Потерявшиеся в мирах - Валентина Ульянова

На замковой кухне для Аси нашёлся чугунный, с крышечкой, котелок, а металлическую подставку под него, вместе с масляной лампой ей принесла сама Ивилика. Покраснев, она призналась, что у неё есть ключи от комнаты наставницы, и она позаимствовала одну из её установок.

— Ничего, у неё их много! — заверила она ребят, уходя, и добавила: — Я вас жду вечером, перед сном. Вас пропустят.

Сергей положил на стол целый ворох трав, которые он промыл у колодца, пока девочки подбирали котелок, и Ася принялась их сортировать.

— Я и не знал, что ты разбираешься в этом, — глядя, как она перекладывает корни и стебельки, заметил он. — Откуда ты всё это знаешь?

— Да просто у нас хорошая учительница ботаники, и мы с весны до осени собираем гербарии — это очень интересно, — между делом ответила девочка.

— А ты уверена, что сможешь правильно приготовить отвар? — забеспокоился Сергей.

Ася оставила свои травы и расстроено посмотрела на него.

— Не уверена, — призналась она. — Этому я ведь не училась… Но что же делать?! Как сумею, так и отварю… что-нибудь от их лечебной силы всё равно останется…

Она задумчиво оглядела получившиеся кучки трав и попросила:

— Знаешь, мне понадобится ещё несколько фаянсовых мисок с плотными крышками, может, маленьких супниц, или что-нибудь в этом роде. И две бутыли. Сходишь на кухню?

— С удовольствием! — откликнулся он и побежал выполнять поручение.

Ася вздохнула, собираясь с духом, перекрестилась и сосредоточенно оглядела поле своей маленькой битвы.

Немного подумала, потом налила в котелок два стакана воды и зажгла масляную горелку. К тому времени, когда вернулся Сергей и закипела вода, она уже знала, что и как будет отваривать и настаивать…

Оставшиеся цветы и листья она разложила сушиться на комоде.

К вечеру всё было готово. На столике у окна стояли горкой пустые чашки, а в двух бутылках темнел ароматный настой. На одной бутылке было написано русскими буквами «Успокоит», и на другой: «Приятного аппетита».

— Хорошо, что по-нашему, — иронично улыбнулся Сергей. — Чем им непонятней, тем лучше, особенно — той «наставнице». Хотел бы я на неё посмотреть!

— А я не хотела бы, — зачем? — возразила Ася. — Но, боюсь, придётся нам здесь с ней столкнуться… не избежать… Княжну надо спасать от неё. А она Ивилику просто так не уступит. Ну да что Бог даст! Пойдём, пора, княжна, наверное, уже собирается спать.

Она взяла бутыль с сонным настоем, обернула её чистым полотенцем, чтобы спрятать от глаз любопытных придворных и, выйдя вместе с другом из комнаты, заперла её на ключ.

— Правильно, — одобрил Сергей. — Я свою тоже запер. Мы теперь как в осаде… Эх!

Маленькая княжна, ожидая детей, ходила по своей спальной палате из угла в угол. Приближение ночи плохо сказывалось на ней: она опять побледнела, руки её беспокойно перебирали складки пышного платья, пальцы слегка дрожали.

— Наконец-то! — с облегчением воскликнула она при виде их. — Ну, где лекарство?!

Ася развернула бутыль и налила в стеклянный бокал Ивилики прозрачной коричневой жидкости.

Княжна наклонилась, осторожно понюхала:

— Пахнет хорошо! Попробуем… И на вкус приятно! Вкуснее, чем у наставницы! Скоро я смогу оценить, чьё лекарство действует лучше… Прежнее мне не всегда помогало, даже не смотря на оберег… — пожаловалась она.

— Оберег? — нахмурилась Ася.

— Ну да, от тёмных сил! Вы ведь знаете, что они есть тёмные и белые. Мы договариваемся с белыми, но чёрные почему-то всё время встревают… — Ивилика вздрогнула.

И вдруг попросила с совершенно несчастным лицом:

— Ася, няни сегодня нет, Гордана противная, а одна я оставаться боюсь! Побудь со мной! То есть не здесь, здесь не положено, а рядом, в моей приёмной палате! Пожалуйста!

— Конечно, госпожа, — голос девочки дрогнул, так ей стало жалко бедную маленькую княжну, — конечно, я останусь! Это честь для меня! И ещё… — она помедлила. Ей хотелось избавить Ивилику от оберега, но она не знала, в какую форму будет лучше облечь неожиданную и едва приемлемую для девочки просьбу. — Я могу ещё кое-чем тебе помочь… Вот этот герб, — она указала на Лазоревый герб на своей груди, — обладает великой защитной силой…

Сергей уставился на подругу широко распахнувшимися глазами, но вовремя вспомнил, что Глеб вырезал на другой стороне кулона крест и удержался от несвоевременной реплики. И Ася беспрепятственно продолжала свою дипломатию:

— Я его поэтому никогда не снимаю. Но ради тебя я расстанусь с ним! Только… Видишь ли, тот, кто хочет воспользоваться его защитой, должен снять свои обереги…

Ивилика очень серьёзно посмотрела на неё, подумала, вздохнула и сказала:

— А я и сниму! Он всё равно не очень-то помогает! — и она, потянув за тонкий чёрный шнурок, вытащила из-за пазухи замшевый чёрный мешочек.

— Вот… — она протянула его подруге. — Давай поменяемся! Я его отдам тебе — а ты свой мне! Хорошо я придумала? Я рада!

Растерянная таким оборотом дела, Ася одной рукой вручила княжне кулон, а другой осторожно, пряча нахлынувшее на неё неприятное чувство — ей показалось, что легче было бы прикоснуться к жабе, — взяла оберег за шнурок.