Работа для ведьмака - Наталья Алексина

Всего один рывок, чтобы оказаться в седле и ведьмак уже с трудом поднимал правую руку. Ребра болели со страшной силой.

Эзра видел, что второй мужик обходит Бона, но и боевик точно чувствовал его. Только таран Бон бросил почему-то в другую старосту. Взлетел снег, тело с ружьем отшвырнуло на три метра. Зима заглушала все звуки, и даже отброшенный староста упал с мягким шлепком, а не со стуком.

Ведьмак сбросил щит и швырнул пульсар во второго мужика. Его задело лишь вскользь, но Бону хватило и этого. Он вовремя обернуться и просто вырубить горе-бандита кулаком.

Эзра бросил один взгляд на улицу в сторону домов и чуть не поседел. Там, за сугробами, пряталось человек десять.

— Бон! Арбалеты!

Это массивное оружие невозможно спутать с чем-то еще, даже издалека. Очень отчетливо поблескивали наконечники болтов и чернели приклады.

— Бон! — подогнал застопорившегося боевика Эзра.

Он намотал поводья жеребца на свое предплечье и опять выставил тройной щит. Насколько его хватит? На два — три попадания, не больше. Против зачарованной стали магия почти не работает. И почему-то ведьмак не сомневался что наконечники этих болтов именно стальные.

Попали так попали. И ружье было лишь отвлекающим маневром.

— Бон!

Боевик пытался что-то вынуть из кармана того, кто на него напал.

Люди с болтами выжидали, Эзра нервно следил за всеми и лихорадочно соображал, что делать. Был бы среди них сильный боевик, он бы организовал серию пульсаров, а то и волну. Но они с Боном не отличались особой силой. Даже земля не помощница, на ней надо хотя бы стоять. А такая мерзлая не откликнется пока в нее не зароешься.

Первый болт ведьмак пропустил и очнулся, когда он поцарапал щит.

Все же сталь.

Боевик наконец-то встал, правда, отчего-то не так резво, как всегда. И к лошади не бежал, а шел. Да и таран, который вспахал снег, бросил медленно. Но пелена из белых снежинок дала несколько секунд, Бон дошел и влез на коня.

Не стоило ему ни есть, ни пить ничего у старосты. Но будет время все можно исправить, зелье от ядов помогало в восьми случаях из десяти.

Еще один болт влетел в щит Эзры. От места столкновения с противным скрипом пошли трещины, но заклинание держалось.

Они только ударили лошадей пятками, как свистнули болты. Не десяток, намного больше. Их накрыла целая волна, будто за спинами сидело человек тридцать. Щит раскрошился, в плечо врезалась сталь. И все это в тишине, никто не издал ни звука, даже выученные лошади.

Эзра ругнулся и пришпорил кобылу. Она сорвалась, будто только и ждала команды. За ними поскакал и конь Бона. Поводья на руке даже не натянулись, жеребец хотел идти вперед, как лидер их маленькой команды.

Ведьмак посмотрел на свое плечо. Из него торчал болт. Крепкий, с коротким оперением и толстым древком. Если бы не щит, вошел бы очень глубоко. Но он лишь поранил кожу, да продырявил тулуп.

Больше в них не стреляли, хотя странно. Для деревенских лучше, чтобы они умерли. Живые маги, которые видели ворованные камни, не оставили бы их в покое. Хотя кто знает, может быть, они рассчитывали, что маги все же умрут. Если наконечники смазывали ядом, к примеру.

Но с этим должно справиться зелье. Капля везения и они с Боном попадут в те восемь случаев из десяти.

— Ушли, — усмехнулся Эзра, поворачиваясь к Бону.

Маг висел на своем жеребце, безвольно свесив руки. Из спины торчало три болта. Они вошли почти наполовину. Ведьмак знал, что пробиты легкие, это бы понял любой. Но все же придержал лошадей и прижал пальцы к шее Бона. Боевик был мертв.