Будь моей ведьмой - Елена Звездная

Вспыхнуло пламя. Я даже залюбовалась высоким стройным мужчиной с золотыми длинными волосами, который сейчас стоял, вскинув руки вверх и запрокинув голову, а от него под своды пещеры неслось пламя.

— Мать моя женщина, центральное отопление по-драконьи, — съязвила книга.

Пламя Лера мигнуло и угасло. Опять я осталась со своей свечкой.

— Ядвига, — укоризненно произнесла.

— А я что? А что я? Мы вообще куда, мы в избушку собирались, а ты?

— А я должна была проверить, что у драконов все хорошо, — прошипела книге.

— Живы твои драконы, — шипит фолиант в ответ. — Видишь, вот, живы и здоровы, с отопительными системами экспериментируют. Все, давай в избушку уже.

— Мы вернемся, когда я скажу, — несколько резко осадила книгу.

И стало тихо.

Вообще тихо.

— Лер, — позвала я, — а что это сейчас было с огнем?

Пламя вспыхнуло вновь. Вокруг были драконы, которые превосходно видели в темноте, были могучи, мудры, наполнены силы, ну и я… маленькая в шубе не по размеру и со свечечкой в руках.

— Ну… — Лер несколько смутился, — я пещеру отапливал, чтобы ты не замерзла.

— Хи-хи, — отозвалась с моего плеча коварная книга, — а я что говорила.

Проигнорировав торжество догадливой книженции, подумала и спросила:

— А дом вы себе уже нашли?

Тишина.

— Ясно, — сграбастала книжку с плеча и сурово скомандовала: — Изобрази Нойшванштайн, причем полностью — схемы, план, архитектурный проект, только увеличь масштаб… — Я глянула на драконов, оценила их габариты и продолжила: — В десять раз.

— Ритусь, я тебе что, Apple iPad? — ехидно полюбопытствовала Ядвига.

— Нет, ты куда как круче, — искренне ответила я. — Лер, держи, рассматривай, изучай, запоминай, вы, драконы, со скалами договариваться умеете, камень вас слушается, магия земли вам подвластна, так что сумеешь отгрохать вам замок. А мы пока пойдем место поищем.

И я вручила фолиант дракону. Сделала шаг и взмолилась:

— А можно мне еще кроссы, а?

Лер протянул сапоги… размера сорок шестого как минимум. Да, это позор.

— Зато без каблука, — не унималась язва ягушенская.

Выйти мне помог учтивый и громадный черный дракон, кажется, тот самый, которому я про регенерацию поведала. Он просто подставил крыло, и едва я на него забралась и удобно устроилась, перенес прочь из пещеры, на самый край скалы. В небе сияла луна, серебристые волны едва плескались в безветрии, слышалось отдаленное пение птиц в лесах под горой.

— Красиво… — прошептала я.

— Мир вообще удивительно прекрасен, — отозвался дракон.

Подумала, что как-то не очень вежливо с моей стороны помощью воспользоваться, но не представиться.

— Рита, — сообщила я дракону.

— Уэльринар, — ответило мне волшебное создание.

Мгновение — и я стою на скале, а рядом громадный мужчина свыше двух метров точно, с широкими могучими плечами и гривой смоляных волос до пояса.

— Я древний, — вдруг произнес он, глядя вдаль. — Я тот, кто помнит племя драконов до прихода темных в наши владения. Я тот, кто знает, сколь велики и сильны были драконы. И я единственный выживший из тех, кто повинен в случившемся.

Я молчала, искоса глядя на Уэльринара и с надеждой ожидая продолжения.

— Искра моего самосознания не была погашена, — продолжил он с надрывом в голосе. — Я жил, все эти века терзаемый оковами и собственной совестью. Терзаемый осознанием совершенной ошибки… И видя, как мой гордый народ, что парил с облаками наравне, превращают в скот.

Голос его дрогнул. Но вдруг улыбка и тихое:

— Годами я спрашивал небеса: «За что? Зачем? Почему?» Теперь я знаю ответ. Испытания — единственный путь к тому, чтобы стать сильнее, мудрее, лучше. Не появись темные, мы истребили бы друг друга, ведь между драконами не было единства. Не появись вы, у нас не было бы будущего. Народ драконов навеки обязан вам, Маргарита.

Хотелось ответить: «Да я ничего, просто мы тогда выпили много», но как-то это было бы не в тему. Поэтому я просто сказала:

— Народ драконов обязан быть счастливым, и это то единственное, что я от вас хочу. А вообще, вы меня засмущали.

Уэльринар улыбнулся, величественно и снисходительно, и сразу стало ясно, что он действительно очень стар и мудр.

— Мы будем мстить, — вдруг произнес он. — Нам есть за что мстить.

— Вы только не увлекайтесь, — попросила я. — Вам еще детей растить, народ возрождать, численность увеличивать…

Позади шум послышался, оглянувшись, поняла, что это все из пещеры повалили.

— Рит, — заорала моя книженция, — а, Рит, вы тама местечко подобрали или так, чисто лясы точили?

— Подобрали! — огрызнулась я. — Вот прямо здесь и будет стоять.

— Чай отошли бы пока, а то мы с Лерушкой чертеж модернизировали-то, и енто, у тебя что по математике, а? Масштаб ей в десять раз! Неуч ты, Ритуська, а еще ведьма. Тьху на тебя, бестолковая!

Я собиралась так ответить некоторым, ну так, ну… чтобы запомнили!

Но тут в небе пролегли зеленые силовые линии, исказив освещение и сделав облик драконов каким-то зверским. Жутко смотрелось.

— Отойди, кому говорят! — рявкнула книга.

Молча вылезла из сапог, гордо вскинув подбородок, ушла на самый край более-менее ровной площадки.

— Еще правее, — нудно потребовала Ядвига.

Вот зараза.

Ушла правее, ругаясь на некоторых молча, но остервенело, села на камень, закутала голые ноги шубой и приготовилась узреть чудо построения замка. Вообще, ни разу не бывала в настоящем замке, ну кроме того, вампирского, так что было интересно, и очень.

Но тут случилось нечто не менее интересное. Тень, мчащаяся по силовой линии, вдруг зависла надо мной, и я услышала удивленное:

— Рита?

Вскинув голову, вгляделась в подсвеченное зеленой силовой линией лицо темного и с не меньшим удивлением переспросила:

— Морак Таэлон?

Темный развел руками, мол «Тут я весь», и пошел на снижение. Мне бы испугаться, но я почему-то улыбнулась, и едва сапоги темного с зауженными носками коснулись поверхности скалы, встала и протянула руку, чтобы поздороваться, но попала в радушные объятия.

— Как же я рад, что с вами все в порядке, Рита, — выдохнул морак Таэлон, чисто по-дружески похлопав меня по спине. — Как вы здесь оказались?

И он, выпустив меня из объятий, внимательно вгляделся в мое лицо. А до меня начало доходить, с кем я тут обнимаюсь… ну, темный же, а темные они такие, что просто брр.