Вторая жизнь - Ростислав Марченко

После моего приглашения пройти и присесть, а также ввиду отсутствия темы для беседы наступила неловкая пауза. Элениэль, рассматривая между делом обстановку в комнате, заинтересовалась сваленными в углу доспехами и оружием. Даже снизошла подойти поближе и рассмотреть. После чего я заработал странный взгляд вкупе с вопросом:

— Это наша работа? Откуда они у тебя? С кого?

— С короткоухих в основном, — пожал я плечами, — хотя, возможно, и собственно с эльфов что-то есть. Не знаю точно.

— Ты что, купец? А у кого купил? Откуда они у них?

— Доля в добыче, — разочаровал я ее. — Откуда? Вырезали отряды эльфов и короткоухих.

— А какого дома? — заинтересовалась девица, тут же наклонилась, рассматривая что-то на доспехах и оружии, потом сама же себе ответила: — Дом Серебряного Волка. Кто у вас такой дерзкий? Это же не прибрежный дом, как до них добрались-то?

— Не у нас, а у вас. Охтароном Серебряным Волком звали этого дерзкого. Кто вторым отрядом командовал, не интересовался. Как и короткоухими. А добрались просто, один отряд на борг напал, там его и порубили. Второй и короткоухих в Мертвых землях перехватили.

— Охтарон погиб? — явно заинтересовалась Элениэль.

— Ага, отходился в рейды наконец.

— Не может быть! — что-то сильно заволновалась красотка.

— Ну если ты так говоришь… — Я пожал плечами. — Хотя когда я последний раз его видел, точнее, его голову, она торчала на заборе.

— Звери! — ощерилась та.

— Ты оскорблять меня сюда пришла? — спокойно спросил я. — Тогда проваливай, у меня и так впереди тяжелый день. А ночью вы, красавицы, мне выспаться не дали.

Элениэль вскинулась уйти, потом посмотрела на меня и неожиданно извинилась:

— Прости, я не хотела тебя обидеть. Эти черепа на стенах — зверство. Ненавижу. Ночь эта, тут еще узнаю, что Великий Охтарон погиб… У нас о нем даже песни сложены. Ты-то тут при чем? Прости. — Прижала руки к сердцу и кинула на меня умоляющий взгляд из-под подведенных бровей и оттененных век. Желание признаться, что я при чем как в преждевременной кончине маэстро Охтарона, так и в посадке его головы на забор, умерло, не родившись. Не последнюю роль сыграл фонарь под глазом эльфийки, виднеющийся из-под штукатурки. Тем не менее общая интересная тема для разговора нашлась.

— Если Охтарон был так уж велик, как ты о нем сказала, какого демона он отряды вашей молодежи в Оркланд водил? Он же в войне с Империей прославился? Времени сколько прошло? Он, коли на то пошло, должен уже лет пятьсот как в уютном замке сидеть и подчиненных пинать. Иначе какой он великий?

Эльфийка моему интересу явно удивилась, но ответила:

— Он низкого, младшего рода. И так в сотники тяжелой кавалерии вышел. У нас это большая редкость, мы же от старости не умираем. Должности в дружинах князей если и освобождаются, то по наследству передаются, детям или внукам. Охтарон даже прямым вассалом князя поначалу не был.

Я понял. Полная стагнация. Бессмертный индивидуум мог освободить должность у бессмертного князя, только погибнув. Или отказавшись сам, думаю, это возможно. Но у него обычно имеются взрослые дети, а то и прочие потомки. Лишать семью места в табели о рангах никому неохота, мало ли как повернется жизнь. Займи его место чужой, сколько сотен лет потомкам нужно ждать шанса снова занять должность и сопутствующие ей блага снова? Отчего складывается жесточайшая вертикаль власти. Слегка размываемая только на войне. Как Охтарона-то не отравили обиженные родственники предшественника? Или он повышение получил по мобилизации, или, как вариант, прошел путь по мечам да копьям имперских легионеров? Как на Западном фронте в Первую мировую некоторые молодые лейтенанты умудрялись выхватить временное звание майора за день, командуя вечером батальоном вместо максимум полуроты, получив производство при помощи немецких пулеметов. При Пешенделе, например.

— Как он погиб? — поинтересовалась тем временем эльфийка. Скрывать смысла я не видел.

— Неудачно на борг напал. Из нападавших никто не выжил, если тебе интересно. Его самого сначала мечами порубили, потом добили копьем.

— Толпой задавили, — сверкнула глазами Элениэль. — Один на один страшно было.

Я мысленно пожал плечами, одновременно уверившись в ее молодости. Девочка еще не избавилась от иллюзий. Наверняка она не намного старше своего внешнего возраста.

— Может, и страшно. Не буду с тобой спорить. Так, значит, у вас, коли не повезло в нужной семье родиться, всю жизнь служить кому-то будешь? — для гарантии уточнил я.

— Конечно! — удивилась Элениэль. — Разве у людей, гномов и у вас не так?

Крыть было нечем. Места на верхушке всегда заняты, и сидящие там освобождать эти места никогда не стремятся.

Пора, однако, было менять тему. Тем более что Бренна явно скучала, рассматривая мои мечи на стене.

— Элениэль ладно, с кораблем в плен попала, а ты, красавица? — обратился к ней. — Тебя как угораздило Оркланд посетить?

— Замок захватили, — пожала та плечами. — Теперь собранного выкупа жду. Отца с матерью, к счастью, в замке не было.

— А ты сам как в замок ярла попал? — перешла в наступление Элениэль. — И вообще, откуда ты родом, с островов?

— Нет, не с островов. Так, вместе с родней приплыли в Хильдегард продать драккар, доспехи и прочее имущество.

— Вы что, род корабелов? — проявила знание реалий орочьей жизни Элениэль.

— Трофейный выкупили.

— Понятно.

— А родня твоя где? — удивилась Бренна. — Не ты же корабль продаешь?

— Нет, — хмыкнул я. — Они в городе, у близких остановились.

— А ты почему в замке? — заинтересовалась Элениэль.

— Родня у меня тут. Если бы тоже в городе жил, этим оскорбил бы. Дед настоял.

— Не будет наглостью спросить, почему у тебя кожа такая светлая? — удивила Бренна, этого вопроса я ждал от Элениэли. Она была заметно старше и совершенно не смущалась задавать интересовавшие ее вопросы.

— От матери, — коротко ответил я. Девицы развивать тему не стали. Я поставил обеим по жирному плюсу — неглупы и достаточно деликатны. Избегают скользких тем.

Потом появилась одна из девушек свиты леди Бригитты со слугами, несущими некую толику хлеба насущного, заморить червячка арестанту. Даже арестантам.

Обнаружив в моей комнате обеих девиц, оценила их внешний вид, исходящие запахи, на секунду скорчила гримаску, достаточно громко фыркнула и ледяным тоном заявила гостьям об их завтраке, находящемся в их комнате, указала обоим слугам на стол, куда те выложили мой завтрак, после чего задрала нос и гордо вышла. Девчонки вышли вскоре за ней.

После завтрака появился дружинник с просьбой, что было подчеркнуто тоном, явиться к ярлу. Пока я надевал пояс с мизеркордом, задал дружиннику вопрос: