Стрекоза для покойника - Лесса Каури

– Что это?

– Мы попытались свести воедино все, что известно об этих покушениях… Обзвонили знакомых, полазили по сети, подняли криминальную хронику. Правая колонка – список убитых. Все они были в числе тех, кто в левой колонке, видишь, фамилии повторяются?

– А в левой? – спросила Лука, ощущая, как страх холодной рукой сжимает сердце.

Ну и что, что ее фамилии не было в левом списке, зато там были и Димыч, и Саня, и Муня с Витом… и Яр.

– А в левой, – судорожно вздохнула Муня, – все те, кого тогда в клубе отобрали Видящие… Те, кто мог украсть стрекозу!

Лука смотрела на выделенную другим шрифтом фамилию Оли Всеславской и думала, что не вмешайся Юля – и она тоже была бы в правом списке. И еще о том, что реальная опасность нависла над друзьями, которым она не знает, как помочь.

– Может быть, все-таки рассказать что-то капитану Арефьеву? – нерешительно сказала она. – Ну не вдаваясь в подробности. А то… как-то страшно!

– Страшно, – согласился Вит. – Вот только мы не уверены, что убийства связаны с похищением треклятой брошки. Здесь что-то другое… Но что?

Лука только хотела сказать, что сторонний взгляд опытного сыщика мог бы выделить в происходящем нечто важное, такое, что они сами не видят, как к столику подошел Саня, обнимая новую знакомую.

– Ребята, я с вами прощаюсь! Кстати, познакомьтесь, это Мила!

«Милая Мила», – сердито подумала Лука. Яркая рыжая ведьма, взглянувшая на ее фартук официантки с явным превосходством, ей не понравилась.

– Ну мы пошли, да? – переспросил Логинов, глядя только на Луку, и вдруг до нее дошло: он пытается заставить ее ревновать!

Вот идиот!

Она встала, демонстративно расправила фартук.

– Пойду работать… Всем пока!

Вит посмотрел на Муню.

– Хочешь, посидим еще, а потом я тебя провожу?

Она качнула головой.

– Пойдем.

Махнув им рукой, Лука пошла в подсобку, спиной ощущая взгляд Логинова и надеясь, что милая Мила заставит его этой ночью позабыть о разбитом сердце.

Мобильник зазвонил около двух ночи. Ответила с радостью: звонил Яр.

– Я жду справа от входа, – сообщил он. – Ты скоро?

– Народа нет, мы уже закрылись. Скоро выйду.

– Ок.

Лука убирала в шкафчик фартук и рабочую обувь, когда телефон зазвонил снова.

– Яр, что?.. – не глядя, спросила она и вдруг застыла.

Из трубки доносились рыдания Муни.

– Саня… в реанимации… Врач позвонил с его телефона…

– Муня, Мунечка, тихо, – зашептала Лука, – успокойся. Яр за мной приехал, мы сейчас поедем в больницу. Какая больница?

– Пятнадцатая…

– Хочешь, мы за тобой заедем?

– Не надо… Вит меня привезет, он уже за Димычем отправился! Давайте прямо туда…

– Хорошо!

Прижавшись затылком к холодной дверце металлического шкафчика для одежды, девушка попыталась выровнять дыхание. Неумолимый маятник пугающих событий качнулся в очередной раз в их сторону. Пока он не коснулся самой Луки… Но надолго ли?

* * *

Охранник, пожилой мужик с подозрительно красным носом, долго отказывался звонить врачу – время было позднее.

– Что вам сказали про вашего друга? – в который раз спрашивал он, вызывая у Луки тихое бешенство.

– Что он в тяжелом состоянии, в реанимации, – снова и снова отвечала Муня.

Она больше не плакала, но глаза так и оставались на мокром месте, а голос дрожал.

– Вот когда очухается, вам позвонят и скажут – приходите!

Вперед протиснулся Гаранин, заслонив собой худенькую Муню.

– Мужик, тебе сложно номер набрать? Просто позвони дежурному доктору, и мы от тебя отстанем.

Охранник хотел было вновь завести старую песню, но взглянул в глаза Яру, сморгнул и потянулся к стоящему рядом телефону.

Дежурный врач, пожилой, седой и невысокий, спустился в вестибюль и сердито оглядел посетителей.

– Куда такая толпа? Логинов ваш в реанимации, но стабилен! Ждите утра…

– А кто-то один может к нему попасть? – уточнила Лука. – Он должен знать, что мы здесь, переживаем за него!

Виталий демонстративно достал из кармана кошелек. Доктор поморщился.

– Уберите это. Настырные какие… Хорошо, но только на две минуты! Кто из вас?

Ребята переглянулись.

– Лука, иди ты, – предложил Хотьков, – ему будет приятно тебя увидеть.

Она вспыхнула, покосилась на Яра – что тот подумает? В глубине голубых глаз ведьмака плясали бесенята. Не было бы вокруг никого, ка-а-ак стукнула бы его! А потом бы поцеловала!

– Идемте, я дам вам халат и бахилы, – сказал врач. – Остальные ждите здесь.

– А что с ним? – спросила Лука, пока шли в ординаторскую.

Врач с удивлением посмотрел на нее.

– Вам не сказали?

– Нет, только про покушение и больницу.

– Проникающие ножевые ранения в грудь и живот.

– Полицейские уже приезжали?

– Да, но на тот момент он был без сознания.

– А сейчас?

Доктор пожал плечами. Лука судорожно смяла халат на груди.

Вот и дверь палаты. Стены до половины стеклянные, ослепительный свет – неужели можно умереть, когда так светит?

Господи, о чем она думает?!

Саню она не узнала. У него было белое лицо, такое же ослепительное и холодное, как сияние ламп дневного света на потолке.

– Две минуты! – предупредил доктор, впуская ее в палату.

Она подошла и остановилась у кровати. Логинов был весь опутан какими-то проводами и капельницами, но дышал сам. В изголовье мерно пищал кардиомонитор, синим вектором отмечая линию жизни.

Лука взяла Саню за руку, лежащую поверх накрывающей его простыни, сжала пальцы.

– Сань… ты давай… держись! Ты нам нужен! Тебе нельзя умирать! Ты еще стольких людей не спас, не вылечил… Держись, миленький…

Она почувствовала, что голос у нее дрожит, как ранее у Муни. В глазах защипало. Нет, плакать она не будет!

Белые губы Логинова шевельнулись.

– Что? Ты что-то сказал? – Лука наклонилась к нему. – Повтори!

– Под… нож… скоро ляжет…

«Бредит, – подумала она, гладя его по плечу, – он уже был под ножом…» Нерешительно оглянулась на дверь. Врач стоял на пороге, посматривая на часы.

– Держись, Саня, – решительно повторила Лука и, наклонившись, поцеловала его в губы. – Мы придем завтра!