Ярость суккуба - Райчел Мид

На следующее утро сладкий запах мокко с белым шоколадом вырвал меня из объятий сна. Еще не до конца проснувшись, я совершенно не помнила того, что случилось вчера: обычное утро обычного дня. Но когда я открыла глаза и попыталась потянуться, вместе с резкой болью вернулись и воспоминания. Я все же смогла сесть, и тут в комнату вошел Данте.

В одной руке у него был стаканчик с мокко и бумажный пакет из кондитерской, а в другой огромная ваза с голубыми гортензиями и белыми орхидеями. Необычное сочетание, но смотрелось прекрасно.

— Ты что, ограбил цветочный магазин? — спросила я.

Данте расстроено посмотрел на меня, протягивая стаканчик с кофе.

— Ну почему ты опять так плохо обо мне думаешь?

— Потому что орхидеи — недешевое удовольствие.

— Гвоздики закончились, так что пришлось проявить фантазию. — Он аккуратно поставил вазу на туалетный столик и открыл пакет. — А ради этого пришлось избить парочку детей.

Насладившись первым глотком, я поставила мокко на тумбочку и заглянула в пакет — шоколадные круассаны! Идеальный завтрак в постель!

— И все потому, что меня побили? — спросила я.

Данте присел на край кровати и нежно произнес:

— Ты заставила меня поволноваться.

— Надо мне почаще ввязываться в драки с демонами, — не успокаивалась я, приступив к круассанам.

Крошки сразу же полетели на кровать, ну и ладно.

— Не смешно, суккуб, — оборвал меня Данте.

С удивлением я поняла, что он говорит серьезно. Ни тени привычной скептической ухмылки на лице.

— Это больше не повторится. Я сам прослежу, чтобы ты выздоровела, не доверяю я этим бессмертным исцелениям.

— Не думала, что из тебя выйдет отличная сиделка.

— Помолчи, — отрезал он — И кушай хорошо, тебе нужны калории, чтобы восстановиться.

Я с радостью послушалась и вновь откусила от круассана, но тут же замерла с набитым ртом.

— Как ты думаешь, я могу растолстеть? Раньше мне не приходилось считать калории.

Я могла есть все, что угодно, не переживая ни за фигуру, ни за здоровье.

— Мне кажется, сейчас есть вещи поважнее.

Думаю, он был прав. Я вернулась к круассанам, но уже без энтузиазма. Данте выглядел таким серьезным и заботливым, что я преисполнилась благодарности.

— Спасибо тебе. Ты просто замечательный.

Он улыбнулся и посмотрел на меня. В утреннем свете его серые глаза были еще красивее.

— В этом мире немного людей, которые стоят того, чтобы я им помогал. Ты попала в клуб для из бранных, дорогая.

Я собралась было отпустить шуточку о том, что остальные члены клуба, видимо, вымышленные персонажи, но этим утром я и так уже успела показан, себя не с лучшей стороны. Вся эта история с Нанетт серьезно встряхнула Данте.

— Спасибо, — повторила я, и тут меня осенило. — Кстати! Мне нужна твоя помощь еще кое в чем! Дай мне, пожалуйста, сумочку.

Он сходил в гостиную и принес мою сумочку. Порывшись в ней, я с облегчением обнаружила, что фотография, которую я позаимствовала у Мэри, была на месте. Бросив на нее взгляд, я мысленно пожелала, чтобы медальон дал хоть какую-то ниточку. Полупрозрачный коричневый диск, испещренный рунами и какими-то значками, которые легко можно было принять за детские каракули. Вздохнув, я протянула Данте фотографию.

— Тебе это что-нибудь говорит?

Он задумчиво нахмурил брови, разглядывая фото.

— Нет. А должно?

— Думаю, эта вещь использовалась в ритуале призывания Джерома. Помнишь, я спрашивала, не знаешь ли ты кого-нибудь, кто занимается резьбой по кварцу? Это все, что мне удалось раскопать. Предположительно камень и символы содержат в себе подсказку, но мне они ничего не говорят. Видимо, мне нужна помощь человека, который в этом разбирается, то есть твоя или Эрика.

Данте долго смотрел на фотографию, и, к удивлению, я увидела на его лице гнев. Он резко встал и смахнул фотографию на пол.

— Сукин сын, — прорычал он.

— Что случилось? — вскрикнула я.

— Вот что! — огрызнулся он, показав на меня и упавшую фотографию. — Вот что случилось. Кто я такой, суккуб? Я в десять раз сильнее этих идиотов, К которым я тебя послал. В этом чертовом городе ни кто не знает о магии столько, сколько я, ну, разве что Ланкастер. И что?

Он ходил взад-вперед по комнате, нервно проводя рукой по волосам.

— Ничего! Я ни на что не гожусь. Я не могу помочь тебе. Не могу спасти тебя от этой чертовой демонессы. И об этом медальоне я тоже ничего не знаю.

Его тирада поразила меня.

— Эй, подожди. Все в порядке. Сядь. Не заводись.

— Да ничего не в порядке! — огрызнулся Данте, На секунду остановившись. — Я чувствую себя… беспомощным сосунком.

Для человека, который посвятил всю свою жизнь поиску силы, это было нелегкое признание.

— Ты не обязан помогать мне, — мягко успокоила его я. — Ты и так помог больше, чем думаешь. Но это не твоя битва. Ты не в ответе за нее.

— Я в ответе за тебя, — сказал он. — Зачем тебе нужен мужчина, который ничего не может для тебя сделать?

— Я не поэтому с тобой встречаюсь.

— Да что ты? А почему? Потому что я такой «прекрасный человек»?!

На самом деле иногда я и сама не понимала, почему встречаюсь с ним. Я сразу же вспомнила его разговоры о том, что меня интересует только секс, но сейчас был не лучший момент говорить об этом. К тому же в последнее время он был очень мил, такого я совсем не ожидала, когда закрутила с ним роман, расставшись с Сетом.

— Данте, я серьезно. Не беспокойся об этом. Я разберусь сама, посоветуюсь с ребятами.