Злые игры - Андрей Васильев

Носов глянул сначала на часы, после на меня, а следом перевел взгляд на охранника.

– Саша, накапай, – приказал он.

– Но Илья Николаевич! – чуть ли не жалобно произнес мужчина.

– Саша, даже если наш гость надумал меня отравить, то хуже мне от этого точно не станет. Все равно он так и так моя последняя надежда.

Хотел я вставить что-то вроде «причем, заметим, бесплатная», но не стал. Это не Ольга, которая худо-бедно терпела мои закидоны, тут совсем другой коленкор. Частить не стоит.

Носов взял в руку ложку, поднесенную ему Сашей, понюхал зелье, задумчиво посмотрел на меня, после коротким движением выплеснул жидкость в рот и застыл, точно восковая фигура. Как видно, прислушивался к ощущениям в собственном организме.

– Илья Николаевич, все нормально? – через минуту осведомился у него охранник, обеспокоенный поведением шефа. – А?

– Хорошо, – удивленно сообщил ему Носов. – Нет, правда хорошо. Даже замечательно! Боль стихает, я ее уже почти не чувствую. И ноги не ноют, представляешь! Главное, быстро как все происходит.

– И так будет до завтрашнего вечера, – пояснил ему я. – Вернее, до ночи, до этого самого часа.

– Да ты, Саша, кудесник просто. – Носов на секунду задумался, а потом откинул одеяло, жестом остановил охранника, дернувшегося было к нему на помощь, помедлил немного и опустил ноги на пол. – А я, признаться, все же сомневался в том, что мне про тебя доложили. Ан нет, похоже, все правда. Ап!

Он встал на ноги, сделал несколько шагов и зычно расхохотался.

– Круто! – с уважением посмотрел на меня Анатолий. – Шеф, чем дальше, тем больше я вас уважаю.

– Мальчики, а вот и я, – в комнату влетела Жанна. – О, смотрю этот старый хрен уже сам передвигаться начал, без посторонней помощи?

– Ага, – подтвердил таксист. – Я вот думаю, что, если такую микстуру на поток поставить, так это можно очень большие деньги заработать.

– Нам с тобой они ни к чему, а Сашка больше, чем нужно для жизни, ни с кого не берет, – отмахнулась девушка. – Что до нашего общего приятеля – он в доме Ряжских обосновался. Меня заметил, поклон изобразил и очень гадко улыбнулся. Саш, ты был прав, он тебя ждет.

– Так и славно, – произнес я, глядя на нее, но Носов, понятное дело, воспринял эту фразу на свой счет.

– Знаешь, я не самый лучший человек на свете. – Илья Николаевич подошел ко мне. – Всякое у меня за душой есть, да и людей я не сильно жалую, поскольку знаю, чего кто из них стоит. Но тебе я благодарен по-настоящему. Причем речь идет не о том, что я впервые за годы не испытываю боль. Я к ней привык, она стала частью меня. Нет, Саша, ты сделал кое-что большее. Ты подарил мне надежду на то, что я, похоже, еще задержусь на Земле, а это очень, очень дорогого стоит. Так что, если ты и сомневаешься в том, что я тебя отблагодарю, так это зря. Ты получишь все, что было обещано, и даже больше, поверь.

– Поверю, почему нет, – произнес я, стараясь, чтобы это звучало как можно искреннее. – А кое-что вы прямо сейчас можете для меня сделать. Я собрался к Ряжскому заехать в гости, так вы позвоните, предупредите его об этом, а то, не ровен час, он меня на порог не пустит, ссылаясь на позднее время. И еще пару ребят покрепче, если можно, дайте. Вдруг хозяин дома не выдержит и прикажет своим охранникам немного меня подрихтовать. Или чего похуже сотворить.

– Не могу сказать, что считаю данный поступок сколько-то разумным, но это твое решение. – Илья Николаевич взял телефон, который ему подал Саша. – И все же подумай. Зачем тебе это нужно? Опять-таки ночь на дворе.

– Да тоже кое с кем надо рассчитаться сполна, – пояснил я. – И еще вот что. Я хочу озвучить вам пару личных просьб, которые пойдут в счет благодарности за принесенное вам сегодня зелье. Вернее, даже требований, как бы некорректно ни звучало это слово.

– Каких? – заложил руки за спину Илья Николаевич и даже чуть подался вперед.

– Первое. Вы никогда не будете просить меня помочь еще кому-то, кроме вас. Неважно кому – друзьям, партнерам, очень важным людям. Я не стану этого делать ни на каких условиях, запомните это накрепко.

На самом деле я не сомневался в том, что хозяин дома неминуемо это условие нарушит, но меня это устраивало. Всегда нужно пространство для маневра, эту истину я усвоил давно. И если есть возможность это пространство расчистить, то надо это делать. Сказать «да» вместо «нет» я смогу всегда, только это «да» в свете произнесенного здесь и сейчас будет стоить в несколько раз больше.

Полагаю, и Илья Николаевич все отлично понимает. Даже уверен в этом.

– Хорошо, – помедлив, кивнул Носов. – Второе?

– Вы никогда не будете пытаться ограничить мою свободу, – медленно, тщательно проговаривая каждое слово, произнес я. – Если подобное случится, неважно в какой форме, все наши договоренности немедленно будут расторгнуты. И знайте: после этого я скорее умру, чем шевельну хоть пальцем ради того, чтобы вам помочь. Тем более что я смерти не боюсь. Потому что она…

– Только начало, – закончил за меня хозяин дома. – Помню. И отчего-то верю, что в твоем случае так оно и есть.

– Именно, – я протянул ему руку. – Мы договорились?

– Договорились, – он ответил на мое рукопожатие.

– А теперь звоните Ряжскому. Время-то и вправду позднее.