Постапокалипсис, в котором я живу - Алла Грин

Дребезжащие стены теперь прятали лишь двоих, еще двое были в кузове. Старик и молодая девушка ютились в осточертевшем холоде железа. Вместе с псом. Рори и Артур взялись целью довезти их туда, куда потребуется. Харц, так звали того старика, направлялся в Оттокар, и это было по пути в Аркад, но Рори с Артуром предупредили его, что их путь прервется в Речице, а девушка, она не знала, куда ехать. Ну, ей-богу, не помнил Рори, как ее зовут.

–Я Надя,– спокойно напомнила она.

–Значит, Надя,– сказал Рори. Он был немного смущен и самим собой пристыжен.– И откуда ты, Надя? Где твой дом?

–Это не важно. Возвращаться туда я не собираюсь.

–Ладно, и что же мы будем делать с тобой?– вопросил Рори.

–Ничего. Просто позвольте мне ехать с вами. Я скажу, когда захочу остановиться.

Полдня автомобиль был в пути после того, как среди снега затерялась Нефритовая Долина. Рори и Артур тряслись в кузове. Образ солдат, военная машина и автоматы давали им возможность почувствовать себя как никогда в безопасности. Еще совсем недавно они были взяты в плен, измучены холодом и голодом, мыслями о предстоящей смерти. Все их вещи остались в брошенной посреди дороги машине. Когда они проезжали на фургоне это место, машины там не было. И это уже не так важно. Они лишились всего мгновенно, но так же быстро смогли и вернуть. Все, конечно, кроме книг Артура.

Артур Дюваль упорно пытался сделать вид, что обо всем забыл, ведь на самом деле книги значили для него слишком много; ибезотрывно возился с часами Харца. Отвлекаться у него получалось – и в один момент, он, наконец, объявил Рори, что починил их. У него так и не получилось узнать у старика, зачем и откуда у него этот передатчик, но он еще надеялся, что старик откроет тайну. Однако путь не терпел остановок, они направлялись в Плат, и старик Харц получит свои часы чуть позже. Пока что Артур положил их в бардачок.

Он перевел взгляд на Рори.

Все эти дни Рори Аллен выглядел подавленным, и Артур понимал, что заточение и стычки с солдатами играли в этом последнюю роль. Все, что на самом деле заботило сейчас Рори – это Ева Гордон. Так было всегда. И теперь, когда между ними произошла эта ошеломляющая ссора – Рори не находил себе места.

Артур тоже. Он часто думал о том, как ее дела, в порядке ли она, и заботится ли о ней Кассель хоть немного. И больше всего он надеялся, что очень скоро они встретятся. И Ева будет жива и здорова. Кроме этого, ему хотелось, чтобы Рори с Евой, наконец, поговорили. Да, Рори ошибся, очень ошибся. Но его ошибка не была смертельной. Хоть Артур немного и не понимал его. Он не знал, зачем было ждать, и не рассказывать Еве правду о ее прошлом до последнего. Но это был Рори. Ему было шестнадцать лет и он был смелым, отважным, но все еще по-детски глупым.

–Думаешь, это конец?– вдруг спросил его Рори.

Артур задержал дыхание от неожиданности прерванных мыслей.

–Что ты имеешь в виду?

–Между мной и Евой,– пояснил Рори.– Она не простит меня, так?

Рори словно вторгся в его сознание и раздумья.

–Кажется, ты совсем ее не знаешь. Где-то в глубине души она уже тебя простила.

–Но я окончательно потерял шанс,– с досадой произнес Рори.

Артур сделал вид, что не понял, о чем он говорит. Больше всего он не любил обсуждать с Рори Еву. Для него они оба были просто братом и сестрой. Но то, что между ними двоими происходило многие годы; точнее то, что происходило в голове и фантазиях Рори – иногда выбивало из колеи. Он знал, что в мыслях у каждого из них; знал, что в голове Рори – Ева, а в голове Евы – Игорь, их приемный отец. И это делало семью Артура слишком странной. Из-за этого он порой чувствовал себя в ней чужим. Потому что знал, что их между собой связывает что-то большее. И иногда ему начинало казаться, что они уже давно не семья, а скорее друзья. Слишком близкие друзья.

–О каком шансе ты говоришь?

–О возможности быть с ней, конечно же.

У тебя никогда не было этой возможности, хотелось сказать Артуру, но он не смог убить друга. Он знал о мыслях Евы Гордон абсолютно все: она всегда делилась с ним самыми сокровенными чувствами. И там никогда не было даже намека о шансе для Рори. Она никогда не любила его больше, чем как сводного брата. Она любила его отца. Игоря Горского. Вот и все.

Но сейчас Артуру приходилось метаться между двух огней: содной стороны он разделял обиду Евы, с другой – он понимал Рори Аллена, понимал его душевные глубокие чувства к Еве, а так же важность его идеи об ордене и порыв. Артур тоже будто слышал какой-то призрачный шепот… Глас Большой Медведицы? Ее протяжный зов. Артуру и самому в последнее время этот порыв стал близок, правда, разнился мотив.

–Все будет хорошо,– сказал Артур.

Затем он почувствовал в голове сильную боль.

На миг он потерялся в пространстве. Через секунду пришло понимание: машина резко затормозила, и огромной силой оторвавшись от сиденья, он врезался лбом в стекло.

Вещи из бардачка посыпались на него дождем. Стремительно закружилась голова. Над Артуром нависли сиденья; его голова была повернула к окну, за которым полыхал огонь. Раскаленные языки пламени лизали стекло, и от них становилось жарко…

Попытка подняться не увенчалась успехом. Артур чуть привстал и сразу рухнул – неведомая сила потащила его вниз, словно под землю.

–…Рори… – еле слышно прошептал он, сам не узнавая свой прерывистый голос.

Подняв глаза к сиденью, где пару мгновений назад сидел Рори, Артур увидел на обшивке размазанную кровь.