Маг для бастарда - Вера Чиркова

Не чрезмерно ли осмелела? Я покосился на ведьмочку, но читать нотацию пока не стал, не до того.

– Не похоже. Бандиты бы поставили дозорного, – ответил сухо, торопливо рассылая по округе поисковички и следилки.

Как странно. Дымок еще вьется, угольки в крошечном костерке горячие, в уголке жалкая кучка кухонной утвари, но я никого не нахожу.

Хотя это ничего не означает. Если нет в руинах и на полянке, значит, постоялец руин может находиться в любом другом месте. Висеть в воздухе, укрыться в ямке или подвале… А кстати, где тут вход в подвал? Следилка метнулась к каменной плите, за которой нашла пустое место, протиснулась в щель, скользнула по ступеням вниз и обнаружила живое тепло.

Вот он и нашелся, хозяин костра. Даже засмеяться захотелось – как на заказ, снова оборотень. На этот раз обращенный, мои следилки учатся так же быстро, как меняюсь я сам.

Ну и чего он сидит в норе, спрашивается, если вокруг на десяток лиг только одна рыбацкая хижина?

Значит, почуял наше приближение, сам собою возник ответ. И почему-то не пожелал встречаться. Посчитал опасными? Или просто настолько одичал, что вообще никого видеть не хочет?

– Там снова оборотень, – сообщил я с досадой и ласково погладил коня ладонью по шее. – Но-о, милый. Скоро отпущу попастись и напиться, ручеек неподалеку есть.

– И где же он? – завертела головой Мэлин, когда мы подъехали к костру и я бросил в него найденный пенек и небольшое заклинание.

– В подвале спрятался, – на этот вопрос я и рассчитывал, поэтому ответил в полный голос, – вон под той плитой.

– А мы не будем… – с сомнением пнула она осветившийся весело занявшимся огнем камень, – не будем его доставать?

– Если человек не желает никого видеть, значит, не нужно к нему лезть, – тоном учителя важно произнес я и выудил из кучи посуды котелок. – Сходи лучше за водой.

Кастовать кухонные заклинания при посторонних не хотелось, есть тоже, но попить свежего отвара я бы не отказался. Как и познакомиться с хозяином котелка, сидящим в засаде. Беззаботно ложиться спать, когда рядом притаился возможный недруг, на мой взгляд, не очень разумно.

Я создал две довольно высокие воздушные лежанки, устроился на одной так, чтобы видеть плиту, перекрывающую вход в подвал, и бегло огляделся. Крепкая когда-то была мельница. Добротно сложенная из продолговатых каменных брусков умелыми мастерами, конусообразная, со сводчатым потолком, выстоявшая и под ветрами и дождями, и под набегами наследников мельника, снявших все ценное. Правда, в стенах кое-где дыры от оси колеса и кованых решеток, когда-то вмурованных, чтобы защитить хозяев, но они предусмотрительно заткнуты пучками прошлогодней травы. Значит, оборотень живет тут не первый день.

Но быт почему-то неустроен, посуда валяется кучкой, не сложено даже простое кострище, не говоря о том, что можно было бы починить старый очаг. Не собирается жить здесь долго? Или такой ленивый и неприхотливый?

Впрочем, гадать мне быстро надоело, и я решил, что проще будет поговорить, ну и посмотреть на него вблизи. Не откладывая на потом, нашел поисковичком нехитрый запор, отодвинул и, подцепив воздушной петлей, сдвинул плиту в сторону.

Огромный черный медведь, посверкивая злыми желтыми глазками, вырвался наружу и с рычанием оскалил на нас клыки.

– Как эффектно, – похвалил я, проверяя его ауру и понятные мне теперь отметки. – А теперь можешь снимать кокон.

– Он не может, – Мэлин почему-то спряталась за мою спину, и медведь рыкнул еще злобнее, – на нем ошейник.

– Откуда ты знаешь? – Я не видел ни малейшего признака каких-то меток, только непонятную тень на передней лапе.

Медведь заревел – зло, обиженно и как-то обреченно.

– Мэлин! – Мне пришлось обернуться, чтобы рассмотреть выражение лица бастарды, и оно мне очень не понравилось.

– Он сам виноват, – не выдержав моего взгляда, дерзко объявила девчонка, но это вышло совершенно не убедительно.

И медведь подтвердил это усталым и насмешливым рыком.

– Хорошо, – решив, что сначала нужно разобраться с ошейником, снова повернулся к оборотню, – покажи лапу.

– Ты не сможешь, – всхлипнув, пробормотала себе под нос Мэлин, но услышали мы оба.

– А кто сможет?

– Моя бабушка.

– Которая умерла? – язвительно осведомился я, начиная жалеть, что не задержался на полчаса и не выяснил все детали этой череды нелепых смертей в среде бывалых ведьм.

Медведь подтвердил мою догадку презрительным фырканьем.

– А ты не фыркай! – сердито прикрикнула на него девчонка. – И откуда только взялся тут… на мою голову.

Мне хотелось отдохнуть, а не смотреть на ее попытки выгородить родственницу, и потому я прибегнул к самому действенному методу. Холодно и с расстановкой произнес:

– Мэлин, сейчас ты мне коротко, подробно и ясно, как на уроке, объяснишь суть этого заклятия, и я буду искать способ, как его снять. А о том, как у вас хватило совести так издеваться над человеком, расскажешь мне позже, когда я посплю.

– Но он сам…

– Мэлин!

Расслышав в моем голосе предупреждающие нотки, девчонка сердито посопела, посверкала на меня глазами и нехотя сообщила, что это заклинание «ошейник проклятия». Его можно надеть и на лапу, и на шею, и он не позволяет оборотню сбросить кокон, если поблизости есть люди. Как только кто-то приближается, оборотень принимает звериный облик. Снять заклятие может только тот, кто наложил.

– И никаких отменяющих нет?

Медведь тихонько повыл, тяжко мотая головой.

– А вожак стаи? – вспомнил я пояснения Кахориса.

– Наверное, может, – помрачнела ведьмочка, – но он одиночка.

– А я не требую, чтоб он бегал вместе с волками, мне вообще все равно, где он жить будет, – уцепился я за найденное решение и повернулся к насторожившемуся оборотню. – Я вожак стаи. Но делами занимается Кахорис, потому что я маглор и выполняю контракт. Если хочешь, чтобы я попробовал тебя освободить, придется вступить в стаю. Сразу обещаю, никого ни к чему я не принуждаю. Выбирай.

– Если ты его освободишь, он меня убьет, – безнадежно сообщила Мэлин.

– Не сможет, потому что ты мой подопечный по контракту и сначала ему придется убить меня, – небрежно отмахнулся я от ее страхов и, чтобы успокоить девчонку, пошутил: – Не волнуйся, живи, пока меня не довела.

– Ты все-таки злой, – обиженно буркнула ведьмочка.

– Куда мне до вас! Я людей в звериных шкурах не запираю. Сколько времени он, кстати, так бегает?

– Почти год… – Голос девчонки упал до еле слышного шепота.

– И ты еще раздумываешь?! – поразился я и протянул медведю руку. – Или собираешься еще лет десять ее бабку искать?