Над самой клеткой льва - Александр Бушков

— Правда, — отозвался он угрюмо.

Яна присела на широкий подлокотник его кресла и взъерошила ему волосы:

— Ну перестань ты печалиться. Только-только я тебя увидела прежним — и опять… Вы же всего лишь первый шаг сделали. Интагар их найдет, ему да не найти…

— Да я и сам так думаю, — сказал Сварог все так же угрюмо. — Просто непонятное и напрочь неизвестное меня чуточку бесит, и ничего не могу с собой поделать…

— Как бы тебя отвлечь… — в ее голосе появились игривые нотки. — Вот кстати… Ты мне так и не рассказал, что такое «тюремный наездник».

— Ушко подставь, — вяло улыбнулся Сварог.

И в четырех словах объяснил ей, что к чему.

— А-а… — чуть разочарованно протянула Яна. — Я-то думала, тут что-то гораздо более интересное. А об этом я сто лет знаю. В «Фонтане наслаждений» это именуется «Обходной путь странника». И картинки есть.

Ну разумеется, — усмехнулся про себя Сварог. — Следовало ожидать. «Фонтан наслаждений» — здешний аналог «Камасутры», старинный трактат об искусстве любви, исключительно меж мужчиной и женщиной, без всяких извращений. И «картинок» множество. И земные книжники, и библиофилы ларов едины во мнении: судя по стилю гравюр, трактат еще до Шторма считался старинным — после Шторма уцелела пара дюжин книг старых времен, есть с чем сравнивать. Подразумевается, что девицы до совершеннолетия о нем и слышать не должны — однако и на земле, и за облаками означенные девицы ухитряются его раздобыть в довольно юном возрасте и в глубочайшей тайне передают друг другу. На земле это дочки дворян, членов Гильдий и Сословий, вообще девицы из зажиточных семей, располагающие карманными деньгами и возможностью послать в книжную лавку кого-то взрослого, — «Фонтан» стоит недешево, и большинство книготорговцев несовершеннолетним его ни за что не продадут (не из соображений высокой морали, а оттого, что наказание уличенному полагается довольно суровое). Родители с этой книгой борются беспощадно, на земле тех, у кого книгу обнаружат, беспощадно порют, даже в дворянских семьях, за облаками пороть не порют, но и пряниками не кормят. Однако запретный плод сладок, и все усилия напрасны, «Фонтан» продолжает странствия, и на земле провалились все попытки законодательным образом запретить его издание и продажу — поскольку немало взрослых, в том числе знатных и влиятельных, держат книгу в своей библиотеке, хотя порой у иных вся библиотека из «Фонтана» и состоит.

— Ну конечно, — сказал Сварог. — Следовало ожидать… Прелесть моя, а сколько вам было лет, когда ваша спаянная девичья компания ознакомилась с сим шедевром изящной словесности и рисовального мастерства? Только честно.

Потупившись в наигранном смущении, Яна призналась:

— Двенадцать…

— И раздобыла книгу, конечно же, Канилла?

— Какой ты у меня догадливый и проницательный…

«Ну да, вот именно, — подумал Сварог. — Как утверждают знающие люди, изрядное количество девиц как раз в эти примерно года с „Фонтаном“ ухитряется познакомиться. А потом как-то сами собой приключаются истории наподобие ее сильванской. Или, если обратиться к земному опыту — эпизоды из досье на герцога Лемара…»

Ухо ему защекотал дразнящий шепот:

— А почему ты мне это никогда не предлагал?

— Неловко было, — сказал Сварог чистую правду.

— Но ведь «Фонтан» утверждает, что меж мужчиной и женщиной это вовсе не извращение…

Сварог повернул голову и посмотрел ей в глаза:

— Я тебя правильно понял?

— Правильно… — опустив длиннющие ресницы, тихонечко сказала Яна. — Рассказывали мне кое-что замужние подруги…

Кажется, она Сварога отвлекла-таки от унылых раздумий.