Дым и зеркала - Таня Хафф

У Алистера Макколла, пять раз выходившего на поклон за роль Фауста, и Генри Фицроя, некогда герцога Ричмондского и Сомерсетского, было почти одинаковое выражение лица.

— Да-да, обитатель ночи. Какого черта… — Грэхем, широко открыл глаза, медленно повернулся и посмотрел на Генри. — Ох, парень, я с первого взгляда понял, что вы странный, но чтобы вампир?

Генри улыбнулся, даже не стараясь казаться обворожительным, и предложил:

— Спросите его насчет Крейтона Каулфилда. Мы не можем потратить на это всю ночь.

— Хартли пропал? — Глаза Бренды мучительно распахнулись, она обеими руками сжала ладонь Ли так, что у нее побелели костяшки пальцев. — Дом! Это все дом! — взвизгнула женщина.

Ли накрыл ее ладони своей, не столько ради утешения — Тони был достаточно мелочным и вполне мог это заметить! — сколько ради того, чтобы заставить женщину ослабить хватку.

— Он его съел! — заявила Бренда.

— Не съел! — огрызнулась Эми, нахмурилась и повернулась к Тони: — Так ведь?

Тот пожал плечами и взглянул на Стивена и Касси, которые наконец-то вновь присоединились к ним. Девочка по-прежнему слегка нервничала, что выглядело вполне резонным. Ведь танцевальная музыка все еще играла контрапунктом к плачу Карла. Но ведь Касси была мертва, поэтому, с точки зрения Тони, не могла поддаваться волнению.

— Дом вас не ест, он использует энергию вашей смерти, — сказала она ему, разглаживая юбку, забрызганную кровью, и сердито глядя на Бренду.

В ее взгляде ясно читалось: «Ты идиотка!»

Фостер повторил слова Касси, стараясь убрать схожее выражение из своего взгляда.

— Поскольку никто еще не погиб, Хартли должен быть жив, — добавил он. — С самого начала предполагалось, что сперва произойдет убийство, потом — самоубийство.

— Значит, он отправился на поиски выпивки, — вздохнул Питер.

— Или пошел искать кого-нибудь, чтобы убить! — Кейт скрестила руки на груди и принялась переминаться с ноги на ногу.

— Кого? — нетерпеливо спросила Эми. — Мы все здесь.

— Значит, он хочет, чтобы мы начали его искать. Когда мы разделимся, он убьет одного из нас.

Многие закивали в знак согласия.

— Да… — Эми поджала губы, отдавая должное логичности такого предположения. — Звучит резонно.

— Том не был убийцей, покончившим с собой, — мрачно пробормотал Маус.

Тина бросила на него недружелюбный взгляд и заявила:

— Хватит говорить про убийства и самоубийства при детях!

Брианна, пристроившаяся около Зева, возвела глаза к потолку. Эшли оторвала ее руки от своих ушей.

— Во-первых, я не ребенок, — проговорила старшая девочка. — А во-вторых, вряд ли мы услышим что-нибудь новенькое. Мы смотрим «Закон и порядок», знаете ли.

— Как будто можно где-то спрятаться от этого сериала, — буркнул Адам.

Люди снова закивали.

— С Томом произошел сверхъестественный несчастный случай, — напомнила Эми. — Он не собирался кончать жизнь самоубийством, поэтому его смерть не считается.

Кейт скривила губы и спросила:

— Если одну смерть можно не заметить, то кто поручится, что другие тоже будут не в счет?

Последовали новые кивки.

— Хартли хочет выпить, — продолжала Кейт. — Так что дом, это существо…

— В подвале, — перебила Эми.

— Ладно. Существо, живущее в подвале, внушает ему, что бутылка спирта для растираний — как раз то, что он ищет. В следующий миг парень возьмет да отравится.

— Да бросьте, ребята, — развела руками Эми. — Это же Хартли. Он способен отравиться бутылкой спирта для растираний и без помощи твари из подвала.

Люди продолжали кивать.

Весь круг начал выглядеть так, будто в нем собрались куклы с качающимися головами.

— Так мы будем искать его или нет? — спросил Тони.

— Тебе бы этого хотелось, верно? Улизнуть куда-нибудь в одиночку, потом вернуться и рассказать нам фигню, в которую, как ты ожидаешь, мы поверим. Нам нужно всего лишь дожить до утра. Думаю, наши шансы возрастут, если мы слегка обмотаем Тони скотчем, чтобы помешать ему пускаться в свои вояжи. — Кейт похлопала по катушке с клейкой лентой, висящей у нее на поясе. — Кто со мной согласен?

— Никто никого не будет обматывать скотчем, — заявил ей Питер. — По крайней мере, пока я не прикажу.

Поднялись крики.

Стивен подплыл поближе к Тони и сказал:

— Ему это нравится. Оно любит гнев и сильные эмоции, — задумчиво добавил он, когда Сордж пихнул Павина, а Маус встряхнул Кейт, попытавшуюся броситься на Питера.

Эми, Адам и Сайлин старались перекричать друг друга. Они сбились в кучку, но орали каждый свое. Тину, Зева, Мэйсона, Ли с Брендой и девочек отпихнули к дальней части круга.

— Все-таки гнев использовать проще всего, — продолжал Стивен.

— Да? — Тони отшатнулся от Кейт, размахивающей руками.

Она не целила в него, но парню все равно не хотелось попасть ей под руку.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю что?

Тони повернулся, сердито уставился на призраков и пояснил:

— Откуда ты знаешь, что именно ему нравится?

Касси поглядела в потолок, шагнула вперед и сказала:

— Оно питается нашими смертями, помнишь? Мы такие же пленники, как и вы, просто находимся здесь дольше, потому и знаем больше.

— Стокгольмский синдром.[44]

— Что?

— Или Хельсинкский? — Тони нахмурился. — Неважно. Дело вот в чем. Откуда мне знать, что вы не перешли на его сторону? Можно ли вам доверять?

— Эта тварь уже работает над ним, — пробормотала Касси.

— Думаешь? — хмыкнул Стивен.

— Ничего подобного! Скорее это вы работаете с ним вместе, а не со мной против него, потому что вы и оно… Ай!

Тони обеими руками вцепился в промежность и отшатнулся назад, прямо сквозь Стивена. Это Маус приподнял Кейт. Он схватил ее за руки, но она вольна была пинаться. Несмотря на боль, а может, благодаря ей, Фостер почувствовал, что его сознание стало таким ясным и холодным, каким не было уже довольно давно.

— Парень, да ты просто ледяной! — заметил он.

— Тепло — это энергия. — Стивен поправил голову. — Лишней у нас нет.

«Тепло!..»

— Вы воспользовались теплом осветительных ламп, чтобы этим утром казаться настоящими.