда. Больше молчал.

– И слушал. Но иногда и рассказывал.

– Говорил, что ему очень нравится наблюдать за людьми.

– Приятный, да?

– Угу, очень. И необычный.

– Кажется, мы ему очень понравились.

– О! это было бы чудесно!

– Вот он-то и рассказал!

– Я тогда спросила, почему у нас две луны, а не три или четыре.

– Он тогда засмеялся и сказал, что бывает, что и одна луна, или вообще нет. То есть вообще.

– Не потому, что одна еще не взошла или что-то подобное.

– Затмение, например.

– А вообще.

– Странный, да?

– Но зато он рассказывал ту замечательную историю!

– О! Какая история! И такая романтичная!

– О да! Он так и сказал – это потому, что так романтичней.

– Мы-то, глупенькие, думали, что они сестры! Ну луны, в смысле.

– А они не сестры! Они – он и она!

– То есть мужчина и женщина!

– Правда, это мило?

– И романтично!

– Да-да, и когда на них находит туча, это вовсе не туча.

– Это одеяло!

– Которое они натягивают, чтобы немного побыть вдвоем!

– Ну вы понимаете…

– Как же это чудесно!

– А почему же у них нет детей? – Альзорел старательно пытался перестроить мозги в соответствии с логикой этой чудной пары.

– Я тоже спросила!

– А он в ответ спросил…

– «Почему вы считаете, что звездочки – это не их детки?»

– И тогда мы подумали – а ведь правда!

– Они сияющие!

– И поменьше, чем луны.

– М-да, плодовитая парочка, – проворчал Халльдуор, невольно улыбаясь. В кои-то веки ему не хотелось ехидничать или ругаться. Он смотрел на небо, темное и усыпанное «лунными детишками».

– А вам разве не рассказывали в школе, что звезды во много раз больше лун? – не унимался адъютант.

– Рассказывали. Но это, наверное, те, что уже выросли, да?

– Конечно, – кивнул Эндрю. – Тот славный господин сказал тогда, что это хорошо, когда есть сердечный друг. Правильно это.

– Да-да, кажется, мы ему и правда понравились.

– И его другу.

– Ага, тоже такой странный.

– Почему странный? – Альзорел, похоже, твердо решил суметь разобраться в лабиринте мыслей этих существ. Ранреу тихо посмеивался в сторонке. Адъютант кинул на него негодующий взгляд. Поправил очки и вновь повернулся к Лирине и Эндрю: – Так почему странный? – А сам в этот момент думал о том, что страннее его нынешних собеседников никого быть не может.