Подземная война - Алекс Орлов

Сержант, было, сел с солдатами, но ван Гульц кивнул ему на стул рядом. Не то, чтобы он нуждался в обществе сержанта, просто капитан считал, что авторитет унтерофицеров следовало поддерживать.

Ну и потом, он собирался выпить, и сержант становился чем-то вроде его подельника и болтать лишнего потом не станет, ведь карьера в их непростом департаменте зависла не только от собственных подвигов, но и от чужих доносов.

Ван Гульц за карьеру не держался, но работа в тайной канцелярии ему нравилась. Вот и женщины высокого положения благоволили к нему потому, что капитан не стремился через постель проложить дорогу к высоким чинам.

Появился хозяин и поставил на стол фаянсовый графин с узким горлышком.

Капитан вынул пробку и понюхал. Да, запах той самой яблочной перегонки присутствовал, однако хозяин, все же влил туда добрую половину перегонки местного производства, хотя и не из гнилой картошки.

Ван Гульц посмотрел на трактирщика, который напряженно сутулясь ждал вердикта своему пойлу. Но в чем его обвинять? Хорошо, что, всего лишь, разбавил.

– Спасибо, братец, это то, что нужно.

Трактирщик низко поклонился и отошел – тревога в его глазах погасла. Он опасался, что капитан различит добавку, но обошлось.

«Городские. Они в этом мало понимают,» – пояснил трактирщик для себя. А капитан налил себе и чуть плеснул сержанту.

– Или побольше? – спросил он, прекрасно понимаю, что тот откажется.

– Нет-нет, господин капитан, благодарю вас.

– Ну как знаешь, – пожал плечами капитан и налил себе до полного.

Все же хорошо, когда есть возможность выпить после сделанной работы. А этот Фернстоп, сволочь, хотел ему подгадить, ведь это он рассказал графу про знакомство с вором.

Капитан залпом выпил перегонку и стал закусывать картошкой.

Какое-то время он и его группа были поглощены едой. Солдаты, с разрешения капитана, заказали себе пива.

Когда пришлось время уходить, они стали расплачиваться и в этот момент к трактиру, на измученной лошади, подъехал стражник с капральскими нашивками.

Бросив поводья, он соскочил на крыльцо и вбежав в трактир, облегченно вздохнул.

– Здравия желаю, ваше благородие! Думал уже не застану вас на дороге!..

– А ты кто таков?

– Капрал городской стражи из Венселя!..

– Венсель далеко отсюда.

– Так точно, нас же со всех концов согнали, чтобы беспорядкам препятствовать. Вот и с нашего города пятнадцать человек привезли, мы на хуторе обертаемся и выезжаем по первому вестовому.

– Понятно, нас то зачем ищешь?

– Дык, ваше благородие! Наш сержант приказал скакать и найти где-то на здешней дороге отряд из шести человек из тайной службы. Я по деревням, а там говорят – не было никого. Я в другую, а там сказали – проезжали, на пепелище отправились. Я на пепелище, а там мужик сказал вы к дороге поехали, ну а на дороге вот эта деревня большая. Я заехал и удачно. Счастливым случаем.

Капитан вздохнул. Перегонка уже вовсю начала действовать и он стал опасаться, что из-за разлившегося по телу хмеля не понимает, что торопливо разъясняет ему стражник.

– Ну хорошо, капрал, ты нас нашел. Что дальше?

– Дык, кровопролитие, ваше благородие! В десяти милях отсюда, возле заброшенной дороги на каменоломни.

– Не знаю такой дороги. А ты, сержант?

– Я ее знаю, господин капитан, – ответил тот.

– Ну тогда едем. Ты с нами, капрал? – спросил капитан, проходя мимо стражника.

– Я то с вами, ваше благородие, да только лошадка моя дорогой побитая, не чета вашим свеженьким. Вы поезжайте, я потихоньку следом попендюхаю!

– Ну, попендюхай, – разрешил капитан.

Его отряд отвязал лошадей, вскочил в седла и помчалась на дело, а стражник с крыльца посмотрел им вслед, облегченно вздохнул и вернулся в трактир.

– Пиво есть, хозяин? – спросил он.

– У нас все имеется, – не без гордости ответил трактирщик.

– Тогда давай мне три меры здесь и в кожаном мешке – мер двадцать.

– О! Это мы мигом! – обрадоваться трактирщик большому заказу.

– Ну, это не мне одному, конечно, – пояснил стражник беря с дубового подноса бесплатный соленый сухарик, которые клали для повышения аппетита и завлечения новых посетителей.

– А хоть и одному… – произнес трактирщик выволакивая тугой кожаный мешок в котором булькало пиво.

Стражник принял у него тяжелую ношу, поставил рядом с собой, потом выпил две меры залпом и достав кошелек, начал расплачиваться.

– А что это за офицер такой? – спросил хозяин, пряча деньги.

– Это? Это, я тебе скажу, высокие чины из самого верху… – переходя на полушепот произнес стражник и со значением пошевелив бровями. Потом поднял тяжелый мешок и вышел.

61

Казалось лошади были рады возможности размяться и не сбавляли ход, даже когда приходилось скакать в гору.

Солнце и скачка понемногу выветривали хмель из головы капитана, а брызги из ручьев, которые они преодолевали, только добавляли свежести. В результате, к тому времени, когда они выбрались на старую, полузаросшую дорогу до каменоломни, капитан чувствовал себя трезвым, а впереди замаячил небольшой пост из стражников, видимо охранявших место недавнего кровопролития.

Заметив всадников, они поднялись с земли, радуясь, что приехал хоть кто-то.

– Здравия желаю, ваше благородие! – крикнул выскочивший навстречу сержант-стражник.

– Здравствуй, сержант, – ответил капитан спешиваясь. – Это у вас тут кровопролитие?

– Так точно, ваше благородие! Это мужики местные поехали, стало быть, за камнем – там еще кое какой остался, а на обочине тело, стало быть. Они к нам прибежали, кричать стали, мы, стало быть, сюда. А сами то мы кто? Да никто – ничего не знаем, потому как доставленные по приказу. Вот хорошо местный шериф попался и сказал, что офицер секретный поехал на пепелище, вот его и ищите, а других не скоро дождетесь. Вот я капрала своего и послал. Вы его видели, ваше благородие?

– Видели мы твое капрала, только он где-то в трактире застрял, должно коня своего пивом отпаивает.

Солдаты ван Гульца засмеялись.

– Ну, я ему этого коня припомню, – пригрозил сержант. – Извольте за мной, ваше благородие, сейчас сами всю картину увидите. Тошнотворительная, вам скажу, картина. Никогда такую не видел.

Капитан оставил лошадь солдатам, сержант тоже и пошел следом.

А стражники, едва начальство удалилось, снова уселись на траву – они сидели давно и одурели от жары и безделья.

Вскоре капитан увидел первое разрубленное тело – кровавые потеки в траве, оброненный меч и тучи мух, которые вились над останками.